Строгановы – Демидовы: две стороны Урала. Строгановы и их роль в освоении приуралья

24.09.2019

Обосновавшиеся еще в начале XVI в. в Соли Вычегодской богатые купцы и солепромышленники Строгановы являлись выходцами из поморских крестьян. Через полвека они обратили свое внимание на природные богатства Среднего Приуралья.

В 1558 г. Григории, сын Аники Федоровича Строганова, получил первую царскую жалованную грамоту на земли по Каме от устья р. Лысьвы до устья р. Чусовой (около 3,4 млн десятин) с 20-летним освобождением от уплаты налогов. Власть пермских наместников на них не распространялась. Тогда же в устье р. Пыскорки Строгановыми был поставлен укрепленный городок Кашсор. Близ него при их поддержке в 1560 г. был основан Пыскорскнй Спасо-Преображенский монастырь.

А в 1564 г. на левом берегу Камы возник строгановский Орел-городок (Кергедан), ставший центром северной части их пермских владений.15 1560 г. царь Пиан Грозный зачислил Анику Строганова и его сыновей в опричнину, что дало им ряд дополнительных преимуществ и льгот. Так, п 1568 г. Янов Ананиевич получил земли по обоим берегам р. Чусовой и по Каме площадью до 4,1 млн десятин с льготой по налогам на 10 лет. Тогда же здесь был построен Нижний Чусовской острожек. Чтобы обезопасить новые вотчины от вогульских и татарских набегов, в 1570 г. на р. Сылве, притоке Чусовой, Строгановы поставили Сылвииский острожек, а на р. Яйве - Ливийский острожек.

В этих же целях они добились в 1572 г. разрешения иметь собственные поенные дружины. А через два года, строя грандиозные планы своего продвижения за Урал, Строгановы лаже получили от царя право возводить городки по pp. Тоболу, Иртышу и Оби (правда, после присоединения Сибири к Русскому государству они его лишились).

Наконец, в 1597 г. ими был основан Очерекий острожек. Строгановы развернули на Западном Урале широкое строительство соляных варниц, заводили пашню, собирали с местного населения дань пушниной, активно вели торговые операции, в том числе с народами Сибири. Благодаря их инициативе и предприимчивости процесс колонизации уральских земель достиг во второй половине XVI в. необычайного размаха. Взяв на себя организации» обороны края от набегов «немирных» вогулов и татар и занявшись эксплуатацией соляных богатств Приуралья, Строгановы сумели при поддержке правительства Ивана Грозного создать на восточных окраинах России своеобразное «государство в государстве» и в немалой степени подготовили дальнейшее продвижение русских за Урал.

Соляная варница - постройка для выработки соли, состоявшая из рассолоподъемной башни, ларя, варницы и амбара. В арницы поступал соляной раствор, из которого на медленном огне вываривалась соль.

СТРОГАНОВЫ НА УРАЛЕ

Унификация системы управления

События 1505 г. – «сведение» с Великой Перми Иваном III «вотчича своего князя Матвея» с родней и братьями и установка наместником В.О.Ковра, могут трактоваться как приведение системы управления окраинными территориями к общим принципам, изложенным в Судебнике 1497 г. До конца XVI в. – учреждения воеводства в Чердыни, - управление в Перми Великой осуществлялось наместником на основе уставной грамоты, выданной В.О.Ковру в 1505 г. Хотя уставная грамота выдавалась жителям двух городов – Чердыни и Соликамска, ее юридическая сила распространялась на все земли Перми Великой (за исключением земель, полученных Строгановыми в 1558 г.). Разделение «Чердынцы» и «Усольцы», скорее, указывает не на городскую, а на этническую принадлежность населения Перми Великой - это заметил в свое время еще А.Дмитриев. Важным обстоятельством является то, что и те, и другие обладают равными юридическими правами. Уравнивание прав русского и местного населения, на наш взгляд, является своеобразным индикатором степени интегрированности Перми Великой в состав Московского государства.

Уставная грамота определяет состав и функции наместнической администрации. Кроме наместника, в состав администрации входят тиуны и доводчики. Они исполняют административные, судебные, экономическо-фискальные функции. Для ведения судопроизводства привлекаются выборные целовальники и староста из числа «пермяков» (т.е. как коренных, так и русских жителей).

Финансовое обеспечение административного аппарата возлагается на местных жителей; состав «корма» и время его сбора четко регламентируется. Определяется состав и величина пошлин, взимаемых с местного населения, а также судебная вира.

Уставной грамотой регламентируется торговля, при этом исключительным правом пользовались устюжане, вычегжане и вятчане, а торговля с вогулами определяется ограничениями.

В уставной грамоте прослеживаются следы миграционной политики: «А кто дочерь даст за муж на Вологду, и на Устюг, и на Вятку, и наместнику за выводную куницу шесть белок; а в одной волости кто дочерь даст за муж, и наместнику за убрус три белки, а не люба белка, ино за белку две деньги».

В целом уставная грамота соответствует уровню российского законодательства, представленному в Судебнике Ивана III. Местные особенности ее проявляются, прежде всего, в сфере торговых отношений с сопредельными территориями, и определяются общей политической картиной. Уставная грамота призвана развивать связи с русскими землями, связи с еще неколонизированными территориями подлежат особому контролю со стороны местной администрации. Отток населения (женского, репродуктивного) в другие области России целенаправленно усложнен повышенной пошлиной. Декларированное уставной грамотой юридическое равенство представителей различных этносов способствует этнической консолидации и ассимиляционным процессам.

В XVI в. в землях Перми Великой выделяются три уезда – Чердынский, Соликамский и Кайгородский. К концу XVI в. выделяется новый уезд, впоследствии названный Осинским, подчиненный приказу Казанского дворца. Уезды делились на станы, станы, в свою очередь, на погосты. С конца XVI в. на смену наместникам приходят воеводы.

Историческая традиция, заведенная, быть может, самими Строгановыми, относит начало их фамилии к концу XIV века, или еще ранее. В конце XVII века сформировалась легенда о происхождении Строгановых от татарского мурзы Золотой Орды, и об их близком родстве с московскими князьями.

Известный российский историк С.М.Соловьев считал Строгановых выходцами из Московской или Ростовской земли. Один из первых исследователей истории рода Строгановых, Н.Устрялов, считал их выходцами «из дома Добрыниных от стародавней фамилии новгородской». В качестве доказательства он приводил упоминание об этом роде в сборнике Кирилло-Белозерского монастыря, а также то, что Строгановы издревне владели обширными поместьями в Устюжском и Соль-Вычегодском уездах – «старинных областях новгородских». Еще один строгановский летописец – Ф.А.Волегов – не сомневался в том, что род Строгановых выходит из новгородской земли, но, по его мнению, этот род не имеет никакого отношения к фамилии Добрыниных. Строгановы, по мнению Ф.А.Волегова, происходят из богатых горожан Великого Новгорода.

