Исследование шведского сотрудничества с другими странами в области обороны и безопасности показало, что членство в военном альянсе повлечет за собой определенные последствия.
Новостное агентство TT ознакомилось с докладом посла Кристера Брингеуса (Krister Bringéus), который в скором времени будет представлен общественности. Брингеус не занимает конкретной позиции по вопросу о том, следует ли Швеции стать членом НАТО, но это и не было целью его работы. Напротив, он разбирает плюсы и минусы такого решения.
Контекст
Угроза для Швеции - терроризм, а не Россия
Dagens Nyheter 08.08.2016Нейтралитет - лучшая защита от России
Nyheter24 02.06.2016Финляндия - пример для Швеции
Expressen 17.04.2016Сдерживающий эффект
Самым очевидным последствием станет устранение неопределенности вокруг действий Швеции в сотрудничестве со странами НАТО в случае конфликта на Балтийском море. «Судя по всему, способность совместно сдерживать конфликты возрастет», говорится в исследовании.
Но трудно сказать, насколько значительным будет этот эффект, замечает Брингеус. По его словам, надо обдумать и вероятное развитие нынешнего сотрудничества Швеции с НАТО и внеблоковой Финляндией. Эксперт считает, что углубление военного сотрудничества с Финляндией также может дать серьезный сдерживающий эффект в регионе.
Российский удар?
Предположение, что Россия нападет именно на Швецию, с практической точки зрения не выдерживает никакой критики. Более реальный сценарий, который, однако, тоже представляется маловероятным — это втягивание Швеции в военный конфликт вследствие нападения России на страны НАТО Эстонию, Латвию и Литву.
По оценкам экспертов, у России есть военная возможность подчинить себе Прибалтику всего за несколько дней. Тогда, а может, и на более ранней стадии, Россия захочет разместить свои системы ПВО на территории Швеции, например, на острове Готланд, чтобы не пускать самолеты НАТО в воздушное пространство над Балтикой.
Недостатки шведской обороны
Автор исследования констатирует, что общее изучение шведской обороноспособности сегодня выявляет «значительные недостатки», несмотря на то, что страна имеет высококлассные боевые самолеты и подводные лодки. По оценкам, Швеция зависима от помощи иностранных партнеров. Однако пройдет не менее трех недель, прежде чем Америка сможет доставить в Швецию подкрепление с тяжелой наземной техникой.
Но членство в НАТО — не панацея для решения шведских оборонных проблем. «Первая линия обороны стран НАТО — это национальные ресурсы», подчеркивается в докладе.
Страна получит гарантии
Даже если Швеция вступит в НАТО, размер военного бюджета все равно устанавливается парламентом страны. Конечно, НАТО призывает всех членов стремиться к расходам на оборону в размере 2% от ВВП, но это лишь рекомендация. Всего пять из 28 стран НАТО придерживаются заданного уровня.
С другой стороны, Швеция как член НАТО получит гарантии защиты и сможет участвовать в оперативном планировании в свете вероятных конфликтов в Балтийском регионе. Оперативное планирование показывает потенциальному агрессору, что принимаются меры, чтобы противостоять угрозе, так что оно тоже действует как средство сдерживания.
Швецию охотно примут
По мнению эксперта, Швецию охотно примут в НАТО, и весь процесс рассмотрения шведской заявки займет 12-15 месяцев. Но, скорее всего, это приведет к политическому кризису в отношениях с Россией, причем «масштаб сложно предугадать».
Однако российская реакция, вероятно, не выйдет за пределы жестких высказываний, попыток воздействия, экономических мер и военных угроз. В конце концов, Россия смирится с фактом расширения НАТО, предполагает автор исследования.
Если вступление Швеции в НАТО приведет к размещению натовских установок на шведской земле, Россия может начать стягивать силы в Балтийский регион. Но сейчас, по мнению автора доклада, нет никаких признаков того, что НАТО заинтересована в размещении ядерного оружия на территории Швеции.
Выводы исследования
Совместная способность Запада сдерживать конфликты возрастет.
Вступление Швеции в НАТО заставит Россию наращивать вооружения.
Нет признаков того, что НАТО захочет разместить в Швеции ядерное оружие.
Как член НАТО Швеция сможет выстраивать оборонную политику в рамках альянса.
Вступление в НАТО не восполнит недостатки шведской обороноспособности.
Вступление в НАТО не вызовет значительных экономических последствий в военной сфере.
Заявка Швеции на членство в НАТО приведет к политическому кризису в отношениях с Россией.
Область политической и дипломатической деятельности Швеции уменьшится незначительно.
