Вступая по следам Гомера и других греческих поэтов в созданный их воображением Олимп, мы сталкиваемся с богами, образы которых разительно отличаются от всего того, что входит в наше понятие "бог". Богам Олимпа не чуждо ничто человеческое...
Амур и Психея
>Рудольф Мертлик
Жили однажды царь и царица и было у них три дочери. Красивыми уродились старшие дочери, но с младшей, по имени Психея , никто не мог сравниться красотой. Прекраснее всех иа земле была она, со всех стран стекались а город люди, чтобы полюбоваться на нее. Каждый восхищался ее очарованием и прелестью и находил ее похожей на Венеру. Люди даже стали забывать настоящую богиню Венеру , зато стали боготворить царевну Психею.
Это разгневало богиню. Она призвала своего сына Амура и приказала ему: «Строго накажи красавицу, которую стали почитать больше, чем меня. Пусть она влюбится в самого обыкновенного мужчину иа свете и будет всю жизнь страдать от любви!»
Эрот отправился выполнять приказ своей божественной матери. Однако, когда увидел Психею, наказ матери вылетел у него из головы. Прелесть девушки покорила его. Сердце Амура замерло, потом забилось часто-часто, и оy захотел, чтобы Психея стала его женой.
Из-за своей неземной красоты Психея была очень несчастной. Все почитали ее, восхищались ею, но никто ее не любил. Ее старшие сестры давно вышли замуж за отпрысков царских фамилий из других стран, руки же Психеи еще никто не просил. Эго очень огорчало саму Психею, беспокоило ее родителей Царь догадывался, что боги разгневались иа его младшую дочь и потому обратился к оракулу с просьбой предсказать ее судьбу.
Жрец велел одеть Психею в свадебный наряд и отвести на вершину высокой горы. Там ее схватит и унесет жестокое чудовище.
Долго горевали родители по поводу судьбы своей младшей дочери, которую очень любили. Но несчастная Психея должна подчиниться тому, что предначертано. Царь и царица нарядили ее в свадебное платье и грустная процессия проводила ее до вершины горы. Там оставили девушку одну и, печальные, вернулись домой.
Покинутая всеми, Психея едва дышала от страха. Сердце сжимала тревога, что вот-вот появится чудовище. Как вдруг легкий ласковый ветер подхватил ее, поднял в воздух и осторожно опустил с вершины скалы в долину и положил на мягкую траву. Увидев, что ничего плохого с ней не случилось, Психея перестала бояться. Она увидела перед собой рощу, а в ней дворец. Психея приблизилась к нему и замерла от удивления и восхищения. Ничего красивее и богаче она не видела. Повсюду золото и серебро. Она робко вошла внутрь и увидела, что потолок и пол выложены слоновой костью и драгоценными камнями. Вдруг, как ей показалось, сзади прозвучал чей-то голос. Психея оглянулась, но никого не увидела. Кто-то невидимый вновь сказал приветливо: «Почему ты так робеешь? Не бойся, смело входи во дворец и распоряжайся в нем. Отдохни, ты ведь устала».
Психея заглянула в другие комнаты дворца, но никого не увидела. Она лишь слышала голоса невидимых существ, обслуживающих ее.
Вечером, когда она собралась лечь в постель, возле нее вновь раздался голос: «Ничего и никого не бойся, дорогая Психея, с сегодняшнего дня я твой муж. Живи спокойно, ты ни в чем не будешь нуждаться. Я буду о тебе заботиться».
Обрадовалась Психея и стала жить в этом дворце. День она проводила одна, только ночью к ней приходил ее таинственный незримый муж. Он был ласков и добр, уверял ее в своей бесконечной любви к ней. Но Психее ни разу не удалось увидеть его, узнать, кто это.
Тем временем родители Психеи оплакивали любимую дочь, полагая, что она стала жертвой чудовища. Обе старшие дочери, прослышав о постигшем родителей несчастье, поспешили приехать к ним, чтобы утешить их в горе. В ту самую ночь, когда они прибыли в родной дом, в находящемся далеко отсюда прекрасном дворце муж сказал Психее, своей жене: «Дорогая жена! Ты должна быть очень осторожна, ибо жестокая судьба грозит нам гибелью. В отличие от твоих родителей, твои сестры считают, что ты жива. Они пойдут искать тебя. Когда услышишь, что они зовут тебя, не откликайся. Иначе ты причинишь мне горе, а сама погибнешь».
Психея обещала слушаться советов мужа. Но когда на рассвете он покинул ее, она почувствовала себя одинокой и горько расплакалась. Целый день она расстраивалась из-за того, что не сможет повидаться с сестрами. Вечером, когда она легла спать, ей было очень грустно. Муж заметил это и тотчас догадался о причине этого. Огорченный, он сказал ей: «Поступай, как хочешь, но помни о моем предостережении. Пусть сестры навестят тебя тут. Можешь одарить их, но не слушай их советов и никогда не старайся увидеть меня. Иначе разрушишь наше счастье и себя обречешь на гибель».
Психея снова пообещала слушаться его советов, и перед рассветом муж исчез.
Тем временем старшие сестры взобрались на вершину скалы, где родители оставили Психею, и жалобными голосами стали звать свою пропавшую сестру. Голоса сестер долетали до дворца. Услышав их, Психея позвала Зефира. Тот обнял своими крыльями-ветрами испуганных сестер, взлетел с ними и опустил перед дворцом. Радостно встретила их Психея, обняла и пригласила в свой дворец. Увидели сестры всю эту красоту и богатство, и черная зависть охватила их. Принялись выспрашивать они Психею, кто ее муж, да каков он собой. Памятуя о своем обещании, Психея сказала, что ее муж - прелестный юноша, который все свое время посвящает оуоте. Целые дни он проводит в полях, лесах и горах. Затем она щедро одарила сестер и велела Зефиру снова отнести их на скалу.
Оказавшись одни, сестры дали полную волю своей зависти. Они стали сетовать на судьбу, роптать на то, что их сестра живет счастливо с молодым мужем, тогда как их мужья старые и некрасивые. И сестры решили нарушить счастье Психеи. Даже родителям они не сказали, что Психея жива и счастлива. Не хотелось им, чтобы кто-нибудь знал о ее богатстве и благополучии.
«Не верь им,- говорил он.- Они будут заставлять тебя сделать что-нибудь, чтобы увидеть меня. Но хорошенько запомни: если ты хотя бы раз увидишь меня, то больше не увидишь и не услышишь никогда. Радуйся: у нас скоро родится малыш, и ты не будешь одна. Но ты должна беречь нашу тайну».
Обрадовалась этому известию Психея и некоторое время жила спокойно, ни о чем не беспокоясь.
Между тем сестры снова отправились к Психее. Сердца их были полны злобы и ненависти. Легкий ветерок доставил сестер к дворцу, они вошли в него, стали обнимать Психею, делая вид, что очень рады видеть ее. Через некоторое время они приступили к ней с расспросами о муже. Доверчивая Психея думала, что сестры искренне любят ее. Забыла она, что в первый раз сказала им, будто муж ее молодой и красивый. На сей раз сказала, что он из соседнего царства, занимается торговлей и виски его уже покрылись сединой. На прощание она снова богато одарила сестер и вверила объятиям Зефира, который отнес их на скалу.
Оставшись одни, они стали думать, как им извести Психею. Теперь они не сомневались, что младшая сестра не говорит им правды о своем муже. «Возможно, она сама не знает, как он выглядит. Вдруг она вышла замуж за кого-нибудь из богов и ее будут почитать как богиню? Мы не можем этого так оставить».
Вернувшись к родителям, они и на этот раз ничего им не рассказали. Всю ночь сестры советовались, что предпринять, а рано утром уже были на скале. Ветерок спустил их в долину. Вбежав во дворец, они с плачем бросились обнимать Психею, приговаривая: «Мы так за тебя переживаем. Ты тут наслаждаешься счастьем и даже не подозреваешь, какая опасность тебе угрожает. Мы узнали, что тот, с кем ты проводишь ночи,- огромный змей. Его видят многие сельские жители и охотники, когда он вечером направляется к тебе. Когда-нибудь он тебя задушит, и мы потеряем нашу любимую сестру». И они зарыдали так жалобно, словно Психея уже умерла. Психею охватил ужас. Она забыла, что муж заклинал ее не верить сестрам, забыла свое обещание слушаться его советов. И со слезами на глазах обратилась к сестрам: «Дорогие мои, вы наверняка говорите правду. Я и в самом деле никогда не видела своего мужа. Мне пришлось обещать ему, что не буду пытаться его увидеть. Прошу вас, не покидайте меня, посоветуйте, что мне делать».
Так злые сестры убедились, что Психея действительно не знает, кто ее муж. И они принялись нашептывать ей коварные советы.
«Прежде чем лечь спать, спрячь в своей постели острый нож. Не забудь приготовить и фонарь. Когда твой муж уснет, зажги фонарь и убей его. Мы будем ждать и переживать за тебя. Когда твой муж будет мертв, вынесем из дворца все сокровища, а тебя выдадим замуж за кого пожелаешь».
Уговорив Психею совершить злодеяние, они поспешили покинуть ее дворец, так как не были уверены, что все пройдет так, как задумано. Испуганная и расстроенная, Психея сделала все так, как уговорилась с сестрами. Приготовила фонарь и нож, а когда муж уснул крепким сном, осторожно зажгла свет и склонилась над ним. Сердце ее чуть не выпрыгнуло из груди от неожиданной радости: рядом с ней лежал и спокойно спал сам бог Амур. Она глядела во все глаза, не веря, что это не сон. Исполненная нежности и любви, она, не удержавшись, несколько раз его поцеловала. И в этот миг горячая капля масла из фонаря упала на плечо Амура. Он вскочил и, убедившись, что Психея коварно обманула его, не сказав ей ни слова, улетел. Пытаясь задержать его, Психея схватилась обеими руками за его ногу и поднялась вместе с ним к облакам. Но тут силы покинули ее, руки разжались, и она упала на землю. Заметив это, Амур опустился на ближайший к ней кипарис и молвил: «Вот видишь, Психея, я не послушался своей матери Венеры, когда она велела, чтобы за твою красоту я внушил тебе любовь к самому обездоленному, самому бедному мужчине на свете. Вместо этого я сам влюбился в тебя и скрывал нашу любовь от моей матери. Я сделал тебя своей женой, а ты за это хотела меня убить. Разве я не предупреждал тебя, чтобы ты не слушала своих сестер? Но ты пренебрегла моим предупреждением. Я жестоко отомщу им за то, что они подбили тебя на убийство. Я люблю тебя, однако вынужден расстаться с тобой. Но и ты будешь страдать». С этими словами Амур поднялся в небо и исчез.