Пермская ветвь Строгановых ведет свое начало от Аники Федоровича. Еще будучи семнадцатилетним юношей, в 1515 г., Аника в Соли Вычегодской, по собственной инициативе заводит солеваренный промысел. Через два года, в 1517 году его братья получат царскую грамоту на Соль Качаловскую да «лес дикий».

Аника Строганов разворачивает бурную деятельность. В 1526 году он скупает варницы в Сольвычегодске. Правительство было заинтересовано в развитии солеваренного производства, и 24 октября 1545 года на посад Соли Вычегодской посылается специальная поощрительная царская грамота. В 1550 г. Аника Строганов получает уже личную грамоту, по которой получает землю близ Сольвычегодска, а также освобождение от пошлин на шесть лет.

Но не только соль интересует Анику. Он организует скупку и добычу пушнины, железодутное и кузнечное производство. 12 апреля 1556 года Аника получает разрешение от Ивана Васильевича Грозного «искать медные и железные руды на Устюге, в Перми и других местах». Аника организует поставки хлеба в Астрахань. К 1577 году Анике с сыновьями принадлежат 10 соляных варниц близ Вычегодска, склады и дворы в Москве, Коломне, Калуге, Рязани, Переяславле-Залесском, Коле, Великом Устюге. Строгановы торгуют не только внутри государства, но и поддерживают связи с Литвой.

Самыми древними центрами солеварения на Руси были Старая Руса, Соль Галицкая, Тотьма. Но наиболее качественная соль, без горьких примесей, находилась на Урале.

Первая царская жалованная грамота на уральские земли была получена Строгановыми 4 апреля 1558 года. Незадолго до составления грамоты, как гласит источник, Григорий Аникиевич Строганов «бил челом» Ивану Васильевичу. Он сообщил, что ниже Чердыни («Великие Перми») по реке Каме – от устья речки Лысьвы и от «Пызновской курьи» (устья речки Пыскорки) и до реки Чусовой на 146 верст распространяются «места пустые, лесы черные, речки и озера дикие, острова и наводки пустые», никому не принадлежащие, без поселений и пашен. Григорий Аникиевич просил дать разрешение «на том месте городок поставити, и на городе пушки и пищали учинити, и пушкарей и пищальников и воротников устроити для береженья от ногайских людей… и около того места лес по речкам и до вершин и по озерам сечи, и пашню…пахати, и дворы ставити», а также искать рассол, а если таковой окажется, приступить к варке соли. Григорий Аникиевич просил разрешить ему также призывать на эти места свободных – «неписьменных и нетяглых» - людей.

Грамота 1558 года удовлетворяет прошение Григория Строганова. Иван Васильевич велит ему «на том пустом месте ниже Великие Перми за 80-т за 8 верст по Каме реке, по правую сторону Камы реки, с усть Лысьвы речки, а по левую сторону Камы реки против Пызновские курьи, вниз по обе стороны по Каме до Чюсовые реки, на горных лесех городок поставити, где бы место было крепко и усторожливо, и на городе пушки и пищали учинити… и около того городка ему по речкам и по озерам и до вершин лес сечи, и пашни около того городка распахивати, и дворы ставити, и людей ему в тот городок неписьменных и нетяглых называти… А где в том месте росол найдут, и ему тут варницы ставити и расол варити. И по рекам и по озерам в тех местех рыба ловити безоброчно».

Вторая жалованная грамота была дана Якову Аникиевичу Строганову 25 марта 1568 года – через десять лет после первой, полученной его братом. Иван Васильевич дает льготу на 10 лет на новые места. «Коли он [Яков Строганов – авт. ], или его люди или его слободы крестьяне поедут от Вычегодские соли мимо Пермь на Каму в слободу или слободы к Вычегоцкие соли, и наши Пермские наместники, и их тиуны, и доводчики и все приказные люди в Перми Якова и его людей и его слободы крестьян на поруки их не дают и не судят их ни в каких делах». Строгановы, таким образом, получают феодальный иммунитет – право неподсудности, и право самим вести судебные дела в своих вотчинах.

Строгановы не только освобождались на 10 лет от выплаты прямых налогов, но и могли не оказывать помощи «государевым людям», проезжавших через их вотчину. «Пермичи», по жалованной грамоте, не могли оспорить владение вновь полученными Строгановыми землями.

Первые царские грамоты заложили основу для существования уникального образования в составе Московского государства – Уральской вотчины Строгановых, своеобразного «государства в государстве», неподсудного, управляемого собственным судом, имеющим свои вооруженные силы «для сохранения от набегов». Полученные от государства финансовые льготы позволили в кратчайшее время преумножить экономическое могущество рода Строгановых. Границы испрошаемых и жалуемых земель обозначены в грамотах довольно неясно; этим неоднократно воспользуются вотченники, оспаривая право собственности на соседние земли у других владельцев – посадских людей Соликамска и уездных крестьян.

Историческая традиция, заведенная, быть может, самими Строгановыми, относит начало их фамилии к концу XIV в., или еще ранее. В конце XVII в. сформировалась легенда о происхождении Строгановых от татарского мурзы Золотой Орды, и об их близком родстве с московскими князьями.

Известный российский историк С. М. Соловьев считал Строгановых выходцами из Московской или Ростовской земли. Один из первых исследователей истории рода Строгановых, Н. Устрялов, считал их выходцами «из дома Добрыниных от стародавней фамилии новгородской». В качестве доказательства он приводил упоминание об этом роде в сборнике Кирилло-Белозерского монастыря, а также то, что Строгановы издревне владели обширными поместьями в Устюжском и Соль-Вычегодском уездах – «старинных областях новгородских». Еще один строгановский летописец – Ф. А. Волегов – не сомневался в том, что род Строгановых выходит из новгородской земли, но, по его мнению, этот род не имеет никакого отношения к фамилии Добрыниных. Строгановы, по мнению Ф. А. Волегова, происходят из богатых горожан Великого Новгорода.

Пермская ветвь Строгановых ведет свое начало от Аники Федоровича. Еще будучи семнадцатилетним юношей, в 1515 г. Аника в Соли Вычегодской по собственной инициативе заводит солеваренный промысел. Через два года, в 1517 году его братья получат царскую грамоту на Соль Качаловскую да «лес дикий».

Аника Строганов разворачивает бурную деятельность. В 1526 г. он скупает варницы в Сольвычегодске. Правительство было заинтересовано в развитии солеваренного производства, и 24 октября 1545 г. на посад Соли Вычегодской посылается специальная поощрительная царская грамота. В 1550 г. Аника Строганов получает уже личную грамоту, по которой получает землю близ Сольвычегодска, а также освобождение от пошлин на шесть лет.

