Для сидящих на дотациях стран «Новой Европы» приближается «час икс». С 2020 года, после выхода Великобритании из Евросоюза и принятия нового семилетнего бюджета ЕС, финансирование Восточной Европы из еврофондов будет радикально урезано или вовсе упразднено. Вопреки заверениям официальных пропагандистов в том, что дотации из фондов ЕС не оказывают существенного влияния на местную экономику, по мере приближения роковой даты в руководстве стран - получателей денежного довольствия нарастают панические настроения. Прибалтийские и прочие восточноевропейские иждивенцы начинают объединяться, требуя, чтобы «Старая Европа» не снимала их с пайка.
В Министерстве сельского хозяйства Литвы заявляют, что Литва совместно с прочими странами Балтии и странами Вышеградской группы будет бороться против идеи финансировать фермеров стран ЕС из национальных бюджетов. У Литвы и других бедных государств Восточной Европы на это элементарно нет денег, тогда как в бюджете Германии и других богатых стран Западной Европы деньги на фермеров есть.
Прибалтика и Вышеградская группа требуют, чтобы сельхозпроизводители Европейского союза после принятия нового семилетнего бюджета ЕС по-прежнему финансировались из общего европейского бюджета, а не из национальных бюджетов стран-членов. Литва, Латвия, Эстония, Польша, Чехия, Венгрия и Словакия подписали в Брюсселе совместную декларацию, которую намерены предъявить западноевропейским политикам на ближайшем саммите министров сельского хозяйства стран ЕС в сентябре этого года.
«Мы считаем, что выплаты должны быть одинаковы для всех. За такую же самую землю во всём Сообществе должны выплачиваться одинаковые суммы. Я считаю, что это соглашение поможет нам в дискуссиях, но как там будет с одинаковыми прямыми выплатами, увидим в будущем, - заявил министр сельского хозяйства Литвы Бронюс Маркаускас. - Мы понимаем, что Германия могла бы поддерживать фермеров напрямую, но нашим странам это было бы трудно».
Против чего, собственно, выступают страны «Новой Европы»? Против планов европейской бюрократии реформировать систему финансирования сельского хозяйства в ЕС. Раньше фермеры всех 28 стран ЕС на 100% дотировались из отраслевых еврофондов: Европейского фонда развития сельского хозяйства, Европейского фонда морского промысла и рыболовства и прочих. Теперь бюджеты этих фондов будут урезаны, а за поддержку своих производителей странам - членам ЕС предлагается доплачивать самим. Всяк сколько может - в меру своего материального достатка.
Реформа сельского хозяйства является началом реализации концепции «Европы двух скоростей», по которой лидеры Евросоюза продолжают развиваться самостоятельно, не оглядываясь на отстающих из Восточной Европы.
«Европейской солидарности», на которую многие годы молилась Прибалтика, больше не будет. Если Германия имеет возможность субсидировать своих фермеров, а Литва не имеет, то это проблемы не Германии, а Литвы. Почему Германия должна тормозить рост своего аграрного сектора и следить вместо этого, чтобы немецкие фермеры получали до евроцента столько же, сколько литовские?
Из-за такой советской «уравниловки» и случился системный кризис евроинтеграции. Всем - свою долю беженцев, фермерам - одинаковые дотации, голос Германии с Францией при принятии ключевых экономических решений равен голосу Кипра с Литвой, хотя Германия с Францией формируют экономику «Единой Европы», а Кипр с Литвой живут за их счет.
Весной этого года канцлер ФРГ Ангела Меркель и экс-президент Франции Франсуа Олланд (а затем и новый президент Эммануэль Макрон) заявили, что с такой порочной практикой пора заканчивать. Периферия не должна сдерживать развитие лидеров Евросоюза.
Если еврогранды могут расти быстрее остальной Европы, то они должны сбросить восточноевропейский балласт и развиваться опережающими темпами.
Иначе Европа так никогда и не выберется из накрывшей ее хронической депрессии.
Естественно, Прибалтике и другим «новым европейцам» претит «Европа двух скоростей». Эта концепция ведь институционализирует их второсортность. Если Германия, вместо того чтобы понемногу субсидировать фермеров по всему ЕС, начнет дополнительно субсидировать собственных немецких фермеров, то о том же польском аграрном чуде можно будет забыть. Польский бюджет не немецкий: подлинного экономического либерализма и реальной, без «уравниловки», конкуренции на общем рынке польский фермер не выдержит.