Как члену НАТО Швеции станет сложнее продвигать идею о международном запрете ядерного оружия.
В сложном механизме взаимодействия стран НАТО особую роль всегда играли две скандинавские страны — Швеция и Финляндия. Не являясь членами НАТО, они всегда отличались повышенной активностью соучастия в деятельности Альянса, являясь, по сути, его форпостом у северных рубежей России.
Считается, что Евросоюз (ЕС) и НАТО — родственники. Ведь из 28 членов Альянса только 6 не входят в ЕС. Так что связь между ними кровная. И всякое колебание, тем более — потрясение в одном из них масштаба brexit, резонирует в другом. Неудивительно, что после британского референдума появились разные версии на тему, как он аукнется в Альянсе. По одной из них — ЕС ослабнет, а НАТО — укрепится.
Подобно ЕС, НАТО — структура, не ограничивающаяся прямым членством: она окружила себя разнообразными орбитами, на которые притягивает в сферу своего влияния. Существуют такие хорошо или менее известные формы сотрудничества с ним, как партнерство ради мира (ПРМ), индивидуальный партнерский план, ускоренный диалог, план действий по членству. При этом три последних можно рассматривать как подготовительные ступени к членству. Ну а Партнерство — оно и есть партнерство. В этом качестве вплоть до апреля 2014 была даже Россия. Если посчитать участников всех этих форм интеграции, то к 28 членам добавляется еще 21 страна, из которых 10 считаются кандидатами (в том числе Казахстан, Армения, Азербайджан, Молдова, не говоря уже о Грузии и Украине).
В этом сложном механизме особую роль всегда играли две скандинавские страны — Швеция и Финляндия. Она выражается в том, что, в отличие от Норвегии, не будучи членами НАТО, а будучи всего лишь участниками ПРМ, они всегда отличались повышенной активностью соучастия в деятельности Альянса. Особенно Швеция.
Нейтралитет по-шведски
После поражения в войне с Россией 1808-9 годов Швеция вышла из баталий. И объявила «политику неприсоединения и нейтралитета» сакральной ценностью, которой придерживается уже более двух веков. Это — ее конституционная позиция.
Одним из атрибутов такой позиции считается наличие крепкой армии, способной к эффективной обороне. Подобно швейцарской, она строится на началах ополчения. То есть на основе краткого срока обязательной службы, но с регулярной переподготовкой. Это позволяет иметь небольшой постоянный контингент и мощный резерв. После реформы 2010, взявшей курс на профессиональную армию, ее численность сократилась примерно до 30 тыс. Но в случае конфликта можно мобилизовать от 570 до 600 тыс. человек. Шведские ВВС имеют более 160 боевых и 100 вспомогательных самолета, ВМС — 50 надводных судов и пять подлодок.
Другим условием является способность страны самой обеспечить себя оружием. И в этом шведы тоже преуспели. Ее ВПК производит практически все виды вооружения, за исключением ядерного. Начиная от винтовок Ak 5 и Ak 4 до истребителей JAS 39 Gripen. У Швеции собственные танки Strv 121 и Strv 122 и самоходные артиллерийские установки (в этом году военные приняли на вооружение первую серийную партию 155-мм САУ «Арчер» — совместная разработка с Норвегией, которая придет на смену буксируемой гаубице FH-77), переносные зенитно-ракетные комплексы, артиллерийские и морские радары.
Судоверфи страны выпускают военные корабли, включая корветы класса Visby и подводные лодки. Качество дизельных субмарин Gotland с двигателем Стирлинга столь высоко, что их даже на год арендовали американцы. Швеция является седьмым в мире экспортером оружия. Среди покупателей Норвегия, Нидерланды, Индия, ЮАР...и даже США и Великобритания.
Впрочем, в кругах шведского истеблишмента в последнее время зреет мнение, что в случае столкновения с Россией она вряд ли сможет сама себя защитить. И даже продержаться до прихода помощи. Да и придет ли она вообще?
— Мы не в состоянии защитить себя в случае нападения русской армии. НАТО же ясно дала понять, что Швеция не может рассчитывать на военную помощь, если не будет являться членом организации. Мы не можем больше закрывать глаза на эту ситуацию. — говорится в заявлении либеральной Партии Центра.