Но не только соль интересует Анику. Он организует скупку и добычу пушнины, железодутное и кузнечное производство. 12 апреля 1556 г. Аника получает разрешение от Ивана Васильевича Грозного «искать медные и железные руды на Устюге, в Перми и других местах». Аника организует поставки хлеба в Астрахань. К 1577 г. Анике с сыновьями принадлежат 10 соляных варниц близ Вычегодска, склады и дворы в Москве, Коломне, Калуге, Рязани, Переяславле-Залесском, Коле, Великом Устюге. Строгановы торгуют не только внутри государства, но и поддерживают связи с Литвой.

Первая царская жалованная грамота на уральские земли была получена Строгановыми 4 апреля 1558 г. Незадолго до составления грамоты, как гласит источник, Григорий Аникиевич Строганов «бил челом» Ивану Васильевичу. Он сообщил, что ниже Чердыни («Великие Перми») по реке Каме – от устья речки Лысьвы и от «Пызновской курьи» (устья речки Пыскорки) и до реки Чусовой на 146 верст распространяются «места пустые, лесы черные, речки и озера дикие, острова и наводки пустые», никому не принадлежащие, без поселений и пашен. Григорий Аникиевич просил дать разрешение «на том месте городок поставити, и на городе пушки и пищали учинити, и пушкарей и пищальников и воротников устроити для береженья от ногайских людей… и около того места лес по речкам и до вершин и по озерам сечи, и пашню…пахати, и дворы ставити», а также искать рассол, а если таковой окажется, приступить к варке соли. Григорий Аникиевич просил разрешить ему также призывать на эти места свободных – «неписьменных и нетяглых» – людей.

Грамота 1558 г. удовлетворяет прошение Григория Строганова. Иван Васильевич велит ему «на том пустом месте ниже Великие Перми за 80-т за 8 верст по Каме реке, по правую сторону Камы реки, с усть Лысьвы речки, а по левую сторону Камы реки против Пызновские курьи, вниз по обе стороны по Каме до Чюсовые реки, на горных лесех городок поставити, где бы место было крепко и усторожливо, и на городе пушки и пищали учинити… и около того городка ему по речкам и по озерам и до вершин лес сечи, и пашни около того городка распахивати, и дворы ставити, и людей ему в тот городок неписьменных и нетяглых называти… А где в том месте росол найдут, и ему тут варницы ставити и расол варити. И по рекам и по озерам в тех местех рыба ловити безоброчно».

Вторая жалованная грамота была дана Якову Аникиевичу Строганову 25 марта 1568 г. – через десять лет после первой, полученной его братом. Иван Васильевич дает льготу на 10 лет на новые места. «Коли он [Яков Строганов – авт. ], или его люди или его слободы крестьяне поедут от Вычегодские соли мимо Пермь на Каму в слободу или слободы к Вычегоцкие соли, и наши Пермские наместники, и их тиуны, и доводчики и все приказные люди в Перми Якова и его людей и его слободы крестьян на поруки их не дают и не судят их ни в каких делах». Строгановы, таким образом, получают феодальный иммунитет – право неподсудности, и право самим вести судебные дела в своих вотчинах.

Первые царские грамоты заложили основу для существования уникального образования в составе Московского государства – Уральской вотчины Строгановых, своеобразного «государства в государстве», неподсудного, управляемого собственным судом, имеющим свои вооруженные силы «для сохранения от набегов». Полученные от государства финансовые льготы позволили в кратчайшее время преумножить экономическое могущество рода Строгановых. Границы испрошаемых и жалуемых земель обозначены в грамотах довольно неясно; этим неоднократно воспользуются вотчинники, оспаривая право собственности на соседние земли у других владельцев – посадских людей Соликамска и уездных крестьян.

Строгановские поселения

В 1558 г. возник первый городок Строгановых на Урале – Пыскор. Первоначально городок получил название Канкор, Камкор или Камгорт , по имени древнего городища, которое существовало на этом месте. Однако очень скоро выяснилось, что место, выбранное для первого городка, не столь удобно, как казалось. Соляные выходы находились ниже по течению Камы, и Пыскор не мог их защитить. Строгановы начинают строить новый городок – Орел или Кергедан , а Пыскор передают церкви.

Есть известия, что еще до того, как были пожалованы Строгановым их Уральские вотчины, то есть до 1558 г., в районе Пыскора существовала иноческая обитель. Монахи не имели ни храма, ни земли, и жили, скорее всего, подаянием.

Аникий Строганов решил основать на месте первого городка настоящий монастырь. С этой целью он пожаловал новой обители близлежащие к Пыскору земли. Перед смертью он сам постригся в монахи и некоторое время жил в Пыскорском монастыре под именем Иоасаф, но вскоре отбыл в Сольвычегодск, завещав своим сыновьям поддерживать новую обитель. Впрочем, так как земли монастыря входили в число царского пожалования Строгановым, согласно Жалованной грамоте они были обязаны защищать эти места от возможных набегов.

Первоначально, когда у Строгановых еще был только один городок, монастырь существовал под горой, в районе устья речки Нижней Пыскорки. В 1570 г., уже прочно обосновавшись в Орле-городке, Строгановы передали монастырю Пыскорский городок целиком, закрепив пожертвование «поступным письмом».

Монастырь был ставропригиальным , то есть зависел непосредственно от Московских митрополитов, а с 1589 г. – когда было введено патриаршество в Московском государстве – от патриархов. Этот статус сохранялся до 1658 г., в этом году Великопермская епархия была подчинена Вятским архиреям.

Через шесть лет после получения Строгановыми знаменитой жалованной грамоты и строительства первого городка – Канкора-Пыскора, на берегу Камы, «против устья реки Яйвы» возникает «городок Орлов. В 1570 г. гарнизон и жители Канкора переводятся в Орел-городок. Начинается история Орла-городка – нового центра Уральской вотчины Строгановых.

Датой основания Нижнего Чусовского городка считается 1568 г. Именно в этом году Строгановы получили новые владения по реке Чусовой.

Нижний Чусовской городок, так же, как и Орел-городок, был поставлен у выхода соляных растворов, и с той же целью – оберегать места промыслов от возможных набегов. Так же, как в Пыскоре и Орле-городке здесь строятся деревянные укрепления. Во второй половине XVI в., до похода Ермака, Чусовской городок был самым восточным пунктом русской колонизации на Урале.

Строгановские владения на Урале разрастались быстро, и кроме Пыскора, Орла-городка и Чусовского городка на местах, стратегически выгодных, появлялись другие, меньшие по размерам и численности населения защищенные поселения – острожки.

Видимо, в скором времени после строительства Орла-городка, на речке Усолке, недалеко от реки Яйвы строится Яйвенский острожек. Сылвенский острожек, построенный, вероятно, почти одновременно с Яйвенским, находился в том месте на реке Сылва, «в 20 верстах от ея устья», где сейчас находится село Троицкое. Этот острожек был очень похож на Яйвенский, с той разницей, что часть острожной стены вместо частокола состояла из поставленных в ряд изб и амбаров, а башен у этой крепости не было вообще.