Поэтому неудивительно, что Варшава, Будапешт и даже обычно покорные Брюсселю прибалтийские столицы громко возмущаются «многоскоростной Европой». Однако ничего не поделаешь: старые добрые времена политики выравнивания, заливания «Новой Европы» потоком еврофондов и «европейской солидарности» уходят безвозвратно. Перемены надвигаются неумолимо.
В Прибалтике уже начали считать, что с ними будет после 2020 года, когда из Евросоюза выйдет Великобритания, в Брюсселе примут новый семилетний бюджет ЕС и дотации странам-иждивенцам будут радикально урезаны, если не вовсе прекращены.
Еврокомиссия в опубликованном месяц назад «документе дискуссий» по новому семилетнему бюджету ЕС обращает внимание на то, что после 2020 года необходимо учитывать новые вызовы: миграцию, терроризм, сотрудничество в сфере обороны. На эти цели нужно доставать деньги. Достать их предлагается увеличением членских взносов в бюджет ЕС и перераспределением средств программ поддержки.
Самая главная программа поддержки - это та самая политика выравнивания. Проекты финансовой помощи самым бедным странам ЕС, в рамках которых западноевропейские «доноры» Евросоюза «вкачали» в Прибалтику и прочую Центральную и Восточную Европу порядка 160 миллиардов евро. Результатов политика выравнивания не дала: разрыв между богатой «Старой» и бедной «Новой Европой» меньше не стал. Поэтому теперь Еврокомиссия дипломатично предлагает пустить программы сплочения под нож.
Литовское агентство BNS просчитало, какой будет экономика Литвы после прекращения политики выравнивания и сокращения дотаций из структурных фондов ЕС. Великобритания давала шестую часть общего бюджета ЕС, поэтому Brexit пробьет в Брюсселе финансовую дыру. Вероятно, произойдет увеличение национального софинансирования проектов с европейским участием. Доля ЕС в финансировании таких проектов станет меньше, а доля национальных бюджетов существенно возрастет.
Сегодня минимальный уровень софинансирования общих проектов со стороны Литвы - 15%, но если ЕС откажется платить и эта цифра будет удвоена-утроена, то литовский бюджет просто не выдержит напряжения. Если прекратится прямая поддержка ЕС, то Литва не сможет самостоятельно осуществлять ремонт школ и строить детские сады.
Расчеты литовских экономистов опровергают уверения официальной пропаганды насчет того, что Литва и другие страны Балтии экономически самостоятельны и материальная помощь из бюджета ЕС для их экономики несущественна.
Если эта помощь несущественна, то что же министры сельского хозяйства Прибалтики так задергались из-за планов Брюсселя урезать поддержку аграриев и «предоставить право» странам ЕС самим помогать своим фермерам?
Если еврофонды - это капля в море прибалтийской «истории успеха», то откуда начинающаяся во властных кругах паника от того, что через три года эта «капля» иссякнет? Аудиторское агентство KPMG доказывает , что дотации из структурных фондов ЕС составляют около пятой части экономики Литвы, Латвии и Эстонии. Если это капля, то очень большая.
Без этой «капли» экономика Прибалтики нежизнеспособна.
История, схожая с той ситуацией, что развивается сейчас с еврофондами, была 10 лет назад со скандинавскими кредитами. Профессиональные патриоты Литвы, Латвии и Эстонии так же громко доказывали, что стремительный рост Прибалтики вызван здоровым экономическим развитием и никак не связан с пришедшим в Прибалтику вместе с европейской интеграцией внешним заемным капиталом - валом дешевых, ничем не обеспеченных кредитов.
Экономический кризис 2008 года открыл правду даже самым «кондовым» свидетелям «истории успеха». «Кредитный пузырь» лопнул, банковская система рухнула, и «балтийские тигры» сдохли.
Так же будет и с дотациями из фондов ЕС. Реальность всё расставит по своим местам: дождемся 2020 года и увидим, как эти дотации «ни на что не влияют».
Посткоммунистическая страна превратилась в настоящий рай для вложений.
Польша вышла в лидеры среди стран Восточной Европы по привлечению прямых иностранных инвестиций в экономику. Зарубежный капитал заинтересовали стабильный экономический рост и легкость ведения бизнеса.
Согласно докладу World Investment Report 2015, подготовленному Конференцией ООН по торговле и развитию (ЮНКТАД), Польша находится в числе двадцати крупнейших получателей прямых иностранных инвестиций в мире. В 2014 году их общий приток в эту страну составил почти 14 млрд долларов. Наиболее сильными преимуществами Польши являются: стабильный экономический рост, большой рынок сбыта, многочисленные налоговые льготы и удобное географическое положение, пишет сайт «Белорусы и рынок» .