И это притом, что, будучи страной внеблоковой, Швеция, однако, вряд ли может считаться нейтральной. Ее отношение к Альянсу — и на словах, и в поведении — всегда было заинтересованным. Вместе с финнами она сразу же (в 1994) подписалась под платформой ПМР, а в 2006 вошла в состав Международных сил содействия безопасности (МССБ) в Афганистане. При этом активность ее участия в таких структурах всегда несколько зашкаливала за дипломатические рамки. Как в части географии: Афганистан, Ирак, Босния, Косово, Ливия, Конго и т.д., так и по ее интенсивности. Например, во время натовской операции в Ливии она занималась уже отнюдь не миротворческой деятельностью. Ее самолеты Griрen и Gulfstream IV совершили более 570 вылетов и обеспечили треть разведывательной информации (2,7 тыс. донесений). Это участие, в сущности, проводилось под полным патронажем НАТО — от размещения шведских самолетов на его военной базе на Сицилии до полной координации всех действий с его командованием.
Примечательно, что решение о применении ВВС за пределами страны легко проскользнуло через парламент, поскольку общественное мнение было враждебным к Кадаффи.
Особая роль Швеции во взаимоотношениях с НАТО проявляется и в форме созданного еще в 2009 г. Северного оборонного сотрудничества (Nordic Defence Cooperation — NORDEFCO), куда входят, помимо ее и Финляндии, три члена НАТО ( , ). Особенно интересна ее роль в качестве военного куратора стран Балтии. Не парадоксально ли, что, не будучи членом Альянса, шведы не только обеспечивают львиную долю поставок вооружения трем ее членам, но и занимаются реформированием их вооруженных сил под натовские стандарты!
Так что как часть Западного мира Швеция всегда консолидировалась с ним, а Россию рассматривала лишь как соседа, с которым стоит быть в добрых отношениях. И когда случился Крымнаш, она, не колеблясь, осудила Москву, присоединившись к санкциям. Реакция на новую ситуацию проявилась во множестве шагов. Вот только некоторые из них.
В апреле 2014 года скандинавские страны — , Норвегия, Финляндия, Дания и Исландия — подписали документ о более тесном военном сотрудничестве. Этот пакт уже прозвали «Атлантическим мини-НАТО».
Шведы и финны одновременно запустили проекты милитаризации своих островов — Готланда и Аландских соответственно. Финский военный министр Юсси Ниинисте напрямую связал решение о размещении войск там с украинским кризисом и аннексией Крыма.
Обе страны в 2015 году участвовали в двух крупных учениях НАТО, Швеция предоставляла воздушное пространство для еще одного.
25 мая с.г. Риксдаг ратифицировал договор с НАТО о сотрудничестве, согласно которому его военные допускаются для участия в учениях на шведской территории. Кроме того, в случае начала войны в регионе Стокгольм готов одобрить размещение контингента НАТО.
Со своей стороны Россия, впавшая в имперско-реваншистскую истерику, ответила угрозами и демонстрацией силы. Полеты российских самолетов в провокационной близости от шведского воздушного пространства стали едва ли не повседневной забавой. Чего стоит, например, инцидент в июле прошлого года, когда были подняты в небо истребители для перехвата двух российских стратегических сверхзвуковых бомбардировщиков Ту-22М вблизи острова .
Другой темой «выяснения отношений» стали российские субмарины, якобы шныряющие в шведских водах и обнаруживаемые то там, то здесь. В частности, вспомним ажиотаж в октябре 2014, когда в операции в зоне Стокгольмского архипелага была задействована целая флотилия. Чаще всего такие истории заканчиваются либо признанием в ложной тревоге, либо концы канут в воду, но сами по себе и мания куража, и мания преследования свидетельствуют о резком повышении градуса напряженности в отношениях двух стран.
Более резким стал и язык дипломатического общения. Когда в сентябре прошлого года пресс-дама российского МИД Мария Захарова предупредила о военно-политических последствиях присоединения к НАТО, шведский МИД вызвал российского посла в Стокгольме, где ему шведская дама — министр Маргот Валльстрем сделала внушение: «Мы являемся суверенным государством и самостоятельно принимаем решения относительно нашей политики в области безопасности» — объяснила она.
Это отразилось и на настроениях рядовых шведов. Социологи отмечают рост числа «атлантистов»: их стало около 40%. Но всё же пока они в меньшинстве. Поэтому голоса «атлантистов» публично звучат лишь на уровне отдельных партий или «частных мнений». Примером может служить предложение либералов (Партии Центра) пересмотреть нейтральный статус страны. А власти продолжают повторять мантру о приверженности табу на военные блоки. Оно подтверждено и в программе нынешнего правительственного кабинета Стефана Левена. Эту установку он подтверждает и сейчас, объясняя тем, что Риксдаг все равно не утвердил бы вхождение в НАТО.