Очерский острожек возник в 1597 г. на берегу р. Очер. В отличие от Яйвенского и Сылвенского острожков, Очерский острожек возводили как особый административный центр, управляющий Очерским округом, находившимся в общем владении всех Строгановых. Это была пограничная крепость на рубеже строгановских имений.

Точных сведений о том, когда возник Верхний Чусовской городок, к сожалению, нет. В исторической литературе фигурирует три даты: 1568, 1610 и 1616 гг.

14 января исполнилось 285 лет со дня рождения Александра Сергеевича Строганова (1733–1811), графа, предпринимателя, владельца уральских чугуноплавильных и железоделательных заводов, соляных промыслов.

А 20 января исполнилось 315 лет со дня издания первого царского указа о приписке государственных крестьян к заводам Никиты Демидова (1703). Самое время поговорить о двух этих фамилиях, оставивших в истории Урала следы, во многом до сих пор определяющие всю его дальнейшую судьбу.

Эти две семьи, характеризующие, по мнению писателя Алексея Иванова, два склона Урала (восточный и западный - Екатеринбург и Пермь), два уклада жизни и два диаметрально противоположных метода накопления и сохранения собственного богатства, оказали определяющие влияние на все сферы жизни по обе стороны Уральского хребта. Но это противопоставление во многом надумано и у этих семейств гораздо более общего, нежели различного.

Иванов начинает противопоставление этих двух семей с того, что Строгановы были на два века «старше» Демидовых. Строгановы и правда, в основном поднялись при Иване Грозном, а Демидовы выдвинулись уже при Петре первом (не менее грозном). Но я бы начал с того в чём они схожи. Строгановы сотни лет деньгами помогали царям России, подставляя мощное финансовое плечо в трудную годину, (их роль в смутное время ещё не до конца осмыслена историками), более того Строгановы несколько лет с момента установления государственной монополии на соль мирились с убытками, обеспечивая её поставку. Демидовы тоже частенько подставляли плечо властям, но постоянно занимаясь благотворительностью, деньги государству давали исключительно в долг. Да и первая, всем известная поставка 300 ружей Петру первому действительно была убыточной.

Но различия всё же есть и порой они разительны. Если гражданин Очер – Павел Александрович Строганов сражался на баррикадах Парижа за идеалы революции и свободы, то Анатолий Николаевич Демидов , имел сильное увлечение Бонапартом (к тому времени уже императором), эту революцию окончательно завершившим. Кроме того, новоиспечённый князь Сан – Данато, своим разводом с племянницей Бонапарта и ежегодной выплатой ей астрономических сумм «пенсии» довёл свои же заводы на Урале до почти полного разорения и это при страшнейших формах эксплуатации на Демидовских заводах, чего никогда не было у Строгановых.

При этом не нужно думать, что все Строгановы были либералами и революционерами и, если Павел Александрович всюду проповедовал идею освобождения крестьян и активно действовал в этом направлении, то Сергей Григорьевич Строганов был категорически против освобождения крестьян вообще. А более всего Сергей Григорьевич настаивал на освобождении крестьян без наделения их земельными участками и на своём настоял.

Но общего у Демидовых и Строгановых всё же больше и это не случайно. Помимо общей принадлежности к торгово-промышленной среде, о чём они никогда не забывали и даже гордились этим, даже получив дворянство, эти две семьи были родственниками.

Елизавета Александровна Строганова в 1797 году вышла замуж за Н иколая Никитича Демидова , впервые соединив родственными связями две известные горнозаводские династии.

Различие между этим семьями было в деталях, в подходах к тому, что они делали. Благотворительность Строгановых была направлена в первую очередь на собственных крепостных, во вторую очередь на столичные города империи и никогда на заграницу. У Демидовых всё было с точностью до наоборот. Вот как оценивали современники благотворительность Демидовых. Д.П. Мамин-Сибиряк писал следующее: «Деньги летели из демидовского кармана, но отнюдь не на заводы, а в центральные города и за границу. Пятидесятитысячное же население, доставляющее Демидову миллионные доходы, ничем не пользовалось от него». Хотя совпадения были удивительные.

Так во время второй турецкой войны Николай Никитичи Демидов построил на Черном море фрегат, так же как последний из именитых людей Строгановых Григорий Дмитриевич во времена Петра первого.

Демидовы, начав с кузницы, основали чуть менее 50 заводов на Урале: Нижнетагильский, Невьянский, Ревдинский, Шайтанский, Суксунский, Висимский, Кыштымский, Верх-Исетский, Уткинский (Утка Новая) и т.д. Строгановы, столетиями оставаясь крупнейшими землевладельцами и торговцами, «лишь» 20 предприятий: Кувинский, Кыновский, Уткинский (Утка старая), Билимбаевский, Добрянский, Софийский, Павловский, Очерский. Но строя, например, крупный завод в Билимбае Строгановы закладывают и огромный православный храм, и театр, и больницу, и школу, а от Демидовых в их вотчине Невьянске остаётся лишь страшная память искривлённой Невьянской башни, да развалины завода. Да Демидовы, как и Строгановы, строили на своих заводах церкви и школы, но весьма скромные по их-то прибыткам, а про театры и речи вообще не было.

Врачи в Строгановских имениях получали от хозяев заводов весьма неплохое жалованье, а рабочие (вы не поверите) лечились и получали лекарства бесплатно, причем если работник болел не больше месяца, то за ним сохранялась и зарплата, и натуральные выплаты. Служащим по выслуге лет начислялась пенсия, и даже предоставлялись отпуска. Особой статьей расходов Строгановых являлось образование подвластного населения, что привело к сложению целого пласта местной интеллигенции.

Демидовы тоже создали целую систему пенсий, наград и других «вспомоществований» вплоть до отправки талантливой молодежи на учебу за границу. В своих вотчинах строили они не только церкви, но и школы, больницы и приюты. В широких для того времени масштабах была налажена подготовка специалистов: техников, медиков, архитекторов, художников, пополнявших ряды крепостной интеллигенции.

Иванов отмечает принципиально разный подход Демидовых и Строгановых к своим работникам. В то время как Демидовы искали способы повышения доходности своих предприятий в том, что ужесточали требовательность и внедряли Европейские методы учёта и контроля и немцев - прикащиков, Строгановы отменили для своих крепостных крестьян барщину и натуральный оброк, заменив их оброком денежным. В некоторых имениях Строгановых мастеровые начали страховать свой скот от падежа ещё с 1842 года. И если Демидовы ругали и наказывали, то Строгановы поощряли и хвалили, то есть пользовались методами экономической и неэкономической стимуляции хороших работников. В их арсенале поощрений уже тогда были и премии и благодарственные грамоты и даже медали. А вот вольные своим крепостным обе семьи давали весьма неохотно.