В рейтинге Всемирного банка Doing Business 2017 Польша заняла 24-е место среди 190 стран, а в докладе FDI Intelligence (подразделения Financial Times Ltd.) - первое место в Европе и третье в мире (после Китая и США) по привлекательности вложений в производство.
Стабильный экономический рост
Польская экономика одна из наиболее быстрорастущих среди европейских стран. Она едва ли не единственная на континенте сумела успешно противостоять глобальному экономическому кризису. Государственный бюджет Польши находится в гораздо лучшем состоянии, нежели бюджеты других государств ЕС.
Согласно прогнозу Европейской комиссии, в 2017 году ВВП Польши увеличится на 3,7 %, тогда как в среднем по ЕС прирост не превысит 1,9 %. Основными движущими силами экономического роста являются инвестиции, частное потребление, в том числе за счет значительных государственных субсидий в виде детских пособий, и экспорт, который демонстрирует опережающий темп по сравнению с импортом.
Рынок труда также характеризуется хорошими показателями. Как ожидается, в нынешнем году безработица снизится до 6,3 %.
Большой рынок сбыта
Внутренний рынок Польши является одним из крупнейших в Европе, так как в стране проживает почти 40 млн человек. По численности населения это государство занимает шестое место в ЕС и первое в Восточной Европе.
Польша является членом Евросоюза и имеет выгодное географическое положение. Как следствие, у инвесторов появляется возможность поставлять товары и услуги на рынок объединенной Европы, который включает 500 млн потенциальных потребителей. В числе основных европейских торговых партнеров Польши - Германия, Франция, Италия, Чехия, Испания, Украина, а также Великобритания.
Легкость ведения бизнеса
За последние годы Польша значительно улучшила свои позиции в рейтинге Doing Business. Если в 2008 году страна занимала в нем 72-е место, то сейчас - 24-е среди 190 государств мира.
Правительство и парламент Польши регулярно принимают программы, направленные на оживление бизнес-среды. В качестве примера можно назвать Конституцию для бизнеса, которая стала консолидированным нормативным правовым актом, регулирующим хозяйственную деятельность. Документ призван значительно облегчить работу компаний, в том числе посредством ликвидации или снижения правовых барьеров, защитить от изменений в толковании законодательства и излишнего контроля со стороны государственных органов, ограничить обязательства нанимателей перед работниками, упростить расчет налогов и социальных взносов.
Кроме того, польский законодатель разрабатывает правила игры для принципиально новой организационно-правовой формы юридического лица, благодаря чему оно сможет привлекать финансирование с помощью современных инструментов, в том числе краудфандинга.
Квалифицированная и конкурентоспособная рабочая сила
Согласно данным Организации экономического сотрудничества и развития (ОЭСР), на территории Польши функционируют более 430 высших учебных заведений, в которых обучается около 1,4 млн студентов, в том числе свыше 60 тыс. иностранцев из примерно 150 государств.
Почти 30 % жителей в возрасте 25-64 лет имеют высшее образование. Согласно данным Программы международной оценки учащихся (PISA), по уровню подготовки студентов Польша занимает 22-е место среди 72 стран, входящих в общемировую классификацию, и одну из самых высоких позиций в ЕС.
Квалифицированных польских специалистов (экономистов, программистов, инженеров) и ученых активно нанимают европейские IT-компании, научно-исследовательские центры и научно-технические институты. Крупными работодателями также являются инвесткомпании, особенно специализирующиеся на инвестициях в сфере высоких технологий.
Дотации из средств Евросоюза
C 2014 по 2020 год Польша получит от Брюсселя в общей сложности более 120 млрд евро в виде субсидий ЕС: в рамках так называемой политики сплочения будет передано свыше 82 млрд евро, еще 32 млрд поступят по линии сельскохозяйственной политики. В 2007-2013 годах страна уже получила от ЕС более 100 млрд евро, в том числе 68 млрд в рамках политики сплочения.
Средства предназначены для сфер, которые вносят наибольший вклад в экономическое развитие, повышение уровня занятости и модернизацию экономики, и, помимо прочего, будут инвестированы в научные исследования, строительство автомобильных и железных дорог, общественный транспорт, энергетику, поддержку бизнеса, развитие широкополосной интернет-инфраструктуры и профессиональную переподготовку безработных. Иностранные инвесторы также смогут пользоваться указанными средствами для занятия бизнесом в Польше.
Хорошо развитая инфраструктура
Среди значимых достоинств Польши можно выделить постоянно развивающуюся инфраструктуру: автомобильные и железные дороги, авиационный и морской транспорт, широкую сеть грузовых складов и терминалов. Через Польшу проходят несколько оживленных международных транспортных путей совокупной протяженностью 5 тыс. км (Берлин - Львов, Берлин - Москва, Белосток - Прага, Гданьск - Цешин, Гданьск - Львов).
Планируется, что к 2020 году на польском участке Трансъевропейской транспортной сети TEN-T расположится 21 пересадочный и перегрузочный узел. В 2014-2020 годах общий объем расходов на дорожную инфраструктуру превысит 140 млрд злотых (около 40 млрд долларов). До 2023 года будет построено 1800 км национальных дорог и скоростных автомагистралей.
С 2016 по 2023 год запланировано увеличение до 31 млн злотых (из них 22 млн - средства ЕС) расходов на развитие и модернизацию инфраструктуры железнодорожного транспорта. С 2014 по 2020 год общий размер инвестиций в морской транспорт должен превысить 6,5 млрд злотых, а оборот товарного потока в польских портах - 80 млн т в год.
В Польше 15 аэропортов. Ежегодно ими пользуются около 35 млн пассажиров, и эта цифра постоянно растет. Предполагается, что до 2019 года польский сектор воздушного транспорта будет прирастать в среднем на 3,7 % в год.
По общей площади складских помещений страна занимает восьмое место в Европе. Причем в Польше цены на складские услуги ниже, чем в большинстве государств - членов ЕС.
Специальные экономические зоны
Польша предлагает иностранным инвесторам ряд преимуществ, в том числе возможность реализовывать проекты в специальных экономических зонах (СЭЗ). Сейчас в стране 14 таких зон: Каменная, Катовицкая, Костшинско-Слубицкая, Краковская, Легницкая, Лодзьская, Мелецкая, Поморское, Слупская, Староховицкая, Сувальская, Тарнобжегская, Валбжихская и Варминско-Мазурская.
Инвесторы СЭЗ могут пользоваться государственной поддержкой в виде освобождения от налога на прибыль, вычета из налогооблагаемой базы налога на прибыль инвестиционных расходов и расходов, связанных с созданием новых рабочих мест. Предприятия некоторых СЭЗ освобождены от налога на недвижимость.
Резиденты СЭЗ также могут рассчитывать на другие преференции, например на аренду или покупку по конкурентоспособной цене земельного участка, полностью подготовленного для осуществления предпринимательской деятельности. В арсенале поддержки - бесплатное содействие в прохождении процедур, необходимых для старта бизнеса, покрытие расходов на обучение стажеров, предоставление дополнительного финансирования при создании новых рабочих мест.
По расчетам экономистов, каждую секунду в польские СЭЗ инвестируется в среднем 215 злотых, или около 60 долларов. Среди ведущих инвесторов СЭЗ можно выделить компании: General Motors, Volkswagen, Toyota, Opel, Michelin, Shell, UBS, Ericsson, Fujitsu, Indesit, IBM, IKEA, Electrolux, Gillette, LG.
Выяснила, зачем Варшава сознательно идет на конфликт с Брюсселем.
Европейская комиссия (ЕК) одобрила применение 7 статьи Лиссабонского соглашения о ЕС в отношении Польши. Это позволит ввести санкции за нарушение польскими властями принципа независимости правосудия.
Вице-председатель Еврокомиссии Франс Тиммерманс напомнил, что за последние два года правящая партия Польши «Право и справедливость» (ПиС) приняла 13 законов, позволяющих правительству «систематически вмешиваться в процессы формирования, управления и функционирования» судебной системы.
«Сегодня, после многочисленных попыток привлечь польские власти к конструктивному диалогу, Еврокомиссия пришла к выводу, что в Польше существует риск серьезного нарушения принципа главенства права», - говорится в пресс-релизе Еврокомиссии по итогам заседания.
Тиммерманс подчеркнул, что Варшава проигнорировала три предупреждения Еврокомиссии о том, что проводимые в стране судебные реформы противоречат принципу главенства права.
Решение ЕК уже раскритиковала польская сторона - пресс-секретарь партии «Право и справедливость» Беата Мазурек заявила, что рекомендация ЕК об активации 7 статьи Лиссабонского соглашения в отношении Польши «не имеет смысла» и является «чисто политическим».
В свою очередь, в польском МИДе заявили о намерении судиться с Еврокомиссией по поводу решения о санкциях. «Польша готова к защите своих прав в суде ЕС как независимом и беспристрастном судебным органе и надеется, что у нее будет такая возможность», - заявили в польском дипведомстве.
Чем Польша разозлила ЕС
15 декабря польский сенат одобрил окончательную редакцию законов о Верховном суде и Национальном судебном совете, предложенных президентом страны Анджеем Дудой . Они предполагают возможность внесения жалоб на решение суда любого уровня в Верховный суд. Кроме того, закон предполагает установление пенсионного возраста для судей на уровне 65 лет с возможностью продления срока полномочий при обращении на имя президента.
Предыдущие редакции законов о Верховном суде и Национальном судебном совете летом были ветированы польским президентом в связи с массовыми протестами и резкой критикой со стороны оппозиции и Евросоюза. После этого Дуда представил альтернативный вариант данных законопроектов, хотя они тоже не устраивают ни оппозицию, ни ЕС.
А вот законы о работе всеобщих судов и Национальной школе судей польский лидер подписал сразу - в Еврокомиссии утверждают, что они являются попыткой правительства установить контроль над всеми ветвями государственной власти и подорвут независимость правосудия в Польше.
Конфликт Брюсселя и Варшавы по поводу судебной реформы в Польше тянется уже два года - с тех пор, как в начале 2016 года Варшава начала вносить изменения в судебное законодательство.
В июле Еврокомиссия уже грозилась «немедленно запустить» процесс активации 7 статьи. Это случилось после принятия польским парламентом закона, который позволил бы правительству отправить на пенсию почти всех судей Верховного суда - именно этот законопроект заблокировал президент Дуда.
Статья 7: что это значит для Варшавы
Статья 7-я Лиссабонского соглашения о ЕС предполагает введение внутренних санкций в отношении страны, «серьезно нарушающей европейские ценности». Эти ценности перечислены во 2-й статье того же документа: уважение человеческого достоинства, свобода, демократия, главенство права и соблюдение прав человека, включая права меньшинств. В случае с Польшей основой претензий ЕС стало как раз несоблюдение принципа «главенства права».
Если 7-я статья Лиссабонского договора все же будет активирована, Польшу могут лишить права голоса в Совете Европы .
Но прежде рекомендацию Еврокомиссии о применении 7-й статьи Лиссабонского соглашения должны рассмотреть страны-члены ЕС. Для запуска санкционного механизма необходимы голоса как минимум 22 из 27 государств-членов Евросоюза.
Все зависит от того, выскажется ли за активацию статьи такое количество членов Евросоюза - по словам заведующего сектором стратегических оценок ИМЭМО РАН Сергея Уткина , этого может и не произойти. «Вполне вероятно, что, несмотря на определенное беспокойство, с которым в ряде стран ЕС наблюдают за трансформациями польской политики, формальное осуждение Польши с последующим применением к ней санкций просто не наберет нужного количества голосов», - считает эксперт.
Польский политолог Якуб Корейба в беседе с «Газетой.Ru» подчеркнул, что премьер Венгрии Виктор Орбан уже публично обещал Качиньскому (глава правящей партии «Право и справедливость» - ПиС), что будет ветировать вступление в силу 7 статьи: «Так что это пиар-акция, - уверен политолог,
Комиссия пытается создать прецедент и перетянуть на себя больше полномочий, а Германия и Франция традиционно тестируют пределы своего неформального влияния».
Доцент кафедры политической истории МГИМО Кирилл Коктыш допускает, что ЕС все же применит санкции в отношении Варшавы, но подчеркивает, что это не нанесет существенного ущерба интересам Польши. «Совет Европы не является органом, который принимает решения, это трибуна для обсуждений - лишение права голоса в СЕ не нанесет Польше особого ущерба, а кроме этого Польше пока ничего не грозит», - напомнил он.
В некотором смысле эти санкции даже выгодны для Варшавы, поскольку обосновывают ее право не платить по европейским обязательствам и не следовать тем распоряжениям Брюсселя, которые для нее неудобны, считает Коктыш.
«Применение санкций будет политически обидным, но неэффективным. Для Брюсселя это ситуация, когда пряники кончились, а кнута не хватает», - заключил эксперт.
Зачем Варшаве ссориться с Брюсселем?
Варшава идет на обострение, так как понимает, что это прибавит популярности властям, считает Якуб Корейба. «ЕС вместо града на холме превратился в черного человека: в глазах польского народа стал источником угроз, а не надежд, и правительство позиционирует себя как защитник простых людей от транснациональной олигархии», - подчеркивает эксперт.
«Право и справедливость» опирается на евроскептически настроенного избирателя, в целом поддерживающего намерение правительства не идти на поводу у Брюсселя. То есть, с точки зрения избирателя происходит укрепление суверенитета страны, а с точки зрения правящей группы - укрепление ее собственных позиций. Желание Варшавы «поссориться» с Брюсселем может быть связано и с тем, что со следующего года Евросоюз существенно сократит дотации для всех стран Восточной Европы, в том числе и Польши. Страна окажется в ситуации, когда привилегии заканчиваются, а обязанности остаются. «Поэтому Польша вполне осознанно шла на конфронтацию с Брюсселем», - утверждает Кирилл Коктыш из МГИМО.
В свете разногласий Варшавы с ЕС особенно интересен вопрос о перспективах развития отношений Польши с Россией. Директор Института стратегических оценок Сергей Ознобищев считает, что процессы, наблюдаемые в Польше, дают надежду на улучшение их отношений с Россией на фоне разочарования в «чисто западном» пути.
«Можно надеяться, что Россия воспользуется этим, чтобы налаживать отношения с Варшавой - нечто подобное уже происходило с Венгрией и Чехией, видимо, теперь на очереди Польша», - говорил в беседе с «Газетой.Ru» эксперт.
Однако Кирилл Коктыш, предупреждает, что процесс сближения Польши с Россией не будет быстрым. «Сближение с Россией для Польши будет спекулятивным, чтобы пугать этим Брюссель», - объяснил он.
Давно видим русофобские метания в Прибалтике, несмотря на угрозы уменьшения ЕС-дотаций.
Шаг вперед и два назад. Каждое пятое евро мы получаем из Евро Союза! Но, скоро их потеряем.
Депутаты и чиновники профилактируют, повышая себе зарплаты, а народ ужимается - ползет кризис. Смешные пафосные праздники 100-летий, независимых
гордых стран Прибалтики - буффонада!
* * *
Евросоюз не хочет платить за «младоевропейцев»
Автор, историк-востоковед Дмитрий Добров
В результате выхода Великобритании из ЕС в бюджете Евросоюза образуется огромная дыра,
годовые потери могут составить до 14 миллиардов евро.
Одновременно вырастут расходы ЕС, в частности, в области обороны и охраны границ.
Кто будет компенсировать потери, и кто в Европе лишится щедрых субсидий
? Ожесточенные споры по этому вопросу разгораются уже сейчас — за год с небольшим до Брексита.
Страны Восточной Европы настойчиво требуют продолжения финансирования из фондов ЕС — несмотря ни на какие обстоятельства
.
Однако Франция и Германия
намерены выставить политические условия для дальнейшего оказания помощи, поскольку «младоевропейцы»
, в первую очередь Польша и Венгрия
, отказываются принимать беженцев по общеевропейским квотам и нарушают базисные демократические принципы Евросоюза.
К тому же, в 2020 году автоматически истекает срок оказания помощи этим странам из структурных фондов ЕС. А помощь эта была колоссальной: до сих пор дотации из этих фондов обеспечивали около 20% ВВП стран Балтии и 6% — Венгрии.
Дальнейшее оказание этой помощи оказывается под большим вопросом.
Одним из главных принципов Евросоюза была и остается «политика консолидации»
, или помощь сильных регионов слабым. На соответствующие программы ЕС в период с 1988 по 2004 годы выделил около 500 миллиардов евро, которые пошли в первую очередь на помощь странам Южной Европы.
Начиная с расширения ЕС на Восток в 2004 году основная часть средств из фондов развития достается странам Восточной Европы.
По данным Брюсселя, Польша получает ежегодно от Евросоюза около 13,4 миллиардов евро,
Чехия — 4,3 миллиарда евро,
Словакия — 3,7 миллиарда евро,
Венгрия — 5,6 миллиардов евро.
Даже крошечные Литва и Латвия получают около одного миллиарда евро в год.
Чехии и Венгрии — по 22 миллиарда евро,
Словакии — 14 миллиардов евро.
Однако действие нынешних «программ консолидации» для Восточной Европы заканчивается в 2020 году.
После этого они должны быть пересмотрены в сторону значительного сокращения.
Главная причина — не только ограниченность средств, но и невыполнение «младоевропейцами» основных обязательств по отношению к ЕС.
Главными нарушителями европейских норм считаются Польша и Венгрия.
Особенно настойчиво требует применить к ним финансовые штрафы Франция. По ее инициативе страны Западной Европы в принципе согласились, что дальнейшее оказание помощи будет обусловлено соблюдением базисных демократических ценностей ЕС.
Среди государств-учредителей Евросоюза формируется точка зрения, что следует прекратить трансферты миллиардов евро в Польшу, Венгрию, Чехию и Словакию, если они не будут активнее проявлять солидарность с Евросоюзом.
Французский министр по европейским делам Натали Луазо заявила:
«Совершенно неприемлемо, когда страны ЕС получают деньги из общего бюджета на определенные цели и проводят несовместимую с нашими принципами национальную политику» .
По мнению Луазо, в будущем дотации будут четко привязаны к соблюдению норм ЕС, в частности, правовых стандартов. Этой позиции придерживается и Еврокомиссия, где соблюдение базисных принципов ЕС рассматривается как непременное условие оказания финансовой помощи.
Министр иностранных дел Германии Зигмар Габриэл
ь констатирует в этой связи, что позиции Западной и Восточной Европы в данный момент принципиально расходятся. В этих условиях невозможно инвестировать новые средства в экономику «младоевропейцев». Еврокомиссия намерена провести эти планы в жизнь как можно скорее.
В мае будут предложены рамочные условия для дальнейшего финансирования,
а год спустя, уже после Брексита, будет окончательно утвержден новый, более жесткий бюджет. Перспективы утверждения этого бюджета неплохие, поскольку Лондон не сможет наложить свое вето.
Кто конкретно будет платить за «продолжение банкета» после выхода Великобритании?
Как заявил отвечающий за бюджет еврокомиссар Гюнтер Эттингер
, страны-члены ЕС будут неизбежно вынуждены увеличить свои взносы в бюджет, которые до сих пор составляли 1% ВВП.
Главным плательщиком автоматически станет Германия:
если она будет выделять 1,2% ВВП, то это добавит в евробюджет дополнительные 10 миллиардов евро. Однако очень многие в Германии противятся этим планам и требуют сократить бездумное финансирование аграрного сектора и структурных фондов.
Именно на эти две статьи расходов приходится три четверти бюджета ЕС, который составляет 140 млрд евро в год.
На аграрные субсидии выделяется 55 миллиардов евро в год (40% бюджета), а на программы развития (прежде всего помощь новым членам ЕС) — 60 миллиардов евро (43% бюджета).
Критики такого распределения средств говорят, что более эффективно было бы вкладывать деньги в инновационные технологии и подготовку кадров.
Но если на сокращение аграрных субсидий основные страны ЕС в принципе готовы пойти, то восточноевропейские бенефициары структурных фондов категорически против любого урезания. Польша открыто говорит, что «не позволит» этого сделать.
В результате Брексита бюджет ЕС не просто сократится на 8-10%,
значительно вырастет финансовый и политический вес франко-германского тандема.
С уходом Великобритании «младоевропейцы» лишатся важнейшего союзника в противостоянии «диктату» Брюсселя и ЕЦБ, а противоречия «старой» и «новой» Европы неизбежно обострятся
.
На Западе считают, что «младоевропейцы» относятся к ЕС потребительски:
получают деньги и не проявляют солидарности.
Нарушений много: отказ принимать мигрантов по квотам Евросоюза, демпинг рабочей силы, открытая ориентация на Вашингтон вопреки политической линии Брюсселя и провокационное нагнетание напряженности в отношениях с Россией.
Польша и страны Балтии в союзе с США практически заблокировали проект «Северный поток-2»,
в котором чрезвычайно заинтересована Германия.
В нынешних резко изменившихся условиях «Европа двух скоростей
» становится реальностью. Хотя этот термин был введен в обращение уже давно, он получает сейчас (по инициативе президента Франции Эмманюэля Макрон
а) новый смысл в связи с Брекситом и «непослушным» поведением стран Восточной Европы.
Де-факто это означает укрепление западноевропейского «твердого ядра» в виде франко-германского альянса и примкнувших к нему государств «старой Европы». Входящие в этот союз страны объединены гуманитарными и цивилизационными принципами, восходящими к античному Риму и империи Карла Великого.
Что касается более отсталых стран, находящихся за пределами романо-германского «лимеса» (отсюда понятие «страны-лимитрофы»), то они станут вторым, внешним кругом, который будет постепенно интегрироваться в «твердое ядро».
«Младоевропейцы» отчаянно протестуют против концепции Европы «двух скоростей», Польша считает этот проект дискриминацией и шантажом.
Но пока что все указывает на то, что пропасть между старой и новой Европой не выравнивается, а лишь углубляется, и «денежный вопрос» — лишь один из показателей растущих противоречий.
Recent Posts from This Journal
>Кратко о жизни и предпочтениях.
>Синий - меня читают, я - нет Красный - я читаю, меня - нет Зеленый - взаимное чтение ------------ Мой личный блог оценили в…
>
Задачка из Японии на простые дроби для очень внимательных"Это математическая задачка, которую должны решать ученики обычной школы. Специалисты провели исследование, но его результаты их неприятно…
Какие ваши привычки говорят о том, что у вас дворянские корни? (7-10 минут на чтение)
>Какие ваши привычки говорят о том, что у вас дворянские корни? Валерия Елисеева Софью Владиславовну нам порекомендовали. И шепотом со значением…
>
Тест: на какую должность вас назначил бы Путин? И есть ли у вас русский менталитет?Тест 1. И мой результат: Министр сельского хозяйства. Всю жизнь живем в больших городах, без сада и дачи! Последний раз копала картошку в далеком…
>
Пранкеры Лексус и Вован разыграли спецпредставителя США по Венесуэле. Жестоко и смешно!Супер-новость для тех, кто понимает тонкости сарказма и методички по сливанию лохов из США * * * Российские пранкеры Владимир Кузнецов (Вован) и…
В Brexit для Польши, Украины и балтийских тигров
После Brexit заговорили о том, что уход Великобритании из Евросоюза имеет не только негативную политическую составляющую, но и экономическую. В самом деле, Объединенное Королевство — один из главных доноров европейского интеграционного проекта.
Члены ЕС делятся на нетто-получателей и нетто-доноров. «Нетто» — потому что каждая страна и складывает деньги в общую копилку, и берет из нее. Разумеется, не сама и не сколько вздумается. Бюджет Евросоюза наполняется государствами, за его формирование отвечают Совет Европейского союза, Еврокомиссия и Европарламент. За наполнением и расходом бюджета бдительно следит Европейская счетная палата, созданная в 1975 году.
Если страна берет больше, чем дает, то она нетто-получатель. И наоборот, если дает больше, чем берет, — нетто-донор.
Вот как выглядит карта Европы, если ее раскрасить цветами дотационных стран (красно-желтые оттенки) и доноров (желто-зеленые).
В Евросоюзе действует семилетнее планирование бюджета. Предыдущая семилетка — 2007 - 2013 гг., на нее пришелся кризис 2008 - 2009 гг. Нынешняя началась в 2014 году и закончится в 2020-м. На нее придется и надвигающийся мировой кризис, и узко европейский — Brexit. Который, впрочем, наверняка повлияет и на остальной мир.
На основании данных Еврокомиссии я составил несколько табличек.
Как мы видим, нетто-доноров в Евросоюзе десять. Табличка ранжирована по колонке с данными за 2014 год. Легко заметить, что главный донор — Германия. Великобритания лишь на третьем месте, после Франции и перед маленькой Голландией.
Нетто-получателей почти вдвое больше.
Здесь тоже требуется пояснение. Члены ЕС выстроены, опять же, по данным за 2014 год. Как мы видим, Мальта, Кипр, Люксембург и Ирландия находятся в пограничном состоянии, в некоторые годы они бывали даже донорами или близко к ним. Хорватия новичок, она вступила в ЕС 1 июля 2013 года. Понятно, что она вряд ли откажется от дотаций в будущем. Но пока неясно, какое место займет.
Хорошо видно, что самые большие траты Евросоюза приходятся вовсе не на Грецию, а на Польшу. Европейцам виднее, кто больше заслужил халяву, конечно. Был бы толк.
Таблички ниже более корректны. Выше перечисленные не определившиеся страны в них не вошли, потому что создают путаницу.
Оказывается, больше всех получают греки и балтийские тигры. Но это им, по-моему, не очень помогает— из всех трех стран население разъезжается.
Теперь посмотрим среднедушевые дотации, которые платят страны-доноры.
Здесь тоже небольшой сюрприз — оказывается, самыми работящими (или сердобольными) в Европе являются вовсе не немцы, а датчане. Британцы плетутся в хвосте. То есть, подданные Ее Величества Елизаветы Второй вряд ли когда-нибудь почувствуют серьезное повышение жизненного уровня после Brexit. Но, насколько я понимаю, их больше беспокоят не деньги, а мигранты.
Еще кое-какая статистика: в странах-донорах живет 330 млн человек, в остальных — 206. Выводы можно делать любые. По мне так каждый житель старой Европы вполне может прокормить одного-двух младоевропейцев — это очевидно. Просто нужно лучше работать.
Шутки шутками, но для наших бывших соседей по соцлагерю наступают нелегкие времена. Халява явно заканчивается, балтийских тигров гонят из теплых клеток с гарантированным кормом на вольный выпас — поднимать экономику своих гордых стран. Как, впрочем, и остальных жителей Восточной Европы. Пора затягивать пояса — неумолимо наступает настоящая независимость.
Что будет на Украине, прогнозировать сложно. Точнее, тут все зависит от вашей фантазии. Ясно одно: у Европы деньги и так кончались, а тут еще британцы влезли со своим референдумом. Чует мое сердце, опять украинцы дружить с нами захотят. Причем, довольно скоро.
____________________
Данные для таблиц