Примечательно, что даже после утверждения парламентом договора о сотрудничестве с НАТО нынешний военный министр Петер Хульквист счел нужным заверить:
— Эта сделка не изменит ни наших отношений с НАТО, ни основ нашей оборонной политики. Мы не будем вступать ни в какие альянсы, и ни один солдат НАТО не ступит на шведскую землю без приглашения.
Нейтралитет по-фински
Еще сложней ситуация в Финляндии. Казалось бы, историческая память, причем совсем свежая, должна толкать финнов навстречу НАТО гораздо сильней, чем шведов. Однако вместо обид и старых счетов в послевоенный концепт они заложили внеблоковую парадигму с еще большей основательностью, чем их сосед. Со своей стороны, СССР и Россия поспособствовали тому, чтобы превратить «дружбу с Финляндией» в эталон двусторонних отношений.
Договор 1948 и его новая редакция 1991 года позволили финнам сохранить себя как часть западного мира. И одновременно получить ренту в виде обильных заказов для своей промышленности и сырье для нее по бросовым ценам, по совокупности немало способствующими «финскому экономическому чуду». Такой опыт закрепил в сознании упертых по характеру финнов убеждение, что именно «нейтралитет» является гарантом их безопасности.
Как и в Швеции, Крымнаш стал катализатором порчи этих отношений. Тогдашний премьер Юрки Катайнен (2011-2014) заявил в марте 2014 в интервью немецкой газете Der Tagesspiegel, что его страна не является нейтральной стороной российско-украинского конфликта.
Более того, он едко прокомментировал совет Генри Киссинджера Украине придерживаться «финляндизации» и сохранять нейтралитет. Он сказал, что Киссинджер видит Финляндию страной времен холодной войны, хотя она уже почти двадцать лет входит в ЕС. «Мы больше не занимаем нейтральную позицию, хоть и не входим ни в какой военный союз», — сказал он. Катайнен добавил также, что Финляндия рассматривает возможность вступить в НАТО в качестве полноправного члена, и решение о вступлении в североатлантический союз не зависит от желания страны сохранить хорошие отношения с Россией.
Социологи (в частности, из агентства Taloustutkimus) зафиксировали, что Крымнаш отразился и на отношении к НАТО. Число «атлантистов» подросло. Особенно это заметно среди офицерства (до 50%). Но в целом абсолютная доля их остается еще ниже, чем в Швеции (рост с 20 до 30%).
И это является главной причиной того, что политическая элита все еще проявляет сдержанность в части смены курса. Парадокс состоит в том, что даже будучи «атлантистами» (а к таковым можно отнести и бывшего премьера Александра Стубба (2014-15) с его военным министром Карлом Хаглундом, и нынешнего президента Саули Нийнисте), ее представители, встав у руля, вынуждены подтверждая верность классическому курсу.
«Пусть лично я и выступаю за членство моей страны в НАТО, однако не думаю, что для этого наступил подходящий момент. К тому же надо понимать, что эту идею одобряют лишь 25% финнов», — заявил Стубб, придя к власти. На выборах 2006 Нийнисте агитировал за НАТО. Но тогда победил нейтрал Таря Халонен. А сегодня в ранге президента он вынужден объяснять «младшим братьям» эстонцам, что такой вопрос можно решать только путем референдума. Только какой смысл его затевать, когда отрицательный ответ итак очевиден. Поэтому президент считает, что благоприятный момент для вступления в НАТО был в начале 90-х. Но он был упущен.
Вот и нынешний премьер Юха Сипиля настроен весьма скептически: «Маленькие страны не так часто меняют свои базовые политические принципы, долгосрочность для них более значима, чем для крупных государств», — заявил он в одном из своих интервью.
Однако сегодня, как и в шведском случае, внеблоковость Финляндии вовсе не означает ее нейтралитет. Как и Швеция, она вступила и в ЕС, и присоединилась к ПРМ, а в 1997 — к Совету Евроатлантического сотрудничества в качестве страны-партнера. Соответственно, как и шведы, финны добросовестно отправляли своих солдат в самые разные миротворческие миссии НАТО и ЕС. А ее армия по оценкам экспертов полностью соответствует натовским стандартам.
Кстати, финская армия оценивается экспертами как более мощная, чем шведская. В ней 35 тыс. чел. регулярных сил и до 900 тыс. резерва, 60 боевых самолетов (истребители — финская калька американского FA-18 Hornet), около 250 танков и других боевых машин, более 40 судов. Правда, техника в основном импортная, а флот намного уступают шведскому (в основном катера и полное отсутствие подводных лодок). Но этих сил едва ли достаточно, чтобы выдержать вторжение со стороны России. Поэтому приобщение к 3,3-миллионным силам НАТО, конечно, тот весомый аргумент, который используют «атлантисты».
Ну и...
Так насколько вероятно продвижение НАТО к России с севера? Этот вопрос в который раз уже задают себе и авторы специального доклада финского МИД, в котором по полочкам разложен пасьянс «за» и «против» НАТО. Как и в нашем раскладе, в нем, в сущности, аргумент «против» лишь один. Но он свинцово перетягивает все «за»: скандинавы боятся и не хотят ссориться с Россией. Уходя от прямого ответа, авторы текста заключают его в форме пожелания: если уж входить, то непременно нужно вместе со шведами.
Это, кстати, фиксируют и понимают с той стороны, что проявляется в сочетании все более страшных пугалок с советами быть с соседями помягче и повежливее. Практически это выражается в рекомендации не сильно распространяться на счет активности участия соседей в натовских мероприятиях. Мол, чем бы ни тешились, лишь бы не перешли красные метки.
Метки имеются в виду две. Невступление. И табу на размещение натовских баз.
Эти две метки, особенно — вторая, и есть психологические и политические табу, которые вгрызлись в менталитет шведов и финнов. И пока нет признаков того, что в ближайшей перспективе со стороны скандинавских элит последуют какие-то резкие движения в части формализации отношений — просто потому, что они не получат электоральной поддержки.
Другой вопрос — насчет нейтралитета. Но как явствует из реальной практики, его давно уже де факто не существует. И тут возможны самые тесные формы «работы с НАТО», не будучи в нем. Причем, возможно, даже с тайного одобрения самого Брюсселя. Ведь вступление Швеции и Финляндии чревато реальной военной конфронтацией, которая в Европе никому не нужна. Но есть ведь еще американский игрок.
Швеция и Финляндия откроют свое небо для операций, которые будут проходить в рамках крупнейших за последние несколько лет учений НАТО Trident Juncture. «Единый трезубец» начнется 25 октября в Норвегии, куда уже прибывают войска стран альянса.
Отношения между Швецией, Финляндией и Североатлантическим альянсом в течение последних нескольких лет можно назвать вполне достойными стать основой для сценария к юмористическому сериалу. НАТО ненавязчиво, но методично вовлекает Стокгольм и Хельсинки в совместную деятельность. Финны и шведы сначала долго отказываются, потом нехотя соглашаются, и одновременно начинают еще решительнее заявлять о своем нейтралитете и о том, что они не собираются ни к кому присоединяться. А когда Россия, едва сдерживая улыбку, говорит, что какие-то они не очень нейтральные получаются, огрызаются. Но потом успокаиваются и говорят, что мы с Россией все равно будем отношения поддерживать, но вы перестаньте над нами подшучивать, а то обидно очень.
Никого не удивляющим результатом такой «политики нейтралитета» стали учения НАТО, которые пройдут в Норвегии. 9 октября генерал-лейтенант норвежских вооруженных сил заявил еще и о том, что Швеция и Финляндия на время учений откроют свое воздушное пространство для самолетов НАТО.
Занимательный факт: участниками маневров станут все 29 стран-участниц альянса, а среди приглашенных «гостей» – Финляндия, Швеция и Украина. Трудно сказать, как себя чувствуют шведы и финны на одной скамейке с украинцами. Все-таки северяне все еще пытаются сохранять серьезное лицо и делать вид, что их чуть ли не заставляют, а вот Киев не стесняется рассказывать всему миру о том, как он хочет поскорее попасть в альянс и на что он ради этого готов. Поведение разное, а результат один.
Кстати, у украинского правительства появился новый повод для расстройства. 9 октября в норвежском Боде прошла пресс-конференция, посвященная учениям. Отвечали на вопросы во время пресс-конференции командующий ВМС США в Европеи возглавляющий объединенные силы союзников НАТО в Неаполе адмирал Джеймс Фогго и начальник главного оперативного командования вооруженных сил Норвегии генерал-лейтенант Рюне Якобсен. Они упомянули всех причастных – и 29 стран, и шведов, и финнов, а Германию так вообще несколько минут расхваливали. А вот про Украину ни слова.
Даже Россию вспомнили. Когда модератор спросил двух военных о том, как далеко от российской границы будут проходить учения, они туманно ответили, что, конечно, Норвегия граничит с Россией. Понимай, как хочешь. Но потом, правда, добавили, что НАТО будет отрабатывать действия против гипотетического противника, а не против кого-то противника. «У России нет повода переживать». Какое счастье.
Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter .
Вопрос о вхождении в НАТО Финляндии и Швеции уже несколько лет не дает покоя политикам и военным многих стран.
Сотрудничество финнов с Североатлантическим блоком становится с каждым годом все теснее. Финская армия неоднократно принимала участие в натовских учениях. Военнослужащие Финляндии входили в состав воинского контингента НАТО, находящегося в Афганистане.
Практически во всех финских политических партиях есть сторонники вступления страны в НАТО. Главными приверженцем этой идеи является президент Финляндии Сауле Ниинисте и бывший руководитель МИД страны Александр Стубба. Информационная служба комиссии по национальной обороне Финляндии постоянно проводит социологические опросы с целью выяснить мнение населения о перспективах вхождения страны в НАТО.
В тоже время надо отметить, что, несмотря на усилия сторонников "атлантистов" в руководстве страны, 70% финнов не согласны с вступлением своего государства в любой военный блок.
Руководитель финской дипломатии Эркки Туомиойя, как истинный чиновник, дал двойственную оценку планам членства Финляндии в НАТО: “Как записано в программе правительства, Финляндия не является членом военного альянса, однако сотрудничает с НАТО и сохраняет возможность подачи заявки на получение членства в ней”. Чтобы сохранить хорошие отношения с США и натовцами, финны приняли решение о закупке в Штатах крылатых ракет класса "воздух-земля" на 145 млн. евро, 70 управляемых тактических ракет, а также дополнительного оборудования на сумму $132 млн.
Нельзя сказать, что "наивные" финны не видят, чем грозит им вступление в один из агрессивных военных блоков мира. Ведь в случае принятия такого решения, границы страны, в считанные месяцы, обрастут оборонительными составляющими американской системы ПРО, наступательной военной техникой. И эти явно недружеские действия обязательно создадут напряжение между Финляндией и Россией. Не исключено, что вступление Финляндии в НАТО приведет к изменению глобальной геополитической ситуации во всем регионе.
Возникает обоснованный вопрос - зачем финнам НАТО, ведь живут без этого уже длительное время?
Во-первых, население Финляндии малочисленно (всего пять миллионов человек), хотя по размеру территории страна занимает пятое место в Европе. Известно, что финны на первое место ставят безопасность своей страны, и они готовы потерять часть своего суверенитета в пользу сильного защитника.
Во-вторых, финны рассчитывают, что вступив в НАТО они повысят свой статус и станут значимыми, влияя на принятие решения крупнейшего военно-политического европейского блока, потому что любой член североатлантического альянса может заблокировать действия военно-политической махины.
Но если финны опасаются за свою безопасность, откуда же все-таки, по их мнению, исходить угроза? Как считают жители Финляндии, первая угроза - это терроризм. А вот вторая - это имперские амбиции России. Но радует тот факт, что опросы показывают ежегодное уменьшение количества граждан Финляндии, считающих, что русские нападут на их страну - и сегодня "атлантисты" в абсолютном меньшинстве.
Финляндия позиционирует себя, как нейтральная страна. Эксперты говорят, что вступление в НАТО неотвратимо превратит ее в полигон для размещения военных объектов других государств - членов НАТО. В тоже время у этого действия есть и другая - экономическая сторона. Ведь размещение американских военных баз на территории других стран хорошо оплачивается США, а экономика Финляндии также страдает от глобального кризиса, охватившего, практически, все государства мира. Впрочем, финны уже давно участвуют во всех военных операциях альянса, поэтому о нейтралитете страны можно как бы уже и не говорить. Как показывают события последних лет, Финляндия очень хочет участвовать в формировании глобальной политики, а входной дверью в этот "волшебный мир" для финнов является НАТО.
В настоящее время более двух третей стран Евросоюза являются членами Североатлантического альянса. Реально, вхождение Финляндии в НАТО никак не отразиться на существующем уровне давления ЕС на Россию.
Эксперты прогнозируют, что если Финляндия, вступив в НАТО, все-же воздержится от размещения на своей территории иностранных военных баз, то отношения с Россией скорее всего останутся прежними - сотрудничество и добрососедство. А вот в случае, если в Финляндии появится американский воинский контингент, это будет расценено Россией как прямая военная угроза.
Заигрывая с НАТО, в Суоми очень заинтересованы в посещении их страны туристами из России и сохранении добрососедских и взаимовыгодных отношений со своим восточным соседом.
Из всего вышесказанного можно предположить следующий вариант дальнейших событий - Финляндия, скорее всего, присоединиться к альянсу, но не станет размещать на своей территории стратегическое вооружение и крупные воинские соединения союзников.
Сходная ситуация складывается и в соседней Швеции.
У королевства Швеции уже двухсотлетний нейтралитет. Швеция имеет самую мощную армию среди нейтральных государств. Ежегодно в армию страны вливаются пять тысяч призывников. При необходимости военное ведомство Швеции может мобилизовать до 60 тысяч человек. Шведское гражданское общество уже давно выдвигает требование отменить призыв. В этой ситуации руководство страны задумывается о присоединении к НАТО, либо другому военному альянсу.
Длительное пребывание Швеции в состоянии нейтралитета наложило отпечаток на военную доктрину страны. В годы существования СССР, шведская военная доктрина основывалась на оборонительной стратегии и защиты страны от "советской угрозы". В то время Швеция могла выставить миллионную армию и это учитывали в своих планах натовские стратеги. Их вполне устраивала Швеция, как щит скандинавского плацдарма и союзник Североатлантического блока. Шведская армия имеет и технику собственного производства, а шведские истребители JAS 39 Grifen даже экспортируются в такие страны, как Чехия, Венгрия и Норвегия. Военнослужащие шведской армии вооружены штурмовыми винтовками Ak 5 и Ak 4, произведенные на шведских предприятиях. Танковые части также обеспечены продукции местного ВПК - танками Strv 121 и Strv 122. Швеция сама строит корабли для своих ВМС, включая корветы класса Visby и подводные лодки. Качество техники таково, что США арендовали у Швеции дизель-электрические подводные лодки, поскольку американские производители не смогли предложить американским ВМФ современные модели дизельных подлодок.
В 90-е годы открыто стал обсуждаться вопрос о вступлении Швеции в НАТО. В 1994 году Швеция участвовала в программе НАТО "Партнерство ради мира" и это стало первым и значительным шагом шведского королевства в сторону Североатлантического альянса. Швеция была уверена, что в случае военного конфликта, НАТО придет на помощь, но все чаще облаченные властью шведские чиновники стали говорить о необходимости вступления страны в НАТО. В связи с агрессией НАТО в Ираке, шведская общественность не поддержала инициативу "атлантистов" - никого не радовала перспектива оказаться на иракском театре военных действий. В Швеции ширилось общественное движение, выступающее под лозунгом «НАТО, вон из Швеции!». Опрос общественного мнения показал, что большинство шведов выступает против вступления королевства в НАТО. Но, несмотря на мнения граждан своей страны, шведская армия активно сотрудничает с НАТО, участвуя в многочисленных военных учениях и совместных операциях с натовцами на территории Югославии и Афганистана.
Вопрос вступления Швеции в НАТО также имеет и экономическую сторону. Даже такая небольшая, как шведская, армия требует ежегодного финансирования в размере $7 млрд., что составляет 1,7% ВВП. Шведы не прочь переложить на плечи союзников хотя бы часть этих расходов. Поэтому сотрудничество с НАТО шведы будут продолжать. Одновременно Швеция примет все меры по увеличению своей роли в военной структуре Евросоюза и будет стараться стать лидером Северной боевой группы.
Надо также отметить и тот факт, что правительства обеих стран в вопросе вступления в военные блоки связаны по рукам конституционно. Проведение референдумов, в настоящее время, не имеет смысла, поскольку большинство граждан этих стран против вступления своих стран в НАТО. В вопросе финансирования также не все так просто - членство в НАТО потребует от Швеции и Финляндии увеличения военного бюджета, на что эти страны в настоящее время не готовы.
Использованы материалы:
http://mixednews.ru/archives/41794
http://expert.ru/countries/2008/02/vzovietsya_li_v_nato_shvedskiy_flag/
http://versia.ru/regions/neva/2012/sep/13/finlandia_v_nato_nam_eto_nado
http://www.otechestvo.org.ua/main/20096/2716.htm
http://www.pravda.ru/world/europe/european/07-06-2012/1117468-suomi_nato-0/
Ссылаясь на необходимость защититься от «российской угрозы», созданной воссоединением Крыма с Россией и войной в Донбассе, Стокгольм и НАТО ещё в 2014 году подписали меморандум о взаимопонимании, позволяющий натовским войскам размещаться на шведской территории в случае возникновения «стратегической необходимости».
Ссылки на Крым и Донбасс - расхожая пропагандистская фальшивка. О намерении Стокгольма и Брюсселя подписать меморандум было известно ещё в ноябре 2013 года, до начала евромайдана в Киеве, а сближение Швеции с НАТО началось и того раньше, в 1990-х годах. В 1994 г. Швеция присоединилась к программе НАТО «Партнёрство ради мира», в 1996 г. участвовала в операциях НАТО в Боснии и Герцеговине, в 1999-м - в Косово. Затем у шведских военных были Афганистан (2001) и Ливия (2011). В 2013 г. подразделения Вооружённых сил Швеции вошли в состав натовских сил быстрого реагирования, предназначенных для переброски в любую точку Земли.
Стокгольм не скрывает заинтересованности в военном сотрудничестве с Германией в рамках комплексной программы Framework Nation Concept. Взаимодействуя с Берлином, шведы нацеливаются на превращение Балтики в территорию полного господства НАТО, где у Швеции будет своя зона ответственности (контроля).
Начиная с 2015 г. Берлин ежегодно проводит конференцию командующих флотами европейских стран, в том числе Швеции, обсуждая вопросы совместной обороны на Балтике. Россию, хотя она является крупнейшей балтийской державой, на эти конференции не приглашают. Зато их участницей является Норвегия, не имеющая прямого выхода к Балтике: считается, что она может противостоять России в Баренцевом море, перекрывая российским ВМС выход через Норвежское море к берегам Северной Европы. Предполагается, что «совместная оборона» на Балтике должна обеспечить также свободу передвижений натовских судов в Датском проливе - горловине шириной 260 километров между Гренландией и Исландией, которая является ключевой артерией для военных поставок из США и Канады на северный фланг НАТО (в Скандинавию и Прибалтику). Ежегодно через Датский пролив проходят около 125 тыс. грузовых судов.
Германская военная дипломатия ставит задачей повышение уровня операционного взаимодействия военно-морских флотов балтийских стран (Дания, Финляндия, Норвегия, Швеция) по согласованию с Вашингтоном.
Для достижения стратегического перевеса в Балтийском регионе Североатлантическому альянсу необходим контроль над тремя ключевыми пунктами - финскими Аландскими островами, шведским Готландом и датским Борнхольмом. Эти островные точки в свою очередь позволяют контролировать проливы Каттегат и Скагеррак, соединяющие порты Балтийского моря с Мировым океаном. Важным условием достижения такого контроля является подключение к планам альянса двух государств, которые членами НАТО не являются, - Швеции и Финляндии.
Аландские острова, остров Готланд и остров Борнхольм на экспертной карте американского фонда «Наследие» (The Heritage Foundation)
В 2018 году в территориальных водах Швеции пройдут совместные морские учения германских и шведских ВМФ. А в июле сего года к Германии перейдут функции командования группировкой НАТО в Средиземном море, и Швеции уже предложено направить своих представителей в штаб группировки для обмена опытом.
Профессор Центра изучения России и Евразии Уппсальского университета Стефан Хедлунд видит в сближении Швеции и НАТО стремление к кардинальной перекройке системы региональной безопасности. «И тогда на Балтике начнётся совсем другая игра», - говорит Хедлунд.
Стратегия наращивания сил НАТО в Северной Европе получила название «Усиленное присутствие на Севере» (Enhanced Northern Presence) и на сегодняшний день зиждется на углубленной военной кооперации четырёх стран - США, Великобритании, Норвегии и Дании. Союзниками «второго ряда» считаются Исландия и Канада. Каждая страна, охваченная программой Enhanced Northern Presence, участвует в американском проекте модернизации многофункциональных истребителей-бомбардировщиков пятого поколения F-35. Кроме того, Великобритания, Дания и Норвегия участвуют в программе оснащения национальных ВМС американской боевой информационно-управляющей системой Aegis; Норвегия, Дания и США - в программе беспилотного наблюдения (Alliance Ground Surveillance) , позволяющей с использованием пяти БПЛА Global Hawk вести наблюдение за наземными целями, расположенными на расстоянии до 16 тыс. километров от места запуска.
В 2018 г. Вашингтон увеличил на 41% (до $4,8 млрд.) финансирование программы Европейской инициативы перестраховки (European Reassurance Initiative) для обеспечения усиленного американского военного присутствия в Европе и Северной Атлантике. По словам официального представителя Минобороны России генерал-майора Игоря Конашенкова, созданная НАТО в Европе военная инфраструктура позволяет перебросить к российским границам подготовленный личный состав с ближайшей американской военной базы (Рамштайн, Германия) всего за два часа.
Поэтому Североатлантический альянс и выстраивает сотрудничество со Швецией в формате 29+2 (29 стран-членов НАТО + Швеция и Финляндия). Юридически нейтральная Швеция фактически превращена в союзника НАТО.