И раз уж речь зашла о Билимбаевском заводе стоит вспомнить, что его строительству предшествовала тяжба с Акинфием Демидовым , который делал постоянно заявки на земельные участки под строительство заводов, что называется «про запас», чтобы таким путем избавиться от конкурентов. Барону Александру Строганову, который подал челобитную в Берг-Коллегию в обоснование своих прав, пришлось ссылаться на привилегию 1719 года, отдававшую предпочтение при постройке заводов владельцам земель, на которых была обнаружена руда.

В статье Алексея Иванова есть ещё один образчик разности мышления этих знаменитых горнозаводских фамилий. Цитата: «В 1827 году на Урал для расследования притеснений рабочих был командирован граф А. Строганов. Вот показательные цитаты из его письма министру финансов Канкрину: “...весьма усилена добыча золота и усовершенствована выплавка железа, но не заведением новых машин или особенными средствами, а несоразмерным усилением работ, жестокостью и тиранством. ...нет следов христианского попечения о людях, которых можно сравнить с каторжниками и неграми. ...большая часть ревизоров обращалась только к угощению и к экстраординарной сумме прикащиков”». В той же статье есть ссылка на то, что иностранцы сравнивали заводы Строгановых и положение на них рабочих с Европейскими по чистоте, порядку и продуманности технологических операций.

И здесь не надо видеть лишь соперничество двух знаменитых фамилий, Строгановы в этот период уже далеко ушли от хищнических обычаев зачинателей знаменитой фамилии. А вот Демидовские методы управления и извлечения прибыли не поменялись вовсе. И в этом их главное отличие. Надо сказать, что Строгановы стали заводовладельцами по необходимости, хотя на территории их обширных вотчин находилось много железной и медной руды. До поры до времени их устраивали доходы от торговли и солеварения. Но уже с середины XVIII века ситуация начала постепенно меняться и постепенно конкуренты сделали добычу соли в Строгановских вотчинах убыточной и им заранее пришлось искать новые источники дохода.

После реформы 1861 года, почти все заводы Урала почти сразу же стали убыточными. Но часть предприятий и Строгановы, и Демидовы сумели сохранить до революции. В годы кризиса начала 1900-х годов заводы Строгановых и Демидовых так и не сумели обновить свое оборудование, не смотря даже на крупные заказы на металл со стороны бурно строящихся тогда железных дорог. Не соответствовала новым условиям и схема их расположения, сложившаяся ещё в XVIII веке. Так, те же железные дороги чаще всего проходили мимо их. Помимо этого гибель старопромышленного Урала была спровоцирована истощением вблизи заводов лесов и рудных месторождений, резко возросшей стоимостью труда и отсутствием подъездных путей к железнодорожным магистралям и судоходным рекам, что спровоцировало резкий рост стоимости логистики. А вот оказавшиеся возле железных дорог заводы, такие как Билимбаевский, Шайтанский и Уткинский, выжили. Выжили и некоторые другие заводы, не исчерпавшие тогда ещё собственной рудной базы, как например Демидовский завод в Старой Утке. Кстати, ещё одно переплетение жизненного пути этих двух родов. С 1886 года владельцем завода стал А. П. Демидов с управлением не справившийся и в декабре 1890 года Староуткинский завод был им продан Сергею Александровичу Строганову . А вот к Нижнему Тагилу в силу его индустриальной мощи ещё в восьмидесятых годах XIX века, стараниями Демидовых была проложена отдельная железная дорога от Перми, и потому он не просто выжил тоже, но и стал основой новой, уже советской, индустрии на Урале.

Но и Демидовы постепенно распродали свои заводы, оставив себе лишь управление над Нижним Тагилом, создав в 1917 году «Акционерное общество Нижне-Тагильских и Луньевских заводов». После революции в 1917 году эра Строгановых и Демидовых, казалось бы, навсегда канула в лету. Однако, оказалось, что нет.

Что значат для сегодняшнего уральца эти две фамилии?

Многие особенно в Пермском крае знают «Строгановский стиль» в иконописи и архитектуре, немногие знают о традициях строгановского, в основном старообрядческого крюкового пения. Первый университет России с благодарностью вспоминает Сергея Григорьевича Строганова . Кто бывал в Санкт – Петербурге помнит великолепный дворец Строгановых на Невском, где кстати можно как раз и увидеть иконы строгановского письма. Упомянутый в начале статьи А.С. Строганов умер по завершении строительства великолепного Казанского собора в Санкт – Петербурге, которому отдал много времени и сил и который проектировал и строил его бывший крепостной Андрей Воронихин, выеденный им в «большие люди».

Демидовы отметились металлургическим гигантизмом Нижнего Тагила, строительством железных дорог, знаком «Старый соболь» на металле собственной выделки, Невьянской башней, Невьянской же и Красноуфимской иконой, чугунным Каслинским и Кусинским художественным литьём, паровозом Черепановых, Тагильским подносом, секрет лака, которого не раскрыт до сих пор, камнерезными промыслами, четырьмя мостами (например Поцелуев мост) в Санкт – Петербурге и собственным особняком на Большой Морской там же.

Значительная часть и ныне существующих промышленных предприятий Урала имеют и сейчас сохранившиеся следы времён деятельности Строгановых и Демидовых. По мнению всё того же писателя Алексея Иванова, в значительной мере благодаря неутомимой деятельности этих двух родов на Урале сформировалась даже некая «Горнозаводская цивилизация», со своим менталитетом, обрядовостью, архитектурой и топонимикой. И это то, что до сих пор влияет на нашу даже и обыденную жизнь. Помимо многочисленных топонимических напоминаний, остатков заводов, церквей и дворцов, следов в литературе, мемуарах и даже народных сказах, эти две фамилии являются весомой частью уральской художественной и существенной частью общероссийской исторической мифологии. И эти мифы не гниют в архивной пыли. Они живут и действуют. Они - эти мифы уже породили такие явления как: «Демидовская премия», «Строгановская премия», «Строгановское училище», «Демидовский лицей» и т.д. и т.п. Так что жизнь и влияние Строгановых и Демидовых отнюдь не исчерпываются дореволюционным периодом России. Хороший, прямо скажем, пример для новых «хозяев» жизни».

Введение

К Х VI-Х VII вв. относятся первые попытки крупномасштабного по тем временам предпринимательства в сфере производства, намечаются контакты крупного капитала с ремеслом, мелкими неземледельческими промыслами. Наиболее замечательна в этом плане - добыча соли. Соляные варницы были издавна распространены в России, особенно на Севере и Северо-западе (Старая Русса, Поморье, бассейн Северной Двины, Соль Галицкая в Костромском крае и т. д.). Ими владели князья, бояре, множество варниц находилось в вотчинах крупных монастырей (Соловецкого, Троице-Сергиева, Кирилло-Белозерского и др.). Обслуживали их обычно зависимые и подвластные люди этих владельцев. Занимались соляным промыслом и посадские люди, которые держали варницы на паях, вкладывая в это дело главным образом собственный труд и свои небольшие средства. Довольно рано этот промысел стал привлекать и крупный капитал: соль имела устойчивый и надежный сбыт повсеместно, ее добыча вместе с тем требовала существенных, но не чрезмерных затрат на привлечение рабочей силы и несложное оборудование. (Соль в те времена добывали из-под земли - бурились скважины, в них закачивалась вода, обратно выкачивался уже соляной раствор, который выпаривался в специальных чанах).