Психея лежала на земле и горько плакала. Поняв, что Амур уже не вернется к ней, она встала с земли и пошла по белу свету в поисках своего любимого.
Амур же в это время лежал в комнате матери и стонал от боли, причиняемой раной на плече. Узнав, что произошло, Венера поспешила домой. Разгневанная, она подошла к Амуру, который лежал на ее постели, и закричала: «Хорошо же ты выполняешь мои приказы! Разве я не велела тебе покарать девушку, красота которой чуть было не превзошла мою, так что ею стали восхищаться больше, чем мной, богиней красоты. Ты же взял ее в жены, за это я накажу теперь тебя! И ее тоже, она меня до смерти не забудет!»
Рассерженная Венера выбежала из дворца и пошла на поиски Психеи, чтобы покарать ее.
Между тем Психея бродила по свету в поисках Амура. Однажды ей повстречались богини Деметра и Гера . Психея простерла к ним руки, умоляя о помощи. Но богини боялись гнева Венеры и прошли мимо, даже не взглянув на нее.
Психея поняла, что никто ей не поможет. И она решилась отдать себя на милость Венеры, матери Амура. Надеялась найти у нее своего горячо любимого мужа.
Как раз в это время полная гнева Венера явилась на Олимп и предстала перед высшим богом Зевсом .
«Прошу тебя, отец богов и людей,- сказала она,- повелеть крылатому Гермесу помочь мне в поисках Психеи. Я хочу строго наказать ее за то, что она очаровала моего сына Амура и стала его женой, не спросив меня».
Зевс велел Гермесу отыскать Психею, и тот быстро нашел ее. Узнав, что Венера ищет ее, Психея немедленно отправилась во дворец богини.
При виде ее Венера сердито закричала: «Что, отважилась, наконец, навестить свою свекровь, скверная жительница Земли! Или ты явилась ко мне в поисках мужа, которого так опасно ранила? Сейчас я отплачу тебе за это».
Венера кликнула своих подруг, Заботу и Печаль, и отдала им Психею на растерзание. Те сразу же принялись за дело. Потом истерзанная и измученная Психея предстала перед Венерой, которая тоже била и таскала ее за волосы. Утомившись, богиня ссыпала в одну кучу просо, мак, чечевицу и бобы и сказала девушке: «Вот тебе работа. Проверю твою сноровку. Должна ты до вечера всю эту кучу перебрать и разложить все зернышки по отдельности: пшеничные зерна - к пшеничным, ячмень - к ячменю и так далее. Не справишься плохо тебе будет».
Венера ушла. Психея стояла в отчаянии, не зная, что делать. Неожиданно перед ней возник муравьишка. Когда он узнал, какое тяжелое дело поручено Психее, он проникся к ней сочувствием. Муравей быстро позвал своих товарищей, и они взялись за работу. Трудились так споро и дружно, что все зерна были разложены по кучкам еще до наступления вечера.
Возвратившись, Венера увидела, что ее задание исполнено. Богиня ничего не сказала, бросила Психее кусок черствого хлеба и пошла спать.
Утром она снова позвала Психею и сказала: «Видишь ту рощу за рекой? В ней пасутся златорунные овцы. Отправляйся туда и принеси мне клок золотой шерсти. Мне давно хочется ее иметь».
Психея отправилась в путь, но не для того, чтобы принести Венере золотую шерсть. Несчастная девушка решила утопиться, чтобы покончить со своими мучениями. Но зеленый тростник, растущий у реки, сказал ей: «Несчастная Психея, не бросайся в речные волны, не губи свою жизнь молодую. Я скажу тебе, что надо делать. Не ходи за золотой шерстью в жару, в это время дикие овцы бесятся и могут растерзать тебя. Дождись, когда начнет дуть легкий прохладный ветерок и овцы отправятся на отдых. Пока укройся под большим платаном на берегу, а потом аккуратно собери все золотые шерстинки, которые овцы оставляют на ветках кустарников».
Психея так и поступила. Когда овцы улеглись отдыхать, собрала большой комок золотой шерсти и принесла его Венере. Лицо богини омрачилось.
«Не знаю, помогает тебе кто-то или советует, но с заданиями ты справляешься,- сказала Венера. - Я, пожалуй, испытаю тебя еще раз. Видишь вершину той крутой горы? С нее стекают темные воды черного источника, бегут в ближайшую долину и там питают воды подземного царства. Набери и принеси мне кувшин ледяной воды из этого источника!» Подала Психее сосуд и ушла.
Психея отправилась выполнять приказ Венеры. Подойдя к подножию горы, она сразу же поняла, что на этот раз ей не справиться. Гора была неприступной, а вода стекала в долину по закрытым узким желобам. В расщелинах на горных склонах обитали змеи, охранявшие воды. Психея стояла неподвижно, подобно каменному изваянию. Даже плакать она была не в состоянии, ибо слезы иссякли.
Вдруг над ней раздался шум могучих крыльев. С высоты к ней спустился хищный орел и сказал: «Разве в состоянии ты, безрассудная девушка, справиться с этой трудной-претрудной задачей? Воды подземного царства вселяют ужас даже богам. Но дай мне свой кувшин, я помогу тебе».
Орел схватил когтями кувшин, взмахнул несколько раз крыльями и поднялся к самому началу потока. Быстро набрал воды и принес Психее. Девушка радостно поблагодарила его и поспешила к Венере.
Но и на сей раз не смирила свой гнев богиня, напротив, еще больше рассвирепела. Вне себя от злости закричала на Психею: «Ты наверное, волшебница, раз справилась и с этим делом. Но это было не последнее задание. Вот тебе шкатулка. Отправляйся в преисподнюю и попроси у Персефоны для меня немного румян, а то я свои потратила, ухаживая за больным Амуром. И возвращайся побыстрее!»
Психея поняла, что жизнь ее близится к концу. Но не колебалась ни минуты. Увидев впереди башню, решила броситься с нее, чтобы прекратить свои мучения. Но башня заговорила с ней человеческим голосом и дала совет, как поступить, чтобы благополучно вернуться из преисподней. Психея послушно выполнила все, что посоветовала башня. Когда с полной до краев шкатулкой она поднялась из преисподней и снова увидела над собой солнечный свет, то горячо поблагодарила богов за то, что они сохранили ей жизнь. Потом задумалась и сказала: «Я справилась с таким трудным делом, а не знаю, что несу в шкатулке. Что если взять немного этих румян для себя? Как бы мне хотелось снова понравиться моему мужу Амуру!»
Она осторожно открыла коробочку, но в ней не было ничего, кроме вечного сна. Он сразу охватил ее, и Психея, словно мертвая, упала на землю.
Тем временем рана на плече Амура зажила. В наказание мать держала его взаперти в своей спальне. Стосковавшись по любимой Психее, Амур не выдержал, вылетел через окно и пустился искать ее. Он нашел ее погруженной в глубокий сон у самого входа в преисподнюю. Поняв, что случилось, Амур, быстро собрал с ее век вечный сон и положил его обратно в шкатулку. Затем уколом стрелы разбудил Психею и сказал: «Видишь, как дорого обходится тебе твое любопытство. Если бы я не прилетел вовремя, ты уже никогда бы не проснулась. Теперь торопись, отнеси моей матери эту шкатулку. Об остальном я позабочусь».
Психея направилась к Венере, а Амур улетел. Он вознесся на Олимп и попросил Зевса, своего отца, помочь ему. Повелитель богов смилостивился над ним и созвал всех богов на совет. Боги решили, что Психея заслуживает быть женой Амура. Пришлось Венере смирить свой гнев и дать согласие на их брак. После этого перед Зевсом предстала и Психея. Зевс преподнес ей кубок с нектаром. Она выпила его и стала бессмертной.
Отпраздновав свадьбу, Амур и Психея жили счастливо и никогда больше не разлучались.
Мертлик Р. Античные легенды и сказания: Пер. с чеш. - М.: Республика, 1992. - 479 с.
Сказка об Амуре и Психее
Книга четвертая
28. Жили в некотором государстве царь с царицею. Было у них три дочки-красавицы, но старшие по годам хотя и были прекрасны на вид, все же можно было поверить, что найдутся у людей достаточные для них похвалы, младшая же девушка такой была красоты чудной, такой неописанной, что и слов-то в человеческом языке, достаточных для описания и прославления ее, не найти. Так что многие из местных граждан и множество иноземцев, которых жадными толпами собирала молва о необычайном зрелище, восхищенные и потрясенные недосягаемой красой, прикрывали рот свой правою рукою, положив указательный палец на вытянутый большой, словно они самой богине Венере священное творили поклонение. И уже по ближайшим городам и смежным областям пошла молва, что богиня, которую лазурная глубина моря породила и влага пенистая волн воздвигла, по своему соизволению являет повсюду милость, вращается в толпе людей, или же заново из нового семени светил небесных не море, но земля произвела на свет другую Венеру, одаренную цветом девственности.
29. Такое мнение со дня на день безмерно укреплялось, и растущая слава по ближайшим островам, по материкам, по множествам провинций распространялась. Толпы людей, не останавливаясь перед дальностью пути, перед морской пучиною, стекались к знаменитому чуду. Никто не ехал в Пафос, никто не ехал в Книд, даже на самое Киферу для лицезрения богини Венеры никто не ехал; жертвоприношения стали реже, храмы заброшены, священные подушки раскиданы, обряды в пренебрежении, не украшаются гирляндами изображения богов и алтари вдовствуют, покрытые холодною золою. К девушке обращаются с мольбами и под смертными чертами чтят величие столь могущественной богини; когда поутру дева появляется, ей приносят дары и жертвы во имя отсутствующей Венеры, а когда она проходит по площадям, часто толпа ей дорогу усыпает цветами и венками.
Чрезмерное перенесение божеских почестей на смертную девушку сильно воспламенило дух настоящей Венеры, и в нетерпеливом негодовании, потрясая головой, так в волнении она себе говорит:
30. «Как, древняя матерь природы! Как, родоначальница стихий! Как, всего мира родительница, Венера, я терплю такое обращение, что смертная дева делит со мною царственные почести и имя мое, в небесах утвержденное, оскверняется земною нечистотою? Да неужели я соглашусь делить сомнительные почести со своей заместительницей, принимающей под моим именем искупительные жертвоприношения, и смертная девушка будет носить мой образ? Напрасно, что ли, пастырь пресловутый, суд и справедливость которого великий подтвердил Юпитер, предпочел меня за несравненную красоту столь прекрасным богиням? Но не на радость себе присвоила та самозванка, кто бы она ни была, мои почести! Устрою я так, что раскается она даже и в самой своей недозволенной красоте!» Сейчас же призывает она к себе сына своего крылатого, крайне дерзкого мальчика, который, в злонравии своем общественным порядком пренебрегая, вооруженный стрелами и факелом, бегает ночью по чужим домам, расторгая везде супружества, и, безнаказанно совершая такие преступления, хорошего решительно ничего не делает. Его, от природной испорченности необузданного, возбуждает она еще и словами, ведет в тот город и Психею – таково было имя девушки, – воочию ему показывает, рассказывает всю историю о соревновании в красоте; вздыхая, дрожа от негодования, говорит она ему:
31. «Заклинаю тебя узами любви материнской, нежными ранами стрел твоих, факела твоего сладкими ожогами, отомсти за свою родительницу. Полной мерой воздай и жестоко отомсти дерзкой красоте, сделай то единственное, чего мне больше всего хочется: пусть дева эта пламенно влюбится в последнего из смертных, которому судьба отказала и в происхождении, и в состоянии, и в самой безопасности, в такое убожество, что во всем мире не нашлось бы более жалкого».
Сказав так, она долго и крепко целует сына полуоткрытым ртом и идет к близлежащему краю омываемого морем берега; едва ступила она розовыми ступнями на влажную поверхность шумящих волн, как вот уже покоится на тихой глади глубокого моря, и едва только пожелала, как немедля, будто заранее приготовленная, показалась и свита морская: здесь и Нереевы дочери, хором поющие, и Портун со всклокоченной синей бородой, и Салация, складки одежды которой полны рыбой, и маленький возница дельфинов Палемон; вот по морю здесь и там прыгают тритоны: один в звучную раковину нежно трубит, другой от враждебного солнечного зноя простирает шелковое покрывало, третий к глазам госпожи подносит зеркало, прочие на двухупряжных колесницах плавают. Такая толпа сопровождала Венеру, которая держала путь к Океану.
32. Между тем Психея, при всей своей очевидной красоте, никакой прибыли от прекрасной своей наружности не имела. Все любуются, все прославляют, но никто не является – ни царь, ни царевич, ни хотя бы кто-нибудь из простого народа, кто бы пожелал просить ее руки. Дивятся на нее, как на божественное явление, но все дивятся, как на искусно сделанную статую. Старшие две сестры, об умеренной красоте которых никакой молвы не распространялось в народе, давно уже были просватаны за женихов из царского рода и заключили уже счастливые браки, а Психея, в девах вдовица, сидя дома, оплакивает пустынное свое одиночество, недомогая телом, с болью в душе, ненавидя свою красоту, хотя она всех людей привлекала. Тогда злополучный отец несчастнейшей девицы, подумав, что это знак небесного неблаговоления, и страшась гнева богов, вопрошает древнейшее прорицалище – милетского бога – и просит у великой святыни мольбами и жертвами для обездоленной девы мужа и брака. Аполлон же, хотя и грек и даже иониец, из уважения к составителю милетского рассказа дает прорицание на латинском языке:
33. Царь, на высокий обрыв поставь обреченную деву
И в погребальный наряд к свадьбе ее обряди;
Смертного зятя иметь не надейся, несчастный родитель:
Будет он дик и жесток, словно ужасный дракон.
Он на крылах облетает эфир и всех утомляет,
Раны наносит он всем, пламенем жгучим палит.
Даже Юпитер трепещет пред ним и боги боятся.
Стиксу внушает он страх, мрачной подземной реке.
Услышав ответ святейшего прорицателя, царь, счастливый когда-то, пускается в обратный путь недовольный, печальный и сообщает своей супруге предсказания зловещего жребия. Грустят, плачут, убиваются немало дней. Но ничего не поделаешь, приходится исполнять мрачное веление страшной судьбы. Идут уже приготовления к погребальной свадьбе злосчастнейшей девы, уже пламя факелов чернеет от копоти и гаснет от пепла, звук мрачной флейты переходит в жалобный лидийский лад, и веселые гименеи оканчиваются мрачными воплями, а невеста отирает слезы подвенечной фатой. Весь город сострадает печальной участи удрученного семейства, и по всеобщему согласию тут же издается распоряжение об общественном трауре.
34. Но необходимость подчиниться небесным указаниям призывает бедненькую Психею к уготованной муке. Итак, когда все было приготовлено к торжеству погребального бракосочетания, трогается в путь в сопровождении всего народа, при общей скорби, похоронная процессия без покойника, и заплаканную Психею ведут не как на свадьбу, а как на собственное погребение. И когда удрученные родители, взволнованные такой бедой, медлили совершать нечестивое преступление, сама их дочка такими словами подбодряет их:
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «ЛитРес».
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
Примечания
…прикрывали рот свой правою рукою… – В знак благочестивого восхищения и поклонения древние подносили правую руку к губам и целовали ее.
Пафос – город на острове Кипр; Книд – приморский город в Малой Азии; Кифера – остров у южного побережья Пелопоннеса. В этих местах находились самые знаменитые храмы Афродиты
Священные подушки – подушки, на которых расставлялись изображения богов во время особого жертвоприношения, когда статуи богов помещали перед накрытым столом.
Эти слова Венеры напоминают слова Изиды (Исиды) о себе (XI, 5), с которой ее отождествлял религиозный синкретизм II в.
Психея (Psyche) по-гречески значит «душа» и «бабочка». Таким образом, оказывается, что этот миф повествует о связи между физической и духовной любовью и о том, что любящая душа, подобно бабочке, претерпевает метаморфозы.
Джон Френсис Бирлайн. «Параллельная мифология»
>Апулей. «Метаморфозы, или Золотой осел»:
« Жили в некотором государстве царь с царицею. Было у них три дочки-красавицы, но старшие по годам, хотя и были прекрасны на вид, все же можно было поверить, что найдутся у людей достаточные для них похвалы, младшая же девушка такой была красоты чудной, такой неописанной, что и слов-то в человеческом языке, достаточных для описания и прославления ее, не найти».
В начале повествования представлена благополучная семья – зрелое сознание и эмоциональная сфера – царь и царица, принесшие прекрасные плоды души – три дочери, три эмоциональных начала. Что это за начала, и какими качествами обладают, увидим далее. Как всегда, младшая дочь самая красивая. Люди, ослепленные ее красотой, стали поклоняться ей как богине, а храмы Венеры опустели, жертвы в ее честь приносить перестали. Венера разгневалась на Психею, присвоившую ее почести, и призвала своего сына, крылатого Амура, чтобы наказать девушку. Имя прекрасной девы – Психея – душа и бабочка уже говорит о том, что место действия – душа человека и ее метаморфозы.
«Заклинаю тебя узами любви материнской, нежными ранами стрел твоих, факела твоего сладкими ожогами, отомсти за свою родительницу…пусть дева эта пламенно влюбится в последнего из смертных, которому судьба отказала и в происхождении, и в состоянии, и в самой безопасности, в такое убожество, что во всем мире не нашлось бы более жалкого».
Но Психея и без наказания Венеры страдала от своей красоты. Старших сестер просватали за женихов царского рода, а младшая плакала в одиночестве, т. к. ее воспринимали лишь как ожившую статую. Отец Психеи отправился к древнейшему прорицалищу милетского бога просить для младшей дочери мужа и получил ответ:
Царь, на высокий обрыв поставь обреченную деву
И в погребальный наряд к свадьбе ее обряди;
Смертного зятя иметь не надейся, несчастный родитель;
Будет он дик и жесток, словно ужасный дракон,
Он на крылах облетает эфир и всех утомляет,
Раны наносит он всем, пламенем жгучим палит,
Даже Юпитер трепещет пред ним, и боги боятся.
Стиксу внушает он страх, мрачной подземной реке.
Девушку облачают в траурные одежды и ведут к скале, оставив одну.
«А несчастные родители ее, удрученные такою бедою, запершись в доме, погруженные во мрак, предали себя вечной ночи».
Как и во многих русских и европейских сказках, а также греческих мифах, красавицу отдают в жертву чудовищу. В русских сказках змей, Кощей, Ворон – нечистый дух – уносят прекрасное женское начало. Андромеду, приковав к скале, отдают на съедение морскому чудовищу. Но в этой сказке о Психее есть коренное отличие, как увидим далее.
Родители Психеи оплакивают ее судьбу. Дом – сознание. Погрузиться во мрак и предать себя вечной ночи, значит, отдать сознание во власть энтропии, разложения. Они заживо похоронили дочь, думая, что отдали замуж за чудовище. Чудовище – символ хаоса, распада прекрасного начала, каким являлась их младшая дочь. Психея же не только жива, но и пребывает в ином мире с божественными существами.
«Психею же, боящуюся, трепещущую, плачущую на самой вершине скалы, нежное веяние мягкого Зефира, всколыхнув ей полы и вздув одежду, слегка подымает, спокойным дуновением понемногу со склона высокой скалы уносит и в глубокой долине на лоно цветущего луга, медленно опуская, кладет».
Психея попадает в великолепный дворец. «Едва ступишь туда, сразу узнаешь, что пред тобою какого-нибудь бога светлое и милое пристанище».
Из обычного дворца отца с матерью Психея попадает в необычный божественный волшебный дворец. Здесь не нужно прилагать никаких усилий для того, чтобы возникло все необходимое и даже сверх того.
Это напоминает скандинавский миф о Риге, давшем людям знания. Он спустился на землю и, прогостив у прабабки и прадеда, живших в землянке, дал им элементарные знания. От них пошел род слуг. Придя к более процветающим бабе и деду, жившим в добротном доме, бог Риг дал им больше знаний, – как вести торговлю и др. От них произошли ремесленники и торговцы. Придя в дом к матери и отцу, которые ничего сами не делали, живя в прекрасном доме, лишь смотрели в глаза друг другу, всю работу которых выполняли слуги, Риг дал им больше знаний. От матери и отца пошел знатный род конунгов, обладающих знанием рун. Здесь мы видим три дома – землянку, добротный дом и богатый дом, где трудятся слуги. Дом – сознание. Первое сознание ограниченное, последнее – духовное и мудрое, наиболее приближенное к богам, способное знанием рун исцелять и останавливать бурю, как говорится в мифе. В этом доме-сознании всю работу выполняют слуги, т. е. это сознание, прошедшее путь от землянки до дворца, совершившее работу над преображением себя, свободное от труда и борьбы с собой, отделившее истинное от ложного.
Психея попадает во дворец, где работа по преображению души уже совершена, истинное отделено от ложного. Невидимые слуги подают то, что нужно, и услаждают искусствами – это сфера чистоты и вдохновения.
Невидимые слуги разговаривают с Психеей и прислуживают ей. Готовят купание, накрывают стол, услаждают музыкой и пением. По ночам является муж ее, которого она не видит, но осязает и слышит. Однажды супруг предупреждает Психею:
«Сестры твои, считающие тебя мертвой и с тревогой ищущие следов твоих, скоро придут на тот утес; если услышишь случайно их жалобы, не отвечай им и не пытайся даже взглянуть на них, иначе причинишь мне жестокую скорбь, а себе верную гибель».
Психея же плачет в разлуке с родными и добивается от мужа разрешения на свидание с сестрами, чтобы утешить их печаль. «…делай как знаешь, уступи требованиям души, жаждущей гибели». Муж просит не внимать советам сестер попытаться увидеть его, если же это произойдет, то она навсегда низвергнет себя с вершины счастья и лишится его объятий. Психея клянется:
«Да лучше мне сто раз умереть, чем лишиться сладчайшего твоего супружества! Ведь кто б ты ни был, я люблю тебя страстно, как душу свою, и с самим Купидоном не сравняю».
В данный момент Психея – душа любит своего мужа за его прекрасные качества и ей не важен его внешний облик.
Когда сестры приходят оплакивать Психею к скале, младшая сестра повелевает Зефиру доставить их к ней. Увидев дворец, несметные богатства и невидимых слуг, сестры позавидовали Психее, хотя она и одарила их щедро. Возвращаясь домой, одна сестра говорила другой:
«Да, метит она на небо; богиней держится эта женщина, раз невидимых служанок имеет и самими ветрами повелевает. А мне, несчастной, что досталось на долю? Прежде всего муж в отцы мне годится, плешивее тыквы, телосложением тщедушнее любого мальчишки и все в доме держит на замках и запорах» . Так же жаловалась на своего мужа и другая сестра.
Психея на расспросы о муже первый раз ответила сестрам, что он молод и красив. Сестры доброту и щедрость Психеи оценили по-своему, им это показалось гордыней, заносчивостью, а дары ее – крохами с превосходного стола. «Не будь я женщиной, перестань я дышать, если не свергну ее с вершины такого богатства» . Они решают никому, ни родителям, ни народу, не рассказывать о ее процветании. «Не могут быть счастливы те, богатство которых никому неведомо».
Психея счастлива в этом прекрасном дворце с любящим мужем и для нее не важны несметные богатства. Но она тоскует по родным, причем именно по завистливым жестоким сестрам, что и приведет ее к несчастью и изгонит из чистого вдохновенного царства. Тоска по сестрам – аналогия негармоничных качеств в Психее.
Муж снова предупреждает Психею о коварных замыслах сестер, главная цель которых уговорить увидеть черты супруга. Он также открывает ей, что она ждет дитя: «…детское чрево твое носит в себе новое дитя для нас, божественное, если молчанием скроешь нашу тайну, если нарушишь секрет – смертное» .
Во второй раз посетив Психею, сестры вновь выведывают, кто ее муж, а она, забыв, что говорила в первый раз, придумывает, что он человек средних лет с проседью.
Поняв, что Психея не видела своего мужа и что скорее всего он бог, сестры не желают допустить блаженства Психеи в счастии с божеством и рождения у них божественного ребенка. Они придумывают ложь, чтобы устрашить Психею: «Мы наверняка узнали и не можем скрыть от тебя, разделяя скорбь и горе твое, что тайным образом спит с тобою по ночам огромный змей, извивающийся множеством петель, шея у которого переполнена вместо крови губительным ядом и пасть разверзнута, как бездна. Вспомни предсказания пифийского оракула, что провозвестил тебе брак с диким чудовищем. К тому же многие крестьяне, охотники, поблизости охотившиеся, множество окрестных жителей видели, как он под вечер возвращался с пастбища и переправлялся вброд через ближайшую реку…Теперь тебе представляется выбор: или захочешь послушаться сестер твоих, заботящихся о дорогом твоем спасении, и, избежав гибели, жить с нами в безопасности, или же быть погребенной во внутренностях жесточайшего гада» . Психея в страхе открывает сестрам, что не видела мужа. Они же побуждают ее убить мужа ночью, подготовив отточенную бритву и лампу. Психея приняла решение «протянуть руку к преступлению», «…отчаивается, гневается и, наконец, в одном и том же теле ненавидит чудовище и любит мужа» .
Психея перестает доверять своим чувствам и дает обмануть себя сестрам, вовлечь в иллюзию. Мужа, который нежно любит ее и одаривает прекрасной жизнью, она уже боится и ненавидит только потому, что в ее воображении нарисован образ чудовища. Истиное в ее сознании подменяется ложным. Она любила мужа не за внешность, так как не видела его, да это и не имело значения, она чувствовала прекрасное в нем. Теперь только потому, что в ее воображении он имеет облик дракона, она готова его убить, позабыв заботу и ласку, все то хорошее, что от него принимала. Ночью, после того, как муж заснул, взяла Психея бритву и поднесла лампу к ложу. Но как только «осветились тайны постели» , увидела она прекраснейшего бога Купидона. Около ног мужа лежали лук и колчан со стрелами. Психея, осматривая стрелы, случайно ранит себя наконечником и, «сама того не зная, Психея воспылала любовью к богу любви» . Она осыпала тело страстными поцелуями, но лампа неожиданно брызнула маслом и обожгла плечо богу. Проснувшись, Купидон увидел нарушившую клятву Психею и тут же поднялся в воздух.
«А Психея, как только поднялся он, обеими руками ухватилась за правую его ногу – жалкий привесок в высоком взлете – но, наконец, устав долгое время быть висячей спутницей в заоблачных высях, упала на землю. Влюбленный бог не оставляет ее, лежащую на земле, и, взлетев на ближайший кипарис, с высокой верхушки его, глубоко взволнованный, так говорит ей: – Ведь я, простодушнейшая Психея, вопреки повелению матери моей Венеры, приказавшей внушить тебе страсть к самому жалкому, последнему из смертных и обречь тебя убогому браку, сам предпочел прилететь к тебе в качестве возлюбленного. Я знаю, что поступил легкомысленно, но, знаменитый стрелок, я сам себя ранил своим же оружием и сделал тебя своей супругой для того, значит, чтобы ты сочла меня чудовищем и захотела бритвой отрезать мне голову, за то что в ней находятся эти влюбленные в тебя глаза… Почтенные советчитцы твои немедленно ответят мне за свою столь гибельную выдумку, тебя же я накажу только моим исчезновением. – И, окончив речь эту, на крыльях ввысь устремился».
Внешнее для Психеи становится важнее внутреннего, сущностного, поэтому она теряет бога, теряет блаженство единения с крылатым разумом. Она пытается держаться за летящего бога, но не выдерживает. Еще не обретя свои собственные крылья, Психея не имеет сил подняться вместе с божеством в сферу небес – мудрости и истины. Неразумная дева изгнана из рая волшебного дворца, где ей не приходилось трудиться и она падает на бренную землю, где вынуждена бродить в поисках утраченного рая, в поисках возлюбленного – одухотворенного разума – своего бога.
В отличие от сказок, где прекрасную деву отдают чудовищу или оно уносит красавицу, здесь иллюзия чудовища. В этой сказке, наоборот, прекрасная Психея отдана крылатому богу, но об этом никто не знает, даже сама Психея. Чего обычно боятся люди более всего? Того, что скрыто в темноте, во мраке, где ничего не видно и поэтому непонятно, непознано, страшно. Но стоит зажечь свет и увидеть то, что вокруг, как страх исчезает, потому что все становится ясным и понятным. Люди боятся неизвестных им явлений, понятий и, только изучив их, вырабатывают по отношению к ним свою позицию, оценивая – хорошо это или плохо, истинно или ложно, возвышенно или низменно. Психея отдана во власть неведомой невидимой силы, которой она интуитивно доверяет, пребывая в блаженстве единства с духовным сознанием, которое еще не вполне понятно Психее – неопытной сфере души. У нее нет знания о высшем начале – ее муже, лишь ощущение его, поэтому ее легко ввести в заблуждение, и она боится того, чего не видела, не понимает. А то, что непонятно и поэтому пугает – легче убить, нежели познать. Невежество всегда стремится уничтожить то и тех, кто несет просвещение и просветление в умы и сердца.
Чудовище здесь не Купидон, а неведение, невежество, рисующее чудовищный образ непознаному возвышенному и одухотворенному.
Психея в горе бросилась с обрыва в реку, но волна вынесла ее на берег невредимой. Душа, отлученная от сияния светлого разума, пребывает во мраке и не желает существовать, но вода не может ее упокоить в себе, также как и омыть – пока Психея сама того не пожелает. Вода – символ подсознательных сил души. Психея стремится опуститься в неосознанную сферу подсознания, но активные силы души не позволяют ей этого, выплескивая вновь в сферу, где она помнит и понимает свою ошибку и поэтому жаждет ее исправить.
Сестры ее аналогичны сестрам русских сказок – о Финисте Ясном Соколе, где сестры разлучили красну девицу с Финистом – ясным разумом. И Финист и Купидон крылаты и обитают в небесной сфере, прилетая к своим возлюбленным. И Психея так же, как красна девица, вынуждена скитаться по белу свету в поисках возлюбленного, претерпевая множество невзгод, возделывая ниву своей души. В сказке о царе Салтане сестры аналогичны ткачихе с поварихой, которые хотят погубить царицу и ее сына и свергнуть с трона. Психея тоже носит внутри себя младенца – плод крылатого бога, которому сестры также не хотят дать процветать и занять подобающее себе место. В сказке о царе Салтане ткачиха с поварихой вводят в заблуждение царя – разум и бросают царицу с сыном в море, а здесь сестры – искаженное эмоциональное начало, сеющее иллюзии, ослепляют неопытную доверчивую неразборчивую еще, не умеющую отделить истинное от ложного Психею – эмоциональную сферу.
Психея пошла по дороге, приведший ее в город, где правил муж ее старшей сестры. Она рассказала сестре, что по их совету посмотрела на мужа при свете лампы и увидела божественного Купидона, но фитиль брызнул маслом и обжег бога. Психея рассказывала, как проснувшись, он сказал: «Ты за столь жестокое преступление уходи немедленно с моего ложа и забери свои пожитки, я же с сестрой твоей, – тут он назвал твое имя, – торжественным браком сочетаюсь».
Сестра Психеи, обманув мужа, тут же села на корабль и отправилась к тому обрыву, с которого Зефир приносил легким дуновением сестер во дворец Купидона. Встав на обрыве, она крикнула, «охваченная слепой надеждой: – Принимай меня, Купидон, достойную тебя супругу, а ты, Зефир, поддержи свою госпожу! – и со всего маху бросилась в бездну. Но до места назначения даже в виде трупа она не добралась. Ударяясь о камни скал, члены ее разбились и разлетелись в разные стороны, и она погибла, доставив своими растерзанными внутренностями, как заслуживала этого, легкую добычу для птиц и диких зверей…Не заставила себя ждать и следующая мстительная кара. Психея, снова пустившись в скитания, дошла до другого города, где, подобно первой, была царицей вторая ее сестра. И эта также поддалась на приманку родной сестры и – соперница Психеи – поспешила к утесу на преступный брак, но также упала, найдя себе гибель и смерть».
Первое, что предпринимает изгнанная из рая Психея – воздать по заслугам сестрам. Теперь Психея уже не та неопытная, доверчивая, пребывающая в неведении и счастии душа. Она теперь знает, что была замужем за божеством, что потеряла его из-за иллюзий, внушенных сестрами. И Психея уничтожает источник иллюзий, очищается от искажающих бытие начал – злых сестер.
«Между тем, пока Психея, занятая поисками Купидона, обходит страны, он сам, страдая от ожога, лежал и стонал в самой спальне у своей матери». Говорливая чайка поведала Венере о том, что ее сын болен, а также о том, что его избранница – Психея, которую она хотела наказать. Венера изливает гнев на сына и ищет следы Психеи, чтобы отомстить ей. Психея же ищет повсюду своего мужа. Увидев на вершине горы храм, она направляется к нему, надеясь найти там Купидона. Увидев колосья ячменя и пшеницы, серпы, всевозможные орудия жатвы в беспорядке, Психея принимается усердно разбирать их, приводя в порядок. За этим занятием ее застает «кормилица Церера» , богиня этого храма, у которой Психея просит защиты от Венеры на несколько дней. Но, страшась гнева Венеры, Церера прогоняет Психею, сказав, что единственное, чем может ей помочь – не задержать и не предать тут же в мстительные руки Венеры.
В поисках своего крылатого разума, Психея попадает в храм плодов, труда и изобилия, где наводит порядок, т. е. порядок в храме труда и плодотворности своей души. Здесь она стремится скрыться от препятствий, но сама плодотворность толкает ее навстречу препятствиям, чтобы, преодолев их, она вышла из этой борьбы победительницей.
Психея идет дальше и видит в сумеречной долине храм Юноны. Войдя в него, она возносит мольбу богине, покровительствующей беременным женщинам, каковой Психея являлась, находящимся в опасности. Она молит: «…будь мне в моей крайней нужде Юноной покровительницей и, изнемогшую в стольких переживаемых мною мучениях, от страха грозящих опасностей освободи!»
Психея уже не молит спрятать ее от мести Венеры, а просит освободить от страха. Она находит в себе мужество встретить опасности лицом к лицу, но страх еще мешает ей. Юнона также отказывает Психее в прибежище и помощи.
Поняв, что если даже богини отказывают ей в приюте, что она нигде не сможет скрыться от мести Венеры, она решает отправиться к ней сама и, вооружившись присутствием духа, покориться ей. В то же время Психея надеется отыскать мужа в ее доме, при этом готовая к гибели.
При приближении к воротам владычицы любви, Психею хватает Привычка – из числа Венериной челяди: «Наконец-то, служанка негоднейшая, уразумела ты, что есть над тобой госпожа!.. – и, смело вцепившись ей в волосы, потащила ее, меж тем как она не оказывала никакого сопротивления».
Привычка – «Consuetudo. Это слово имеет в латинском языке и более узкое значение, а именно – «любовная связь» (прим. С. Маркиша).
Венера – богиня красоты и любви. Психея принимала дары и почести, которыми ее осыпали люди, как богиню, она не отвергала этого почитания, беря себе то, что принадлежит всеобщему началу красоты и любви. За это подверглась гонению этого начала.
«Как только Венера увидела, что Психею привели и поставили пред лицом ее, она разразилась громким хохотом, как человек, доведенный гневом до бешенства,… и говорит: – Наконец-то ты удостоила свекровь посещением! Или. Может быть, ты пришла проведать мужа, который мучается от нанесенной тобою раны? Но будь спокойна, я сумею обойтись с тобою, как заслуживает того добрая невестка! – И кричит: – Где тут Забота и Уныние, мои служанки? (Персонификация сопутствующих любви чувств). – Им, явившимся на зов, она передала ее на истязание. А те, согласно приказу хозяйки, избив бедняжку Психею плетьми и предав другим мучениям, снова привели ее пред господские очи».
После долгих поисков утраченного единства с крылатым разумом, Психею истязают Забота и Уныние – два качества души, стремящиеся уничтожить надежду на воссоединение с утраченным раем. Через мытарства заботы и уныния проходит каждая душа в поисках гармонии и душевного покоя.
«Опять Венера покатилась со смеху и говорит:
– Наверное, ты рассчитываешь, что во мне вызовет сострадание зрелище вздутого живота твоего, славное отродье которого собирается осчастливить меня званием бабушки? …брак был неравен, к тому же заключенный в загородном помещении, без свидетелей, без согласия отца, он не может считаться действительным, так что родиться от него незаконное дитя, если я вообще позволю тебе доносить его.
Сказав это, налетает она на ту, по-всякому платье ей раздирает, за волосы таскает, голову ее трясет и колотит нещадно, затем берет рожь, ячмень, просо, мак, горох, чечевицу, бобы – все это перемешивает и, насыпав в одну большую кучу, говорит: – Разбери эту кучу смешанного зерна и, разложив все как следует, зерно к зерну отдельно, до наступления вечера, представь мне свою работу на одобрение.
Указавши на множество столь разнообразных зерен, сама отправляется на брачный пир».
Муравьи сжалились над Психеей и решили ей помочь. До прихода Венеры все зерно было тщательно разобрано и отделено.
Первое задание Венеры – разобрать зерна, отделив одни от других. Если раньше Психея была неразборчива в том, какие начала истинные и созидательные, а какие иллюзорные, то теперь она многое понимает. Разобрать множество сортов зерна, не смешав их, значит отделить одни качества от других усердной работой. Муравьи – символ производительных сил души.
Второе задание Венеры – принести клочок драгоценной шерсти златорунных овец, пасущихся у берега реки. Психея вновь хочет покончить с жизнью, бросившись в реку, но вдруг к ней обращается тростинка: «Психея, столько бед испытавшая, не пятнай священных вод этих несчастною своею смертью и, смотри, не приближайся в этот час к ужасным овцам; когда палит их солнечный зной, на них обычно нападает дикое бешенство и они причиняют гибель смертным то острыми рогами, то лбами каменными, а подчас ядовитыми укусами. Когда же после полудня спадет солнечный жар и приятная речная прохлада стадо успокоит… ты найдешь золотую шерсть, застрявшую повсюду среди переплетенных ветвей – стоит лишь потрясти листву соседних деревьев» . Психея вняла советам тростинки и после полудня набрала «полную пазуху мягкой золотисто-желтой шерсти».
Золотая шерсть – драгоценная солнечная пряжа, излучающая свет. Овцы носят ее как одежду на себе, а люди или боги могут из этой пряжи сотворить одежду для тела, облачиться в сияние золотого света – света истины. Но носители этого светоносного облачения – бешеные овцы с острыми рогами, каменными лбами и ядовитыми укусами. Истина может ослепить, если она не доступна пониманию. Применяя знание, данное тростинкой – что представляют собой овцы, как и когда можно собрать золотое руно, Психея не только не погибает, но и приносит драгоценную пряжу. Невежество сталкивает и разбивает о каменные лбы непознанного. Невежество не способно заглянуть в суть вещей, чтобы извлечь золото из любой на первый взгляд негативной ситуации или явления. Вспомним, как родители Психеи, погруженные во мрак неведения, предают себя вечной ночи – энтропии. Т. е. можно сказать, что они столкнулись с бешеными овцами невежества и были отравлены их ядовитыми укусами, не сделав попытку приподнять покрывало неведения, чтобы извлечь из-под него золотое руно мудрости, которое поведало бы им о божественном браке их дочери с Амуром. Неведение толкнуло бы Психею навстречу ядовитым укусам, знание дает ей в руки золото для облачения души.
Третье задание Венеры – принести ледяной воды из стигийских вод царства мертвых. Эти воды низвергались с вершины крутой горы. Психея взошла на вершину и увидела «приводящие в ужас родники» , которые охраняли со всех сторон свирепые драконы. «К тому же воды, обладающие даром речи, и сами себя охраняя, поминутно восклицали: – Назад! Что делаешь! Смотри! Что задумала? Берегись! Беги! Погибнешь!»
Исполнить это задание помогает орел – «царственная птица Юпитера всевышнего».
Ледяные воды, питающие Стикс, – воды смерти. Холод вод противоположен теплу и жизни. И сами воды, обладая даром речи, отгоняют от себя все живое. Драконы – символ страха смерти охраняют ее источники. Чтобы увидеть эти воды, нужно подняться на вершину крутой горы – символ величия смерти, также как и жизни. Горы – символ устремления к совершенству, символ мудрости. Смерть тоже совершенна и мудра. Воды смерти не только разлучают тело с душой, отправляя ее в царство Аида, но и трансформируют душу, если у нее есть крылья орла, способные лавировать меж ужасных драконов страха и наполнить сосуд сознания и души водами очищения. Орел – это внутренняя крылатая и зоркая сила, способная достать воды трансформации. В русской сказке крылатый ворон приносит мертвую и живую воду, также крылатое создание, обитатель небесной сферы – сферы мудрости, духа. Психея причастилась водой очищения.
Четвертое задание Венеры – спуститься в царство Аида и попросить у Прозерпины баночку красоты. Психея решила, что самый короткий путь в Тартар – умереть, бросившись с высокой башни.
Исполнить это задание Психее помогает башня, которая обращается к Психее: «Почему новые опасности и труды так легко удручают тебя?»
Психея третий раз пытается покончить с жизнью. Душа боится препятствий и трудностей, но предыдущие ее победы, пройденный путь не позволяют сдаться, и она вновь обретает знание.
Башня поведала Психее, где найти расщелину – вход в царство мертвых, что нужно с собой взять и кто встретится ей на пути. Особенно предупреждает о том, что нельзя заглядывать в баночку и «проявлять любопытство к скрытым в ней сокровищам божественной красоты» . Взяв две монеты и две лепешки, Психея спускается по загробному пути. Она дает монету перевозчику душ умерших – Харону, лепешку – трехголовому псу Керберу, успокоив этим его ярость, затем предстает перед Прозерпиной, излагая поручение Венеры. Взяв баночку красоты, Психея благополучно возвращается обратно, дав вторую лепешку псу и вторую монету Харону. Выбравшись на белый свет, Психея подумала: «Какая я глупая, что несу с собой божественную красоту и не беру от нее хоть немножечко для себя, чтобы понравиться прекрасному моему возлюбленному!
И, сказав так, открывает баночку. Там ничего решительно нет, никакой красоты, только сон подземный, поистине стигийский, сейчас же вырвавшийся из-под крышки, на нее находит, по всему телу разливается густое облако оцепенения и овладевает ею, упавшей в тот же миг на той же тропке. И лежала она недвижно, словно спящий мертвец».
Спустившись в царство теней, область смерти и трансформации, душа может либо погибнуть, либо очиститься, трансформироваться, преобразиться и получить новое знание, подобно тому, как Иван, попадая в царство Бабы Яги выходит из него преображенным, обновленным, обогащенным знанием. Психея нарушает запрет – открывает баночку с подземной красотой и засыпает мертвым сном. Это опять результат неведения – душа не знает, что такое подземная красота для живых. Она нарушает запрет, так как хочет выглядеть красивее, чтобы понравиться божественному мужу. Здесь она совершает аналогичную ошибку, что и вначале своего падения, поверив, что облик мужа страшен. Внешнее для нее становится важнее внутреннего, оболочка – содержания. Поэтому ее внутреннее, прекрасное засыпает.
Дата публикации
Жил однажды царь и царица и было у них три дочери.
Красивыми уродились старшие дочери, но с младшей, по имени Психея, никто не мог сравниться красотой. Прекраснее всех на земле была она, со всех стран стекались в город люди, чтобы полюбоваться на нее. Каждый восхищался ее очарованием и прелестью и находил похожей на Венеру. Люди даже стали забывать настоящую богиню Венеру, зато стали боготворить царевну Психею. Царь догадывался, что боги разгневались на его младшую дочь и поэтому обратился к оракулу с просьбой предсказать ее судьбу. Жрец велел одеть Психею в свадебный наряди отвести ее на вершину высокой горы. Там ее схватит и унесет жестокое чудовище. Долго горевали родители по поводу судьбы своей младшей дочери, которую очень любили. Но несчастная Психея должна подчиниться тому, что предначертано. Царь и царица нарядили ее в свадебное платье и грустная процессия проводила ее до вершины горы. Там оставили девушку одну и, печальные, вернулись домой.
Покинутая всеми, Психея едва дышала от страха. Сердце сжимала тревога, что вот-вот появится чудовище. Как вдруг легкий ласковый ветер подхватил ее, поднял в воздух и осторожно опустил с вершины скалы в долину и положил на мягкую траву. Увидев, что с ней ничего плохого не случилось, Психея перестала бояться. Она увидела перед собой рощу, а в ней дворец. Психея приблизилась к нему и замерла от удивления и восхищения. Ничего красивее и богаче она не видела. Повсюду золото и серебро. Она робко вошла внутрь и увидела, что потолок и пол выложены слоновой костью и драгоценными камнями. Вдруг, как ей показалось, сзади прозвучал чей-то голос. Психея оглянулась, но никого не увидела. Кто-то невидимый вновь сказал приветливо: "Почему ты так робеешь? Не бойся, смело входи во дворец и распоряжайся в нем. Отдохни, ты ведь устала."
Психея заглянула в другие комнаты, но никого не увидела. Она лишь слышала голоса невидимых существ, обслуживающих ее.
Вечером, когда она собралась лечь в постель, возле нее вновь раздался голос: "Ничего и никого не бойся, дорогая Психея, с сегодняшнего дня я твой муж. Живи спокойно, ты ни в чем не будешь нуждаться. Я буду о тебе заботиться." Обрадовалась Психея и стала жить в этом дворце. День она проводила одна, только ночью к ней приходил ее таинственный незримый муж. Он был ласков и добр, уверял ее в своей бесконечной любви к ней. Но Психее ни разу не удалось увидеть его, узнать, кто это.
Тем временем родители Психеи оплакивали любимую дочь, полагая, что она стала жертвой чудовища. Обе старшие дочери, прослышав о постигшем родителей несчастье, поспешили приехать к ним, чтобы утешить их в горе. В ту самую ночь, когда они прибыли в родной дом, в находившемся далеко отсюда прекрасном дворце муж сказал Психее, своей жене: "Дорогая жена! Ты должна быть очень осторожной, ибо жестокая судьба грозит нам гибелью. В отличие от твоих родителей, твои сестры считают, что ты жива. Они пойдут искать тебя. Когда услышишь, что они зовут тебя, не откликайся. Иначе ты причинишь мне горе, а сама погибнешь."
Психея обещала слушаться советов мужа. Но когда на рассвете он покинул ее, она почувствовала себя одинокой и горько расплакалась. Целый день она расстраивалась из-за того, что не сможет повидаться с сестрами. Вечером, когда она легла спать, ей было очень грустно. Муж заметил это и тотчас догадался о причине этого. Огорченный, он сказал ей: "Поступай, как хочешь, но помни о моем предостережении. Пусть сестры навестят тебя тут. Можешь одарить их, но не слушай их советов и никогда не старайся увидеть меня. Иначе разрушишь наше счастье и себя обречешь на гибель."
Психея снова пообещала слушаться его советов, и перед рассветом муж исчез.
Тем временем старшие сестры взобрались на вершину скалы, где родители оставили Психею, и жалобными голосами стали звать свою пропавшую сестру. Голоса сестер долетали до дворца. Услышав их, Психея позвала Зефира. Тот обнял своими крыльями-ветрами испуганных сестер, взлетел с ними и опустился перед дворцом. Радостно встретила их Психея, обняла и пригласила в свой дворец. Увидели сестры всю эту красоту и богатство, и черная зависть охватила их. Принялись выспрашивать они Психею, кто ее муж да каков он собой. Памятуя о своем обещании, Психея сказала, что ее муж - прелестный юноша, который все свое время посвящает охоте. Целые дни он проводит в полях, лесах и горах. Затем она щедро одарила сестер и велела Зефиру снова отнести их на скалу. Оказавшись одни, сестры дали полную волю своей зависти. Они стали сетовать на судьбу, роптать на то, что их сестра живет счастливо с молодым мужем, тогда как их мужья старые и некрасивые. И сестры решили нарушить счастье Психеи. Даже родителям они не сказали, что Психея жива и счастлива. Не хотелось им, чтобы кто-нибудь знал о ее богатстве и благополучии.
Ночью Психея снова услышала рядом голос своего мужа. Он советовал ей не искушать судьбу и никогда больше не приглашать сестер к себе.
"Не верь им, - говорил он. - Они будут заставлять тебя сделать что-нибудь, чтобы увидеть меня. Но хорошенько запомни: если ты хотя бы раз увидишь меня, то больше не увидишь и не услышишь никогда. Радуйся: у нас скоро родится малыш, и ты не будешь одна. Но ты должна беречь нашу тайну." Обрадовалась этому известию Психея и некоторое время жила спокойно, ни о чем не беспокоясь.
Между тем сестры снова отправились к Психее. Сердца их были полны злобы и ненависти. Легкий ветерок доставил сестер к дворцу, они вошли в него, стали обнимать Психею, делая вид, что очень рады видеть ее. Через некоторое время они приступили к ней с расспросами о муже. Доверчивая Психея думала, что сестры искренне любят ее. Забыла она, что в первый раз сказала им, будто муж ее молодой и красивый. На сей раз сказала, что он из соседнего царства, занимается торговлей и виски его уже покрылись сединой. На прощание она снова богато одарила сестер и вверила объятиям Зефира, который отнес их на скалу.
Оставшись одни, они стали думать, как извести Психею. Теперь они не сомневались, что младшая сестра не говорит им правды о своем муже. "Возможно, она сама не знает, как он выглядит. Вдруг она вышла замуж за кого-нибудь из богов и ее будут почитать как богиню? Мы не можем этого так оставить."
Вернувшись к родителям, они и на этот раз ничего им не рассказали. Всю ночь сестры советовались, что им предпринять, а рано утром уже были на скале. Ветерок спустил их в долину. Вбежав во дворец, они с плачем бросились обнимать Психею, приговаривая: "Мы так за тебя переживаем. Ты тут наслаждаешь счастьем и даже не подозреваешь, какая опасность тебе угрожает. Мы узнали, что тот, с кем ты проводишь ночи, - огромный змей. Его видят многие сельские жители и охотники, когда он вечером направляется к тебе. Когда-нибудь он тебя задушит, и мы потеряем нашу любимую сестру." И они зарыдали так жалобно, словно Психея уже умерла. Психею охватил ужас. Она забыла, что муж заклинал ее не верить сестрам, забыла свое обещание слушаться его советов. И со слезами на глазах обратилась к сестрам: "Дорогие мои, вы наверняка говорите правду. Я и в самом деле никогда не видела своего мужа. Мне пришлось обещать ему, что не буду пытаться его увидеть. Прошу вас, не покидайте меня, посоветуйте, что мне делать."
Так злые сестры убедились, что Психея действительно не знает, кто ее муж. И они принялись нашептывать ей коварные советы.
"Прежде чем лечь спать, спрячь в своей постели острый нож. Не забудь приготовить и фонарь. Когда твой муж уснет, зажги фонарь и убей его. Мы будем ждать и переживать за тебя. Когда твой муж будет мертв, вынесем из дворца все сокровища, а тебя выдадим замуж за кого пожелаешь."
Уговорив Психею совершить злодеяние, они поспешили покинуть ее дворец, так как не были уверены, что все пройдет так, как задумано. Испуганная и расстроенная, Психея сделала все так, как уговорилась с сестрами. Приготовила фонарь и нож, а когда муж уснул крепким сном, осторожно зажгла свет и склонилась над ним. Сердце ее чуть не выпрыгнуло из груди от неожиданной радости: рядом с ней лежал и спокойно спал сам бог Амур. Она глядела во все глаза, не веря, что это не сон. Исполненная нежности и любви, она, не удержавшись, несколько раз его поцеловала. И в этот миг горячая капля масла из фонаря упала на плечо Амура. Он вскочил и, убедившись, что Психея коварно обманула его, не сказав ей ни слова, улетел. Пытаясь задержать его, Психея схватилась обеими руками за его ногу и поднялась вместе с ним к облакам. Но тут силы покинули ее, руки разжались, и она упала на землю. Заметив это, Амур опустился на ближайший к ней кипарис и молвил: "Вот видишь, Психея, я не послушался своей матери Венеры, когда она велела, чтобы за твою красоту я внушил тебе любовь к самому обездоленному, самому бедному мужчине на свете. Вместо этого я сам влюбился в тебя и скрывал нашу любовь от моей матери. Я сделал тебя своей женой, а ты за это хотела меня убить. Разве я не предупреждал тебя, чтобы ты не слушала своих сестер? Но ты пренебрегла моим предупреждением. Я жестоко отомщу им за то, что они подбили тебя на убийство. Я люблю тебя, однако вынужден расстаться с тобой. Но и ты будешь страдать." С этими словами Амур поднялся в небо и исчез.
Психея лежала на земле и горько плакала. Поняв, что Амур уже не вернется к ней, она встала с земли и пошла по белу свету в поисках своего любимого.
Амур же в это время лежал в комнате матери и стонал от боли, причиняемой раной на плече. Узнав что произошло, Венера поспешила домой. Разгневанная она подошла к Амуру, который лежал на ее постели, и закричала: "Хорошо же ты выполняешь мои приказы! Разве я не велела тебе покарать девушку, красота которой чуть было не превзошла мою, так что ею стали восхищаться больше, чем мной, богиней красоты. Ты же взял ее в жены, за это я накажу теперь тебя! И ее тоже, она меня до смерти не забудет!"
Рассерженная Венера выбежала из дворца и пошла на поиски Психеи, чтобы покарать ее.
Между тем Психея бродила по свету в поисках Амура. Однажды ей повстречались богини Деметра и Гера. Психея простерла к ним руки, умоляя о помощи. Но богини боялись гнева Венеры и прошли мимо, даже не взглянув на нее.
Психея поняла, что никто ей не поможет. И она решилась отдать себя на милость Венеры, матери Амура. Надеялась найти у нее своего горячо любимого мужа. Как раз в это время полная гнева Венера явилась на Олимп и предстала перед высшим богом Зевсом.
"Прошу тебя, отец богов и людей, - сказала она, - повелеть крылатому Гермесу помочь мне в поисках Психеи. Я хочу строго наказать ее за то, что она очаровала моего сына Амура и стала его женой, не спросив меня."
Зевс велел Гермесу отыскать Психею, и тот быстро нашел ее. Узнав, что Венера ищет ее, Психея немедленно отправилась во дворец богини.
При виде ее Венера сердито закричала: "Что, отважилась, наконец, навестить свою свекровь, скверная жительница Земли! Или ты явилась ко мне в поисках мужа, которого так опасно ранила? Сейчас я отплачу тебе за это."
Венера кликнула своих подруг, Заботу и Печаль, и отдала им Психею на растерзание. Те сразу же принялись за дело. Потом истерзанная и измученная Психея предстала перед Венерой, которая тоже била и таскала ее за волосы. Утомившись, богиня ссыпала в одну кучу просо, мак, бобы и чечевицу и сказала девушке: "Вот тебе работа. Проверю твою сноровку. Должна ты до вечера всю эту кучу перебрать и разложить все зернышки по отдельности: пшеничные зерна- к пшеничным, ячмень - к ячменю и так далее. Не справишься плохо тебе будет."
Венера ушла. Психея стояла в отчаянии, не зная, что делать. Тут неожиданно перед ней возник муравьишка. Когда он узнал, какое тяжелое дело поручено Психее, он проникся к ней сочувствием. Муравей быстро позвал своих товарищей, и они взялись за работу. Трудились так споро и дружно, что все зерна были разложены по кучкам еще до наступления вечера.
Возвратившись, Венера увидела, что ее задание исполнено. Богиня ничего не сказала, бросила Психее кусок черствого хлеба и пошла спать.
Утром она снова позвала Психею и сказала: "Видишь ту рощу за рекой? В ней пасутся златорунные овцы. Отправляйся туда и принеси мне клок золотой шерсти. Мне давно хочется ее иметь."
Психея отправилась в путь, но не для того, чтобы принести Венере золотую шерсть. Несчастная девушка решила утопиться, чтобы покончить со своими мучениями. Но зеленый тростник, растущий у реки, сказал ей: "Несчастная Психея, не бросайся в речные волны, не губи свою молодую жизнь. Я скажу тебе, что надо делать. Не ходи за золотой шерстью в жару, в это время дикие овцы бесятся и могут растерзать тебя. Дождись, когда начнет дуть легкий прохладный ветерок и овцы отправятся на отдых. Пока укройся под большим платаном на берегу, а потом аккуратно собери все золотые шерстинки, которые овцы оставляют на ветках кустарников."
Психея так и поступила. Когда овцы улеглись отдыхать, собрала большой комок золотой шерсти и принесла его Венере. Лицо богини омрачилось.
"Не знаю, помогает тебе кто-то или советует, но с заданиями ты справляешься, - сказала Венера. - Я, пожалуй, испытаю тебя еще раз. Видишь вершину той крутой горы? С нее стекают темные воды черного источника, бегут в ближайшую долину и там питают воды подземного источника. Набери и принеси мне кувшин ледяной воды из этого источника!" Подала Психее сосуд и ушла.
Психея отправилась выполнять приказ Венеры. Подойдя к подножию горы, она сразу же поняла, что на этот раз ей не справиться. Гора была неприступной, а вода стекала в долину по закрытым узким желобам. В расщелинах на горных склонах обитали змеи, охранявшие воды. Психея стояла неподвижно, подобно каменному изваянию. Даже плакать она была не в состоянии, ибо слезы иссякли.
Вдруг над ней раздался шум могучих крыльев. С высоты к ней спустился хищный орел и сказал: "Разве ты в состоянии, безрассудная девушка, справиться с этой трудной-претрудной задачей? Воды подземного царства вселяют ужас даже богам. Но дай мне свой кувшин, я помогу тебе."
Орел схватил когтями кувшин, взмахнул несколько раз крыльями и поднялся к самому началу потока. Быстро набрал воды и принес Психее. Девушка радостно поблагодарила его и поспешила к Венере.
Но и на сей раз не смирила свой гнев богиня, напротив, еще больше рассвирепела. В не себя от злости закричала на Психею: "Ты наверное, волшебница, раз справилась с этим делом, но это было не последнее задание. Вот тебе шкатулка. Отправляйся в преисподнюю и попроси у Персефоны для меня немного румян, а то я свои потратила, ухаживая за больным Амуром. И возвращайся побыстрее!"
Психея поняла, что жизнь ее близится к концу, но не колебалась ни минуты. Увидев впереди башню, решила броситься с нее, чтобы прекратить свои мучения. Но башня заговорила с ней человеческим голосом и дала совет, как поступить, чтобы благополучно вернуться из преисподней. Психея послушно выполнила все, что посоветовала башня. Когда с полной до краев шкатулкой она поднялась из преисподней и снова увидела над собой солнечный свет, то горячо поблагодарила богов за то, что они сохранили ей жизнь. Потом задумалась и сказала: "Я справилась с таким трудным делом, а не знаю, что несу в шкатулке. Что если взять немного этих румян для себя? Как бы мне хотелось снова понравиться моему мужу Амуру!"
Она осторожно открыла коробочку, но в ней не было ничего, кроме вечного сна. Он сразу охватил ее, и Психея словно мертвая пала на землю.
Тем временем, рана на плече Амура зажила. В наказание мать держала его взаперти в своей спальне. Стосковавшись по любимой Психее, Амур не выдержал, вылетел через окно и пустился искать ее. Он нашел ее погруженной в глубокий сон у самого входа в преисподнюю. Поняв, что случилось, Амур, быстро собрал с ее век вечный сон и положил его обратно в шкатулку. Затем уколом стрелы разбудил Психею и сказал: "Видишь, как дорого обходится тебе твое любопытство. Если бы я не прилетел вовремя, ты уже никогда бы не проснулась. Теперь торопись, отнеси моей матери эту шкатулку. Об остальном я позабочусь."
Психея направилась к Венере, а Амур улетел. Он вознесся на Олимп и попросил Зевса, своего отца, помочь ему. Повелитель богов смилостивился над ним и собрал всех богов на совет. Боги решили, что Психея заслуживает быть женой Амура.
Пришлось Венере смирить свой гнев и дать согласие на их брак. После этого перед Зевсом предстала и Психея. Зевс преподнес ей кубок с нектаром. Она выпила его и стала бессмертной.
Отпраздновав свадьбу, Амур и Психея жили счастливо и никогда больше не разлучались.
Психея Психея
(Psyche, Ψυχή), т. е. “душа”. Девушка, любимая Эротом, изображающаяся иногда в виде бабочки. О ней сложился следующий рассказ, показывающий, как человеческая душа возвышается над несчастьями. Психея была младшей и самой красивой из трех дочерей царя, и своей красотой вызывала зависть Афродиты. Богиня приказала Эроту возбудить в ней любовь к какому-нибудь недостойному человеку. Эрот вместо этого сам полюбил ее, унес ее в уединенное место и стал посещать ее каждую ночь, но так, что она не видела его. Злые сестры Психеи однако уверили ее, что ее таинственный супруг страшное чудовище; Психея, желая сама убедиться в этом, зажгла лампу, пока Эрот спал, нечаянно капнула на плечо его горячим маслом, отчего он проснулся. Так как увидев его, она нарушила данное ему обещание, то Эрот покинул ее. Психея долго искала его, испытала всевозможные бедствия и, наконец, пришла в жилище Афродиты, которая обошлась с ней крайне сурово и заставила ее исполнять тяжелые работы. Наконец, победив зависть Афродиты, Психея навеки соединилась с Эротом и сделалась бессмертной. Дочь ее названа была Счастьем.
(Источник: «Краткий словарь мифологии и древностей». М.Корш. Санкт-Петербург, издание А. С. Суворина, 1894.)
ПСИХЕЯПсихе (ψυχη «душа, дыхание»), в греческой мифологии олицетворение души, дыхания. П. отождествлялась с тем или иным живым существом, с отдельными функциями живого организма и его частями. Дыхание человека сближалось с дуновением, ветром, вихрем, крылатостыо. Души умерших представляются вихрем призраков вокруг Гекаты,
призрак Ахилла под Троей появляется в сопровождении вихря (Philostr. Heroic. Ill 26). П. представлялась на памятниках изобразительного искусства в виде бабочки, то вылетающей из погребального костра, то отправляющейся в вид. Иногда бабочка прямо отождествлялась с умершим (Ovid. Met. XV 374). Греческое слово «П.» означает «душа» и «бабочка» (Аристотель, История животных, IV 7).
П. представлялась и как летящая птица. Души умерших в виде рисуются летающими (Hom. Od. XI 37, 605), они слетаются на кровь (XI 36-43), порхают в виде теней и сновидений (XI 217-222). Душа Патрокла удаляется с «писком» (Ною. II. XXIII 100), причём употребляется глагол tridzein, «щебетать», «пищать». Души убитых Одиссеем женихов также уходят в вид с писком нетопырей (Horn. Od. XXIV 5-9). П. представлялась в виде орла, устремляющего ввысь свой полёт. В ряде текстов Гомера диафрагма воспринимается как П. - душа (Ноm. Н. XVI 530; Od. I 322). Кровь - тоже носитель души; у раненого душа выходит через рану вместе с кровью (Нот. II. XIV 518 след.) или её вырывают вместе с остриём копья (XVI 505). По Пифагору, П. питается кровью; кровь - «седалище души» (Serv. Verg. Aen. V 79).
Объединив различные мифы о П., Апулей создал поэтическую сказку о странствиях человеческой души, жаждущей слиться с любовью (Apul. Met. IV 28 - VI 24). С помощью Зефира Амур получил в жёны царскую дочь П. Однако П. нарушила запрет никогда не видеть лица своего загадочного супруга. Ночью, сгорая от любопытства, она зажигает светильник и восхищённо смотрит на юного бога, не замечая горячей капли масла, упавшей на нежную кожу Амура. Амур исчезает, и П. должна вернуть его себе, пройдя множество испытаний. Преодолев их и даже спустившись в вид за живой водой, П. после мучительных страданий вновь обретает Амура, который просит у Зевса разрешения на брак с возлюбленной и примиряется с Афродитой, злобно преследовавшей П. Рассказ Апулея имеет явно фольклорные и мифологические истоки, до него, однако, литературно не зафиксированные. Русская народная сказка в обработке С. Т. Аксакова «Аленький цветочек» разрабатывает тот же древний сюжет.
Лит.:
Андерсон В., Роман Апулея и народная сказка, т. 1, Казань, 1914; Лосев А. Ф., Античная мифология в её историческом развитии, М., 1957, с. 41-45; Reitzenstein R., Das Marchen von Amor und Psyche bei Apuleius, Lpz., 1912; Mosca В., La favola e il problema di Psiche, Adria, 1935; Dyrott A., Das Märchen von Amor und Psyche, Köln, 1941; Swahn J. 0., The Tale of Cupid and Psyche, Lund, 1955.
A. Ф. Лосев.
В античном искусстве П. изображается в виде бабочки или крылатой девочки (этрусские скарабеи, рельефы, терракота). На геммах 3-1 вв. до н. э. встречаются бесчисленные трактовки темы П. и Амур; особенно популярен сюжет ловли П. - бабочки Амуром с горящим факелом в руке. Бабочка П. изображалась на многих надгробиях над черепом и др. символами смерти. На помпейских фресках П. изображалась с атрибутами муз - грифелем и флейтой. Многочисленные эроты и П., занятые собиранием цветов, работами на маслобойне, встречаются на фресках дома Веттиев в Помпеях. К теме Амур и П. обращались Джулио Романо, Рафаэль, П. П. Рубенс, А. Канова, Б. Торвальдсен и др. Аллегорическое толкование мифа об Амуре и П. у Кальдерона в двух ауто. К теме П. обращались Ж. Лафонтен («Любовь П. и Купидона»), Мольер (драма «П.») и др.
(Источник: «Мифы народов мира».)
ПсихеяОлицетворение человеческой души; изображалась в образе бабочки или девушки. Любовь Психеи и Эрота (Амура) - распространенный сюжет в литературе, изобразительном искусстве.
// Эдвард БЕРН-ДЖОНС: Купидон и Психея // Эдвард БЕРН-ДЖОНС: Пан и Психея // Эдвард БЕРН-ДЖОНС: Свадьба Психеи // Адольф-Вильям БУГРО: дети Амур и Психея // Адольф-Вильям БУГРО: Психея и Амур // Адольф-Вильям БУГРО: Похищение Психеи // Генрих ГЕЙНЕ: Психея // Генрих ГЕЙНЕ: Психея // Джон КИТС: Ода Психее // Валерий БРЮСОВ: Психея // Владислав ХОДАСЕВИЧ: К Психее // Владислав ХОДАСЕВИЧ: "Психея! Бедная моя!.."
(Источник: «Мифы Древней Греции. Словарь-справочник.» EdwART, 2009.)
Картина Ф. Жерара.
1798.
Париж.
Лувр.
Римская мраморная копия.
С греческого оригинала первой половины II в до н. э.
Рим.
Капитолийские музеи.
Синонимы :
Смотреть что такое "Психея" в других словарях
>Психея - Психея. Эрот и Психея. Римская мраморная копия с греческого оригинала 1 ой пол. 2 в до н.э. Капитолийские музеи. Рим. Психея. Эрот и Психея. Римская мраморная копия с греческого оригинала 1 ой пол. 2 в до н.э. Капитолийские музеи. Рим. Психея в… … Энциклопедический словарь «Всемирная история»
Психея - Психея. Эрот и Психея. Римская мраморная копия с греческого оригинала 1 ой пол. 2 в до н.э. Капитолийские музеи. Рим. ПСИХЕЯ, в греческой мифологии олицетворение человеческой души. Изображалась бабочкой, летящей птицей или девушкой. После долгих… … Иллюстрированный энциклопедический словарь
- (греч., от psyche душа, дух). 1) мифологическая, красивая молодая девушка, на которой женился Амур и которая причисляется к богам; олицетворение человеческой души. 2) астероид, открытий 1852 г. Словарь иностранных слов, вошедших в состав русского … Словарь иностранных слов русского языка
В мифах древних греков олицетворение души, дыхания. Психея представлялась в виде бабочки, летящей птицы или девушки. После долгих странствий и поисков Психея находит своего возлюбленного Эрота (Амура). Любовь Психеи и Эрота распространённый сюжет … Исторический словарь
психея - и, ж. psyché f. < psyche душа. устар. Внутренний мир, дух, душа. БАС 1. Толпа, в смысле массы народной, есть прямая хранительница народного духа, непосредственный источник таинственной психеи народной жизни. Белинский Соч. А. Пушкина. Подарили … Исторический словарь галлицизмов русского языка
ПСИХЕЯ, в греческой мифологии олицетворение человеческой души. Изображалась бабочкой, летящей птицей или девушкой. После долгих странствий и поисков Психея находит своего возлюбленного Эрота (Амура). Любовь Психеи и Эрота распространенный сюжет в … Современная энциклопедия
Душа Словарь русских синонимов. психея сущ., кол во синонимов: 5 астероид (579) бабочка … Словарь синонимов
В греческой мифологии олицетворение человеческой души; изображалась в образе бабочки или девушки. Любовь Психеи и Эрота (Амура) распространенный сюжет в литературе, изобразительном искусстве … Большой Энциклопедический словарь