Уже в начале XVI в. среди предпринимателей-солеваров становятся известными представители семейства Строгановых , одной из самых знаменитых фамилий в истории российского предпринимательства.

Богатые вотчинники, промышленники и торговцы Строгановы на протяжении нескольких веков оказывали влияние на политическую, экономическую и культурную жизнь русского государства. Начало их деятельности относится к XV веку, когда четыре представителя этой фамилии - Спиридон, Кузьма, Лука и Федор, посадские люди, вышедшие из поморского крестьянства, стали основателями могущественного торгово-промышленного дома, продолжавшего свою деятельность вплоть до октябрьской революции 1917 года.

В истории русского хозяйства насчитывается немало торговых домов.

Однако лишь немногие из них сумели и удержаться «на плаву»: обычно их существование продолжалось не более двух-трех поколений, после чего фамилии сходили с исторической арены, не оставив семейных архивов или других документов, по которым можно было бы судить об их деятельности.

Сегодня существуют лишь отрывочные материалы, дающие, в основном, несущественную информацию о деяниях представителей этих угасших родов. В этом плане дом Строгановых является своего рода исключением, можно сказать, уникальным явлением в истории российского предпринимательства. О Строгановых известно много. Правда, единым этот род был лишь в XV веке. В начале XVI века он распался на три самостоятельные ветви: тотемских, циренниковских и сольвычегодских

Строгановых. Первые две ветви угасли к XVIII веку, и лишь сольвычегодская сохранилась до начала XX века. И именно ее представители оставили яркий след в российской истории.

Инициативные и алчные Строгановы, рыцари периода первоначального накопления капитала, активно участвовали в политической жизни феодального государства, являясь агентами правительства по управлению северными и восточными территориями.

Деяния их неплохо изучены историками. Однако вопросы предпринимательской деятельности, характер строгановских производств исследованы несравненно меньше.
1. Роль Строгановых в освоении Урала

Купеческие корни семейства Строгановых уходятеще в Новгород XV века. Самый знаменитый основатель рода Строгановых Аника Федорович продолжил и развил солеваренное дело, доставшееся ему от отца. Аника не только довел до совершенства сольвычегодские варницы, но и построил множество варниц на Кольской губе. Аника Федорович вел большую торговлю с иностранными купцами, скупал у них заморские товары и с выгодой перепродавал их. Особую статью приобрела торговля Строгановых с народами Урала и Приуралья. Посредством этой торговли, по сути дела, начинается активное освоение русскими людьми Урала и Сибири. Люди Строганова доходят вплоть до Оби и начинают бойкую торговлю с народами этого края, выменивая у них на свои дешевые товары дорогие меха соболей, лисиц, белок.

В 1557 году Аника Федорович едет в Москву и объявляет при царском дворе о выгодах этой торговли и необходимости экономического и государственного освоения Урала и Сибири.

В Смутное время Строгановых проявили себя настоящими патриатами. Они всячески способствовали и деньгами и людьми освобождению Руси от интервентов, атакже избранию на трон царя Михаила. Они также построили в России множество заводов, которые обеспечивали работой десятки тысяч людей.
1.1 Аника Строганов-основатель предпринимательской династии

Основы крупного бизнеса и обширного состояния этой семьи заложил Аника Федорович Строганов, отец которого переселился из Новгорода в Сольвычегодск в конце XV века.

Аника Строганов - младший сын Федора, родившийся в 1497 году и умерший монахом Иосифом в 1570-м, был любопытной фигурой в рядах купечества. Расчетливый делец, прикрывавшийся благочестием, он построил соляные варницы, а рядом - церкви и другие сооружения. Инстинкты крупного предпринимателя, умело использующего промах конкурента и слабость зависимого от него человека, сочетались в нем с умом и дальновидностью, расчетом политика, умеющего получить содействие церкви и царской власти. Вечно деятельный, приумножающий свое богатство, изворотливый купец и смелый предприниматель, склонный идти на риск, - таков облик родоначальника сольвычегодской ветви Строгановых. Сам начав деятельность в 18 лет, Аника рано привлек к делам и своих трех сыновей, заставляя их работать самостоятельно, но умело направляя и поучая, - передавая им сущность и методы ведения торговых и промысловых дел.

Унаследовав от отца небольшой соляной промысел, Аника многократно его приумножил. Сначала он действует в Сольвычегодске, стремится к монополии в данной округе, всеми правдами и неправдами приобретая варницы и колодцы соседей-солеваров, не останавливаясь и перед применением насилия. Вместе с тем он ведет обширные торговые операции.

Как один из богатых купцов, Аника Строганов был уполномочен наблюдать за торговлей англичан, когда те ее открыли через Белое море и Северную Двину. По заказам царя и его двора он приобретал у иноземцев нужные товары. Этот торг с иноземцами приносил большие доходы и самому Анике. Особенно удачно сбывались меха. Стремясь расширить торговлю ими, А.Строганов, его братья, сыновья проникают все дальше на восток, достигают бассейна Камы, выходят на Урал.

В 1560 году на расстоянии одной версты от этого города Строгановы начали строительство монастыря во имя Преображения Господня, который позднее стал именоваться Пыскорским. Этому монастырю Строгановы для поминовения царского рода пожертвовали "ближние места" к нему - земли от реки Лысьва до реки Нижняя Пыскорка с различными угодьями и несколькими соляными варницами.

В 1558 г. по указу Ивана Грозного среднему сыну А.Строганова - Григорию было пожаловано «для всего рода» 3,5 млн. десятин земли на Северо-Западном Урале. В дальнейшем следовали новые пожалования, обширные угодья Строгановы захватывали сами. К концу XVI в. в их распоряжении находилось более 10 млн. десятин земли. Обещая привилегии и льготы, Строгановы привлекали сюда население со всей России. По рекам Каме, Чусовой ими основываются города и крепости. За свой счет они формируют и вооружают их гарнизоны, создают отряды для охраны своих промыслов, поддержания порядка среди работающего здесь люда. Постоянно происходят также стычки и целые войны с местным коренным населением, чьи земли достались столь удачливым предпринимателям. Даже знаменитый поход Ермака в Сибирь был организован на деньги и по инициативе Строгановых.

Здесь же на Урале Строгановы продолжают и добычу соли, основав промыслы Соли Камской. Пользуясь правом беспошлинной торговли, являясь практически монополистами-солепромышленниками в этом регионе, они в большом количестве поставляют соль в Казань, Нижний Новгород, другие города Поволжья и центральной России. Но вместе с тем, как и прежде, они ведут активную торговлю пушниной, рыбой, иными разнообразными товарами. Их богатства растут, а вместе с тем растут и их привилегии.

В дальнейшем предпринимательская деятельность Строгановых приходит в упадок: на Урале появляются новые деятели, недостает рабочих рук для добычи и особенно вывоза соли в центральную Россию. На внутренний рынок страны все в большем количестве поступает соль, добытая из озер в Нижнем Поволжье, которая была дешевле вываренной дедовским способом в Строгановских вотчинах. Попытки заняться предпринимательством в сфере металлургии не приносят Строгановым особого успеха. И они, используя свои богатства и титулы, обзаводятся имениями и крепостными, совершают карьеру на государственной службе, ведут уже типичную жизнь для российской аристократии, принадлежат к числу наиболее известных ее семейств XVIII-XIX веков.

Как предприниматели Строгановы в XVIII веке более всего известны в качестве владельцев металлургических заводов. Надо заметить, что Строгановы приобщались к металлургии без особого энтузиазма, хотя на территории их обширных вотчин находилось много железной и медной руды.

Заявку на строительство своего первого завода Строгановы подали в 1721 году, и тогда же Берг-Коллегия, ведавшая этими вопросами, разрешила им построить медеплавильный завод на р. Таманке. Однако Строгановы не стали спешить, а занялись этим лишь три года спустя, и завод начал работать только в 1726 году, но действовал не на полную мощность.

Вслед за Таманским заводом Строгановы построили Билимбаевский. Его строительству предшествовала тяжба с Акинфием Демидовым, который делал заявки «про запас», чтобы таким путем избавиться от конкурентов. На этот раз экспансивный Демидов вторгся в пределы владений Строгановых и пытался записать рудники на реке Билимбахе на свое имя. Барону Александру Строганову, который подал челобитную в Берг-Коллегию в обоснование своих прав, пришлось ссылаться на привилегию 1719 года, отдававшую предпочтение при постройке заводов владельцам земель, на которых была обнаружена руда. Нахрапистому Акинфию Демидову не удалось тогда выиграть дело у своих именитых соперников (что он много раз неправедно делал у более слабых). Несомненно, что домогательство Демидова оказало некоторое влияние на строительство Билимбаевского завода.

При строительстве третьего, Юго-Камского завода Строгановым пришлось преодолевать сопротивление уже казны, которая хотела построить там медеплавильные печи и имела приоритет. При поддержке Соляной конторы Строгановым удалось, хотя и не сразу, добиться своего, и они в 1746 году построили завод, допустив при этом ряд нарушений законов.

По этому поводу возник скандал. Строптивый прокурор Берг-Коллегии Суворов пытался опротестовать действия Строгановых, но от этого пострадал лишь сам, - настолько было сильно влияние Строгановых при дворе.
1.2 Помощь государственной казне

Отношения с государством на протяжении нескольких веков у Строгановых складывались по-разному. С одной стороны, представители этой семьи оказывали помощь и московским князьям, и царям, и императорам. Так, по некоторым сведениям, внук Спиридона (основателя династии) Лука Кузьмич в 1445 или в 1446 году выкупил из татарского плена великого князя Василия Васильевича Темного "по великому к нему усердию, знатною суммою денег, не жалея своих пожитков". В Смутное время начала XVII века Максим Яковлевич и Никита Григорьевич Строгановы оказывали денежную и военную помощь правительству Василия Шуйского. Финансовую помощь московским государям, особенно в период Смутного времени, когда в казне не было средств для выплаты жалования ратникам, оказывали и другие представители семьи Строгановых. В одной из грамот Петра I указано, что в период междуцарствия и правления Михаила Федоровича (первого царя из династии Романовых) Строгановы пожертвовали около 850 тысяч рублей, что по тем временам считалось просто астрономической суммой. С другой стороны, и российские самодержцы не забывали об оказанных услугах, предоставляя.

Строгановым все новые и новые привилегии. Уже Василий Шуйский пожаловал им особый титул "именитых людей" с правом называться с "вичем", то есть полным отчеством, что в то время разрешалось только представителям самых знатных княжеских и боярских родов.

Строгановы подлежали только личному суду царя, их владения были фактически неподвластны воеводам и наместникам. Так сложилось что-то вроде полгосударства со своей администрацией, вооруженными силами и даже «внешней политикой» - еще во времена Ивана Грозного. Строгановы получили право вести военные действия против Сибирского ханства для «покорения оного под Российскую державу».

Земли и промыслы Строгановых долгое время находились в совместном владении всего «рода», т. е. всех потомков Аники Федоровича. В середине XVII в. произошел раздел этого богатства между разными ветвями династии. Но в конце того же XVII в. все владения вновь оказались в руках единственного наследника именитого человека Григория Дмитриевича Строганова. Кроме 10 млн. десятин земли, он имел 20 городов и «острогов», свыше 200 деревень, 15 тыс. душ мужского пола. Опираясь на поддержку властей, он отстоял свои промыслы от конкуренции других солепромышленников, активно сотрудничал с казной и в правление Петра I . В 1722 г. его сын Александр сопровождал Петра I в персидском походе и был удостоен титула барона.
1.3 Строгановы и присоединение Сибири

Всем известный со школьных времен поход Ермака в Сибирь был также организован на деньги и по инициативе Строгановых. Еще в 1574 году Григорий и Яков Строгановы были вызваны в Москву к Ивану Грозному. В результате состоявшихся бесед братья получили от царя грамоту, которая

расширяла их владения на восточную сторону Урала и одновременно возлагала на них вопросы обороны и расширения восточных границ Российского государства. Об этом в грамоте говорится так: "Его царское величество, государь, царь и великий князь Иоанн Васильевич пожаловал им, Строгановым, все те места за Югорским Камнем, в Сибирской Украине, между Сибирью, Нагай и Тахчей и Тобол реку с реками и озерами с устья до вершин, где собираются ратные люди салтана Сибирского; на тех землях позволено им принимать всяких чинов людей, города и крепости строить, и на оных держать пушкарей и пищальников, а ясашных вогуличей от нападок и разъездов татарских защищать, да и в самом царстве Сибирском покорением онаго под Российскую Державу иметь старание; также по реке Иртышу и по Оби Великой людей населять, пашни пахать и угодьями владеть". После смерти родителей их сыновья Максим Яковлевич и Никита Григорьевич были серьезно озабочены охраной своих владений. В 1579 году, узнав, что на Волге разбойничает шайка казаков (ограбившая, в том числе и Карамышева, русского посла в Персию), они решили пригласить ее к себе на службу. В грамоте, посланной предводителям казаков, в числе которых был и Ермак Тимофеевич, говорилось, что они должны "быть не разбойниками, а воинами царя Белого и …примириться с Россией". "Имеем крепости и земли, - писали Строгановы дальше, - но мало дружины; идите к нам оборонять Великую Пермь и восточный край христианства". Казаки откликнулись на это приглашение и зимой этого же года прибыли к Строгановым. В 1581 году Ермак Тимофеевич, снабженный Строгановыми всем необходимым, начал свой знаменитый поход в Сибирь. В одной из царских грамот утверждается, что Максим Яковлевич и Никита Григорьевич "на помощь ему, Ермаку, в товарищи ратных многих людей наймовали и всему войску помощь чинили, и деньги, и платье, и боевое ружье, и порох, и свинец, и всякий запас к воинскому делу из своих пожитков давали и дворовых людей с ними посылали, и тою службою, радением и посылкою Сибирское государство взяли и татар и остяков и вогулич под нашу (царскую) высокую руку привели". Однако в результате доноса действия Строгановых в Москве были оценены крайне негативно. К ним пришел приказ о том, что когда казаки вернутся из похода, их необходимо арестовать и выдать представителям московской власти. Если же этого не произойдет, то "в том на вас опалу положим большую, а атаманов и казаков, которые слушали вас и вам служили, велим перевешати". Это царское послание сильно напугало Строгановых. Вскоре, получив известия об успехах казаков в Сибири, они поехали оправдываться в Москву. В результате царский гнев был сменен на милость, а Строгановы были пожалованы правом беспошлинной торговли во вновь завоеванных землях.
1.4 Строгановы-аристократы и благотворители

В XVIII веке, когда начался процесс "одворянивания", то есть получения купцами дворянских званий, Строгановы одними из первых смогли совершить переход в привилегированное сословие. В 1722 году Александр, Николай и Сергей Григорьевичи Строгановы "за заслуги предков" были возведены в баронское достоинство. Потомки Строгановых, используя свои богатства, получали титулы, делали карьеру на государственной службе, обзаводились имениями и крепостными, то есть вели типичную жизнь российской аристократии. Впрочем, Строгановых отличала одна характерная черта - покровительство представителям культуры. Уже в конце XVI и начале XVII века Строгановы поддерживали творчество наиболее искусных иконописцев, стремившихся к особому изяществу живописи, заказывая и приобретая их произведения для своих "горниц". В тот период сложилась "Строгановская" художественная школа. В конце XVII века можно говорить и о Строгановском стиле в архитектуре. Именно в этом стиле выполнена церковь Рождества.

Богородицы в Нижнем Новгороде, построенная на средства Г. Д. Строганова. В XVIII веке первый граф в роду Строгановых Александр Сергеевич (1733 - 1811) стал одним и из выдающихся русских меценатов в полном смысле этого слова. Он покровительствовал талантам, как в искусстве, так и в литературе. Его поддержкой пользовались Державин, Бортнянский, Богданович, Крылов. С 1768 года А. С. Строганов являлся почетным членом Академии художеств, а в 1800 году был назначен ее президентом. В 1801 году графу было поручено наблюдение за строительством Казанского собора, проходившим под руководством архитектора Воронихина, который ранее был его крепостным. А. С. Строганов являлся также автором проекта открытия в Санкт-Петербурге Публичной библиотеки, директором которой он и был назначен. Особой добротой в роду Строгановых прославилась графиня Наталия Павловна (1796 - 1872). Современники отмечали удивительную мягкость ее характера и сердечную кротость. "В особенности отличалась она состраданием к ближнему и вообще неимущим людям; вся ее жизнь вращалась в кругу своей семьи, деяний добра, и другого мира у нее не было. Так она начала свое существование, так и провела всю свою жизнь, так и отошла в вечность". Еще один известный благотворитель и меценат - граф Сергей Григорьевич Строганов (1794 - 1882) - с 1835-го по 1847 год был попечителем Московского учебного округа и Московского университета. Этот период современники назвали "Строгановским временем". Управляя университетом, Строганов умел находить и поощрять талантливых преподавателей. Грановский, Кавелин, Соловьев, Буслаев, Бодянский - вот только несколько профессоров, которые начали свою университетскую деятельность в это время, а впоследствии стали гордостью российской науки. Под его руководством и на его средства были напечатаны "Древности Российского государства» и целый ряд других изданий, в том числе и те, автором которых был он сам. Большой любитель и знаток живописи и скульптуры, Сергей Григорьевич Строганов оставил о себе память и как основатель первой российской рисовальной школы. В 1825 году он организовал в Москве знаменитое ныне Строгановское училище.
Заключение

История предпринимательства Строгановых XVI - XVII вв. при всей своей исключительности весьма характерна для позднего средневековья, для эпохи, положившей начало процессу так называемого первоначального накопления капитала. Этот процесс происходил во всех странах и означал формирование крупных капиталов, направляемых в производство при непременном условии создания рынка наемной рабочей силы за счет разорения множества мелких производителей. В России в условиях господства крепостнической системы этот процесс растянулся на века. На промыслах тех же Строгановых трудились зависимые от них люди. Но в их деятельности очевидны и такие черты эпохи первоначального накопления, как сочетание предпринимательской энергии с насилием и внеэкономическим принуждением, захват промыслов мелких производителей, поддержка со стороны государства, привилегии и монополизм в связи с этим, извлечение прибыли из эксплуатации природных богатств колонизуемых районов, причем предприниматель пользуется здесь и правами администратора. Примерно также действовали в ту же эпоху в Ост-Индии и Вест-Индии соответствующие торговые компании Англии и Голландии, опираясь на права, дарованные своими правительствами.

Среди российских предпринимателей нет, пожалуй, ни одного другого рода, который можно было бы сравнить по древности, по масштабам деятельности и оставленному следу в истории с родом Строгановых. Богатейшие вотчинники, промышленники и торговцы, Строгановы на протяжении пяти веков оказывали заметное влияние на политическую, экономическую и культурную жизнь России.
Список использованной литературы

1. Захаров В.Н. Начальный период становления предпринимательства // Предпринимательство и предприниматели России. От истоков до начала ХХ века. – М., 1997. – Гл. 1. – С. 9–20.

2. Мартынов С.Д. Первые из «именитых людей» (Строгановы) // Мартынов С.Д. Предприниматели, благотворители, меценаты: Строгановы, Алексеевы, Третьяковы, Гучковы, Морозовы. – СПб., 1993. – С. 17–29. – (Деловая Россия: история в лицах)

3. История родов русского дворянства, Т.2. - М., 1997.

4. Предпринимательство и предприниматели России. От истоков до начала ХХвека. - М.: 1997.

5. 1000 лет русского предпринимательства: из истории купуческих родов / Под ред. О. Платонова. - М.: 1995.

6. История предпринимательства в России: С. Н. Щербич учебное пособие. 2-е изд., доп., перераб. Тюмень: Издательство Тюменского государственного университета, 2008.
Использованные сайты: