Они держали водяную мельницу, были преуспевающими фермерами и предпринимателями. Они были единственной еврейской семьёй в деревне. Они соблюдали еврейские традиции и были в хороших отношениях с соседями.
У Давида и Бейлы Бельских было 9 сыновей и две дочери. К детям по возможности приглашали приходящего учителя, а потом отправляли их в школы в соседние города. Старший сын, Тувия, окончил еврейскую и польскую школы; знал русский, белорусский, польский языки, идиш и иврит . Благодаря немецким солдатам во время оккупации 1915-18 гг. выучил еще и немецкий. В польской армии дослужился до унтер-офицера. Он был сионистским активистом. К сентябрю 1939 года он был владельцем магазина. Асаэль управлял семейной мельницей. Зусь, активист Бейтара , в 1939 году женился.
Магазин и мельницу советские власти отобрали. Асаэль и Зусь были призваны в Красную Армию. Когда начались массовые депортации в Сибирь «чуждых элементов», Тувия Бельский, опасаясь ареста, устроился работать бухгалтером в Лиде . Там он развёлся с женой и встретил другую женщину, на которой впоследствии женился.
Праведник мира Константин Козловский.
В начале нацистской оккупации
>После немецкой оккупации Асаэль и Зусь, вышедшие из окружения, были вынуждены скрываться у соседей и в лесу, неподалеку от хутора родителей. Двое младших Бельских, Яков и Абрам, были расстреляны немцами. Тувия, переодевшись крестьянином, скрывался в окрестностях Лиды, где в гетто осталась его жена Соня.
В декабре 1941 г. младший Бельский, 12-летний Арон, вернувшись из леса после встречи с братьями, увидел фургон нацистов, увозивший родителей. Он успел предупредить старших братьев, которые с другого хутора увели в лес сестру Тойбе, её мужа, ребенка и свекровь.
7 декабря родители Бельские, бывшая жена Тувьи Ривка, а также Циля, жена Зуся, и её новорожденная дочь были расстреляны вместе с 4000 других местных евреев.
После многомесячных блужданий Тувия, Асаэль, Зусь и Арон собрали в лесу всех оставшихся в живых родственников. В июне 1942 г. Тувия вывел из лидского гетто жену Соню и ее семью. Позже они проникли в соседние гетто и вывели более дальних родственников. Они призвали друзей, соседей, а затем и всех евреев бежать из гетто и присоединиться к ним.
Сначала в группе было 30 человек с несколькими пистолетами.
Отряд Бельских
>К началу весны 1942 года им удалось сформировать партизанский отряд. Братья стали командирами. Главным из них был Тувья, Асаэль - его заместителем, Зусь возглавлял разведку. Арон, младший брат, был связным с гетто, другими партизанскими отрядами и местным населением. Начальником штаба стал бейтаровец Лазарь Мальбин, имевший хорошее образование и военный опыт в польской армии.
Отряд присоединился к советским партизанам (с которыми не всегда были хорошие отношения), которые старались контролировать территорию и формально были не против евреев. Тувия Бельский зарекомендовал себя как решительный и опытный командир и завоевал определенный авторитет среди партизан.
В августе 1942 г. им удалось наладить связь с Новогрудским гетто и организовать переход людей оттуда в отряд, который вырос с 80 человек до 250. Осенью 1942 г. отряд Бельских начал боевую деятельность: совместно с соседними отрядами совершил несколько нападений на автомобили, посты жандармерии и железнодорожные разъезды, сжёг лесопильный завод на станции Новоельня и 8 сельскохозяйственных имений.
Весной 1943 г. за счет беглецов из лидского гетто отряд Бельских вырос до 750 человек и был выделен в отдельный партизанский отряд Кировской бригады.
Боевое крыло отряда - свыше 100 человек под командованием Зуся Бельского - успешно участвовало в боях с немецкими войсками во время антипартизанских операций, подрывники отряда пускали под откос немецкие поезда, сжигали и взрывали мосты, повреждали линии связи. Подрывники Бельского вообще считались асами диверсий и пользовались большим уважением и авторитетом в партизанской среде.
В целом, если сравнивать с другими партизанскими формированиями, боевая деятельность отряда Бельских была не очень значительной. Он был создан не столько для войны, сколько для выживания евреев («Лучше спасти одного еврея, чем убить десять немецких солдат»). Особенностью отряда Бельских было то, что он пополнялся исключительно за счет евреев, бежавших из гетто Лиды и Новогрудка . В отличие от других партизанских отрядов, они принимали всех евреев - стариков, женщин, детей, которых направляли в семейный лагерь. Евреи бежали к ним из гетто и других партизанских отрядов - из-за антисемитизма .
Всего в отряд собралось около 1200 человек. Их лагерь прозвали Иерусалимом в лесу.
Немцы активно искали отряд Бельских. От них уходили, маневрируя по лесу. С 1942 по 1943 г. отряд постоянно перемещался, чтобы избежать обнаружения, и никогда не был в безопасности. При одной из первых атак нацистов погибла жена Тувьи Соня. Хорошее знание местности и связь с местным населением позволяли Бельским избегать столкновений с немцами. Когда в конце 1943 года отряд вырос до 400 человек, они установили более постоянную базу в районе Стара-Гута.
Через несколько месяцев, уходя от массированного немецкого наступления (операции «Герман»), лагерь переместился на болотный отровок Красная Горка в Налибокской пуще, в болотистом, едва доступном районе на правом берегу реки Неман, к востоку от Лиды и северо-востоку от Новогрудка . Через неделю сидения на островке, когда немцы ушли, лагерь перенесли на более пригодное для жизни место среди леса. Под названием «Партизанский отряд им. Калинина» отряд Бельских базировался там до самого освобождения Белоруссии. Пришлось разделить отряд на боевую группу и "семейный лагерь".
Партизаны из отряда Бельских.
Прежде всего, Бельские должны были охранять отряд от внутренней розни, чтобы не дать ему развалиться. От своих партизан Бельские требовали полного подчинения. Группа была далека от «утопического общества просвещенного демократического и эгалитарного управления», и была вынуждена к крайним мерам в целях устранения разногласий и обеспечения выживание отряда в целом. По крайней мере один раз Зусь Бельский расстрелял одного из своих офицеров за то, что он оставил гражданских позади при движении своей группы. При выходе из леса 10 июля 1944 года был расстрелян один из партизан за неподчинение приказу оставить в лагере тяжёлые личные вещи.
Жизнь в лесу была очень трудна. Женщины заботились о выживании и иногда заводили любовников, чтобы иметь персональных защитников и добытчиков. Детей было очень мало; было принято делать аборты в случае беременности, поскольку заботиться о младенцах было невозможно. Чтобы не привлекать внимание немецких самолётов, разжигание огня было сведено к минимуму, и люди страдали от холода и сырости. Несмотря на это, почти никто в семейном лагере не умер от болезней. Даже эпидемию тифа, подцепленного от русских партизан, удалось подавить, хотя лекарств не было.
Отряд располагался на группе возвышенностей. Там были длинные замаскированные блиндажи для сна, большая кухня, мельница, пекарня, бани, два медицинских пункта, кожевенная мастерская, синагога , школа, тюрьма и театр. Портные, сапожники, часовщики, столяры, слесари и оружейники обеспечивали 1200 членам общества необходимыми вещами, и около 60 коров и 30 лошадей давали еду и транспорт. Отряд наладил экономическое сотрудничество с советскими партизанами. Там даже справляли свадьбы под руководством раввина .
В марте 1944 г. обитатели семейного лагеря отряда Бельских собрали и передали в фонд обороны страны 5321 рубль, 1356 немецких марок, 45 долларов, более 250 золотых и серебряных монет, около 2 кг золота и серебра ломом.
Боеспособные члены отряда были заняты прежде всего добычей продовольствия. Они занимались также саботажем, уничтожением тех, кто выдавал евреев нацистам, и немецких чиновников. Многие другие, в том числе женщины, старики, инвалиды находились на содержании и под защитой общества, хотя с ними и трудно было перемещаться. Отряд направлял группы для проникновения в гетто и помощи в побегах оттуда.
Взятых в плен немцев убивали, поскольку их невозможно было держать в плену.
За время оккупации отряд пережил не одну блокаду. В январе, феврале, мае и августе 1943 г. немцы предпринимали карательные операции, чтобы уничтожить лагерь. Но командиру каждый раз удавалось спасти людей с минимальными потерями. В районе действия отряда Бельских нацисты развернули группировку из 20 тыс. солдат. За голову Тувьи Бельского была объявлена награда в 100 тысяч рейхсмарок. Самая сильная атака немцев произошла при их отступлении 9 июля 1944 года.
В докладных записках руководителям подпольных обкомов отмечалось:
Когда в 1943 году группа в 100 человек бежала из концлагеря в Колдишево и шла в отряд Бельских, советские партизаны из отряда "Черкасы" ограбили их по дороге.
Для взаимодействия с советскими партизанами Бельские должны были изображать из себя в достаточной степени коммунистов и не показывать свою приверженность еврейским традициям. Первые боевые действия против нацистов в районе Новогрудка были проведены вместе с отрядом под командой Виктора Панченко. Советское командование несколько раз пыталось поглотить отряд Бельских, но они сопротивлялись. Бельские ничего не требовали от советского командования и держались достаточно независимо.
Отряд оставался отдельной единицей под командованием Тувьи, что позволяло ему защищать невоевавших евреев. Бельские не имели практически никакой материальной поддержки с Большой земли: за все время существования отряд получил «2 (два) автомата, 2500 патронов, 32 гранаты и 45 кг толу». В отряде Бельских вооруженные бойцы составляли менее четверти от общего количества людей. Командиры других партизанских отрядов считали, что Бельские должны избавиться от непомерно разросшегося, по их мнению, «семейного лагеря» и активизировать диверсионную и боевую деятельность.
В феврале 1943 г. отряд Бельских был включен в состав партизанского отряда «Октябрь» Ленинской бригады. В отряде находился координатор - переброшенный с "большой земли" советский офицер Синичкин. После организации постоянной базы отряд формально превратился в два отряда: им. Калинина - семейный лагерь под командой Тувьи и им. Орджоникидзе - боевая группа под командой Зуся - в составе партизанской бригады им. Кирова.
Он взаимодействовал с партизанским соединением в Налибокской пуще, которым командовал «генерал Платон» (секретарь Барановичского подпольного обкома партии генерал-майор Василий Ефимович Чернышёв, 1908-1969). Тувья Бельский вспоминал позже о визите «Платона» в отряд. Он показал ему оружейника, делавшего части для винтовки, пустую тюрьму, кожевенную мастерскую, где делали подмётки для сапог и другие кожаные предметы, пекарню, колбасную фабрику, продуктовый склад, где содержался запас хлеба и мяса на три дня и сухари - по два килограмма на человека. Генерала привели на мыловарню, и он попросил снабдить мылом штаб. Показали кошерную бойню, мельницу и смолокурню (для кожевенного производства). Генерал спросил, не делают ли они водку. После посещения отряда Бельских Чернышёв прекратил всякие разговоры о ликвидации «семейного лагеря».
Отношения с местным населением
>Бельские считали необходимым для выживания действовать предельно жёстко. Коллаборационистов , сотрудничавших с немецкими властями, казнили после короткого разбирательства. Поначалу, в 1941-42 гг., местные крестьяне частенько передавали сведения об отряде Бельского немцам. Однажды местный крестьянин сдал немцам группу евреев, которые пришли просить у него еды. Партизаны убили его вместе со всей семьёй и сожгли его дом. Несколько таких расправ с доносчиками заставили крестьян сотрудничать с партизанами, а не с немцами.
В Налибокской пуще активно действовала польская организация местной деревенской самообороны «Ахова», связанная с Армией Крайовой . Местное население было настроено крайне антисоветски и антисемитски . «Ахова» воевала с советскими партизанами. Бойцы Армии Крайовой беспощадно уничтожали евреев, попавших к ним в руки. Например, осенью 1943 г. такая участь постигла партизан из отряда Зорина . В мае 1944 г. произошло столкновение отряда Бельских с аковцами - шестеро их были убиты, остальные отступили.
Местные крестьяне предпочитали доносить на партизан немцам, чтобы не отдавать продовольствие. Продовольствие у них отбирали силой, применяя оружие (как и другие отряды советских партизан). В истории отряда Тувия Бельский отмечает:
| Согласно разрешению обкома, отряд добывал картошку в районе у тех людей, которые выкопали свою картошку, но переселились из пущи в район расположения немецких гарнизонов… Мясо и остальные продукты, такие как зерно, жиры и пр., добывали в районе, у полицейских семей или в деревнях, находящихся около немецких гарнизонов. Очень часто случалось, что некоторое количество продовольствия приходилось брать с боем, ибо в деревнях часто организована была немцами вооруженная самоохова… Обмундирование и обувь также добывали у местного населения. |
Правда, по утверждению Бельского,
Тувья наладил неплохие отношения с частью местного населения. Продовольствие и другие нужные вещи также забирали из деревень, уничтоженных нацистскими карателями или оставшихся пустыми после вывоза населения на работу в Германию .
Польские власти после свержения коммунистического режима считают действия партизан грабежом и мародёрством.
8 марта 1943 года в селе Налибоки советские партизаны убили 128 человек, в том числе женщин и детей, за отказ дать продовольствие. Польские антисемиты, в том числе леволиберальные из «Газеты выборчей» обвинили в этом отряд Бельских. Историки считают, что отряд пришёл в район Налибок не раньше августа 1943 года; это же утверждает сын Тувьи Бельского Роберт.
После войны
>10 июля 1944 года братья Бельские вывели из леса около 1270 евреев. За время существования отряда погибло около 50 человек - необычно низкий уровень потерь для партизанских отрядов. Тувья Бельский выдал каждому из своих людей справку об участии в партизанском отряде. Многие из них попытались вернуться домой, но обнаружили свои дома уничтоженными или занятыми.
Мало кто из выживших был готов остаться в Советском Союзе . Как польские граждане, они имели право не идти в Красную армию, если имели соответствующую работу, и могли сразу уехать в Польшу . Многие переселились в США , Израиль и страны Западной Европы.
Тувья и Зусь устроились на нужную работу в Лиде , не желая продолжать сотрудничество с советской властью. Они представили властям отчёт о действиях отряда в течение периода оккупации. Оба снова женились.
Асаэль не захотел освобождения от призыва, хотя только женился и вместе с боевым отрядом пошёл воевать в Красной армии. Он был в феврале 1945 года убит около Мариенбада, Восточная Пруссия. Его вдова Хая через Польшу приехала в Израиль . В 1980 году в партизанском музее «Бейт-Жаботински» в Тель-Авиве состоялась церемония памяти Асаэля, на которой поминальную свечу зажгла его дочь Асаэла.
В декабре 1944 года Тувия и Зусь с жёнами и Арон переехали в Польшу , а оттуда в Израиль . Они воевали на Войне за независимость .
Тувья Бельский стал водителем такси. В 1955 г. Тувья и Зусь с семьями и Арон уехали в Соединенные Штаты , где жил один из их младших братьев, успевший разбогатеть. Поселились в Бруклине . Тувья водил грузовик в Нью-Йорке ; он имел два грузовика к концу своей карьеры. Умер в 1987 году. Тувью Бельского похоронили на еврейском кладбище в Лонг-Айленде, но через год по настоятельному требованию ассоциации партизан, подпольщиков и участников восстаний в гетто он был перезахоронен с воинскими почестями в Иерусалиме
Зусь стал владельцем нескольких такси. Он умер в 1995-м. В США живут их дети и внуки.
Несколько внуков Бельских живут в Израиле . Например, Мэтт Бельский, внук Зуся, отслужил в ЦАЃАЛе и пошёл учиться в университет Бар-Илан . Его отец в своё время приезжал в Израиль, чтобы воевать на Войне Судного дня . Приехали в Израиль из США и брат и сестра Мэтта.
Память о Бельских и их отряде
>В сентябре 1944 г. Тувья составил подробный отчёт для Белорусского штаба партизанского движения (БШПД), который теперь хранится в Национальном архиве Беларуси. Партизаны отряда Бельских и других отрядов, действовавших в Беларуси в годы войны, оставили воспоминания.
В 1946 году в Израиле вышла книга Тувьи и Зуся «Лесные евреи» ("טוביה וזוס בלסקי "יהודי יער). Большой популярностью она не пользовалась, и в Израиле никто подвигами партизан не заинтересовался.
В официальном справочнике «Партизанские формирования Белоруссии в годы ВОВ», изданном Институтом истории партии в 1983 г., ничего не говорится ни о братьях Бельских, ни об их отряде.
В 1993 г. профессор сoциологии Коннектикутского университета Нехама Тек (Nechama Tec) опубликовала книгу «Defiance. The Bielski Partisans» («Сопротивление. Партизаны Бельские»; Нью-Йорк, Oxford University Press, 1994, ISBN 9780195093902). Именно на основе этой книги написан сценарий фильма, снимавшегося в Литве . Книга основана преимущественно на воспоминаниях участников отряда Бельских, а также их родственников.
В 2000 году вышла книга Рут Яфе-Радиной Побег в лес: на основе реальной истории Холокоста (Radin, Ruth Yaffe. Escape to the Forest: Based on a True Story of the Holocaust. New York: HarperCollinsPublishers, 2000).
В 2001 году дочь Асаэля Бельского издала книгу об отце и отряде Бельских.
В 2003 г. американский журналист Питер Даффи опубликовал книгу «The Bielski Brothers» с длинным подзаголовком «Правдивая история трех человек, которые сражались с нацистами, построили деревню в лесу и спасли 1200 евреев» (Peter Duffy. The Bielski Brothers: The True Story of Three Men, Who Defied the Nazis, Saved 1,200 Jews and Built a Village in the Forest; New York: HarperCollins Publishers, 2003, ISBN 0-06-621074-7). Книга Даффи построена в основном на архивных материалах, в том числе белорусских.
В 2004 году вышла книга Джеймса Глесса «Еврейское сопротивление во время Холокоста: моральное использование насилия и воли» (Glass, James M. Jewish Resistance during the Holocaust: Moral Uses of Violence and Will. Houndmills, Basingstoke, Hampshire; New York: Palgrave Macmillan, 2004).
Были сняты документальные фильмы об отряде Бельских:
В 2008 г. на киноэкраны вышла американская военная драма «Defiance» (англ. «вызов, сопротивление»).
Материалы об отряде Бельских выставлены в музеях Яд ва-Шем , вашингтонском Мемориальном музее Холокоста и его филиале в Санкт-Петербурге (Флорида).
См. также
>В августе 1942 года за счёт пришедших из Новогрудского гетто отряд вырос до 250 человек. Осенью 1942 года отряд Бельских начал боевую деятельность и завоевал авторитет среди партизан. зарекомендовал себя как решительный и опытный командир. Всё это сыграло большую роль в официальном признании отряда Бельских со стороны руководителей советского партизанского движения. В феврале 1943 года отряд Бельских был включен в состав партизанского отряда «Октябрь» Ленинской бригады.
Деятельность отряда
>Командование отряда имело следующую структуру:
Друзья, это один из самых счастливых дней в моей жизни. Вот ради таких моментов я и живу: посмотрите, сколько людей сумело выбраться из гетто! Я ничего не могу вам гарантировать. Мы пытаемся выжить, но мы все можем погибнуть. И мы будем стараться сохранить как можно больше жизней. Мы принимаем всех и никому не отказываем, ни старикам, ни детям, ни женщинам. Нас подстерегает множество опасностей, но если нам суждено будет умереть, мы, по крайней мере, умрём как люди.
Отряд представлял собой целую деревню, которую называли «Лесной Иерусалим». В отряде была пекарня, кузница, кожевенный завод, баня, больница и школа. В отряде были скотники и музыканты, гончары, повара и портные. В отряде даже играли свадьбы, которые проводил раввин Давид Брук.
Члены отряда жили в землянках. Те, кто не был занят в боевых операциях, ремонтировали оружие, шили одежду и предоставляли другие услуги советским партизанам, получая взамен боеприпасы, еду и медикаменты. Подрывники отряда Бельских считались лучшими диверсантами и пользовались большим уважением в среде партизан.
После того, как весной 1943 года численность отряда выросла до 750 человек, ему было присвоено имя Орджоникидзе, и он стал частью партизанской бригады имени Кирова. Отношения с партизанами не всегда складывались лучшим образом, однако обижать членов отряда Бельского не рисковали - братья могли немедленно поставить под ружьё больше сотни бойцов, готовых защищать своих от любых посягательств
Немалую роль оказала поддержка отряда со стороны секретаря Барановичского подпольного обкома Коммунистической партии Белоруссии Василия Чернышёва («генерала Платона»).
Главной проблемой была добыча пропитания для огромного числа людей. Крестьяне начали сотрудничать с партизанами после того, как поняли, что Бельские - не объект для охоты. Когда местный крестьянин выдал нацистам группу евреев, команда мстителей из отряда Бельских уничтожила его вместе со всей семьёй - они сожгли дом доносчика. В дальнейшем отряд Бельского был известен, в том числе и тем, что активно карал коллаборационистов.
Другие партизанские отряды неохотно принимали евреев, бегущих из гетто, были случаи, когда их отправляли обратно на верную смерть или даже расстреливали. Спасением для евреев был отряд .
Немцы несколько раз атаковали лагерь, отряд отступал, но оказывал жёсткое вооружённое сопротивление. Во время самой крупной антипартизанской операции «Герман», которая началась 15 июля 1943 года, отряд перешёл на небольшой остров посреди болота, где немцы не сумели их достать.
После этого отряд всё-таки разделился на семейную и боевую части. Семейный лагерь, включавший на тот момент приблизительно 700 человек и названный «отряд имени Калинина», обосновался в Налибокской пуще; командовал им . Бойцы под командованием Зуся - «отряд имени Орджоникидзе» - вернулись в район Станкевичей. Асаэль возглавил отдел разведки в штабе бригады имени Кирова.
Самую жестокую атаку отряд выдержал накануне освобождения Белоруссии. 9 июля 1944 года отступавшие немецкие части напали на партизан, десятки людей были ранены, девять человек погибли. На следующий день Красная Армия вошла в район Налибокской пущи.
Результаты
>Бельские сумели спасти от уничтожения 1230 евреев. Все братья пережили оккупацию и дождались освобождения Белоруссии Красной Армией. Вскоре Тувью вызвали в Минск, где он составил полный отчёт о деятельности своего отряда.
Как пишет доктор исторических наук Давид Мельцер, отряд «пустил под откос 6 вражеских эшелонов, шедших на фронт, взорвал 20 железнодорожных и шоссейных мостов, провёл 12 открытых боёв и засад, уничтожил 16 автомашин с живой силой, а всего - более 250 немецких солдат и офицеров». Зусь Бельский лично уничтожил 47 нацистов и коллаборационистов. За голову Тувьи немцы назначили награду в 100 тыс. рейхсмарок.
После войны
>В 1944 году после освобождения Белоруссии Асаэль вместе с частью отряда вступил в Красную Армию и погиб в Германии незадолго до окончания войны. Его жена Хая, с которой они поженились в отряде, в это время была на последнем месяце беременности.
По некоторым данным, после окончания войны Тувья и Зусь подвергались преследованиям со стороны НКВД и в связи с этим бежали в Польшу. Но поляки враждебно относились к евреям после войны, и братья переехали в Палестину, жили в Рамат-Гане и Холоне. После создания государства Израиль Тувья и Зусь приняли участие в Войне за независимость.
После войны в Израиле они едва сводили концы с концами и в 1955 году Зусь и Тувья вместе со своими семьями и Ароном переехали в США. Они поселились в Бруклине (Нью-Йорк). Тувья стал водителем грузовика, а Зусь - владельцем нескольких такси.
Летом 1986 года спасённые братьями Бельскими люди организовали банкет в их честь в отеле «Хилтон» в Нью-Йорке. 600 человек стоя приветствовали аплодисментами 80-летнего . Тувья умер в декабре того же года. Вначале его похоронили на еврейском кладбище на Лонг-Айленде, но через год он был перезахоронен с воинскими почестями на горе Герцля в Иерусалиме. Английский перевод написанных на идише мемуаров (394 стр.) был подготовлен к изданию в 2011 году. Зусь Бельский умер в 1995 году. Арон живёт в Майами, в 2007 году он и его жена были обвинены в мошенничестве.
Никаких официальных наград братья Бельские не получили. Из спасённых Бельскими людей по состоянию на конец 2008 года были живы 29 человек. Потомки спасённых насчитывают десятки тысяч человек. Сын Тувьи - Роберт Бельский - говорил о своём отце:
Когда он бывал на свадьбе или бар-мицве он испытывал удовлетворение от того, что видел детей и внуков тех, кто выжил - восстановление семей, которые не имели шансов сохраниться.
Потомки Бельских
>У Тувьи Бельского в США живут два сына - Роберт и Мики, их дети и внуки. Два сына Зуся Бельского приехали в Израиль из США в октябре 1973 года и участвовали в Войне Судного дня. У Асаэля осталась дочь, которая родилась уже после его смерти.
Внук Зуся - Илан Бельский - в 2008 году окончил университет в США, переехал в Израиль и поступил на службу в парашютно-десантные войска. Два других внука Зуся Бельского также служат в Армии обороны Израиля, ещё один внук - резервист.
Обвинения в военных преступлениях
В 2001 году польский Институт национальной памяти обвинил некоторых членов отряда Бельского в резне в местечке Налибоки, расположенном в 120 километрах от Минска. В результате нападения партизан на это селение 8 мая 1943 года погибли 128 человек, в том числе три женщины, несколько подростков и десятилетний ребенок.
Было установлено, что среди нападавших было несколько бойцов отряда Бельского. Однако сын Тувьи Роберт и некоторые оставшиеся в живых партизаны утверждали, что отряд Бельских не имел отношения к этому случаю, так как в этот день находился в 100 км от местечка. Они уверены, что в районе Налибок отряд Бельского появился только в августе 1943 года.
Кроме того, в отчете советских партизан было указано, что в бою в селе разбит немецкий гарнизон самообороны. Было также установлено, что силы самообороны в Налибоках в виде вооружённой ячейки Армии крайовой действовали под контролем оккупационных властей и сотрудничали с ними. По воспоминаниям узника минского гетто и партизана Леонида Окуня в 1943 году «очень много партизан погибло от рук этих аковцев, и с ними началась война».
Братья Бельские в литературе и кино
>О судьбе братьев Бельских написано несколько книг:
в 1949 году издал в Иерусалиме в переводе на иврит свои мемуары под названием «Лесные евреи». Полный текст мемуаров на идише (394 стр.) был обнаружен в архивах Еврейского научно-исследовательского института YIVO в Нью-Йорке, английское издание готовится к публикации в 2011 году.
в 1994 году Нехама Тек (англ.), профессор социологии Коннектикутского университета, опубликовала книгу «Вызов. Партизаны Бельские» (англ. Defiance. The Bielski Partisans).
В 1998 году Алан Левин издал книгу Fugitives of the Forest: The Heroic Story of Jewish Resistance and Survival during the Second World War/ Она была переиздана в октябре 2008 года издательством Lyons Press, ISBN 978-1-59921-496-2 и в 2010, ISBN 978-1-59921-968-4.
в 2001 году дочь Асаэля Бельского издала книгу о своем отце и партизанском отряде Бельских.
в 2003 году журналист Питер Даффи написал книгу «Братья Бельские» (англ. The Bielski Brothers). Издание на русском языке: Питер Даффи. Братья Бельские. М., Текст, 2011.
Книга Нехамы Тек базируется на воспоминаниях членов партизанского отряда и родственников Бельских, а книга Питера Даффи - на документальных данных, которые он собирал в Белоруссии, Израиле и США. Нехама Тек пишет, что неоднократно обращалась к белорусским властям с просьбой допустить её к работе в архивах или прислать копии необходимых ей материалов, но не получила никаких ответов.
О братьях Бельских было снято три фильма:
Первый документальный фильм «The Bielski Brothers» вышел в 1993 году в Великобритании.
В 2006 году в США на телеканале «History» (англ.) вышел документальный фильм «The Bielski Brothers: Jerusalem in the Woods].
В 2008 году в мировой прокат вышел голливудский художественный фильм Эдварда Цвика «Вызов» (англ. Defiance) с Дэниелом Крейгом, Львом Шрайбером и Джейми Беллом в главных ролях. Фильм основан на книге Нехамы Тек.
Увековечение память
Замалчивание в официальной историографии
В послевоенные советские годы в Белоруссии деятельность евреев-партизан замалчивалась. В частности, в официальном справочнике «Партизанские формирования Белоруссии в годы Великой Отечественной войны (июнь 1941 - июль 1944)», изданном Институтом истории коммунистической партии в 1983 году, нет упоминания ни о братьях Бельских, ни об их отряде. Участие евреев в партизанском движении было скрыто за формулировкой «другие национальности». Хотя в одних только 14 еврейских партизанских отрядах и группах Белоруссии сражалось не менее 1650 бойцов, а всего в партизанских отрядах Белоруссии находилось от 10 до 15 тысяч евреев. Об отряде Бельских не упоминается также в энциклопедическом однотомнике «Беларусь в Великой Отечественной войне (1941-1945 гг.)», вышедшем в 1995 году.
Экспозиции в музеях
Постоянные экспозиции и архивные материалы, посвящённые деятельности партизанского отряда братьев Бельских существуют в ряде музеев, в частности в «Мемориальном музее Холокоста» (Вашингтон), «Мемориале Катастрофы и Героизма» (Иерусалим), Музее Новогрудского гетто (Музей еврейского сопротивления на Новогрудчине), в «Музее истории и культуры евреев Беларуси» (Минск) и других.
Экспозиция, посвященная братьям Бельским, открылась в ноябре 2008 года во «Флоридском музее Холокоста» (англ. Florida Holocaust Museum).
Вот фотография троих из четверых братьев. Тувия Бельский, крайний слева.
Тувия Бельский в польской армии, конец 1920-х
А это групповая фотография бойцов отряда.
БРАТЬЯ БЕЛЬСКИЕ
Илья Куксин
В августе 2003 года увидела свет книга под названием «The Bielski Brothers» 34-летнего журналиста из Нью-Йорка Питера Даффи. Книге дан подзаголовок «Правдивая история трех человек, которые победили нацистов, спасли 1200 евреев и построили деревню в лесу».
В официальной истории партизанского движения в Белоруссии в годы второй мировой войны, как в Советской Белоруссии, так и в ныне независимой Республике Беларусь, ни слова не говорится о трех братьях Бельских, которые не только внесли существенный вклад в борьбу с немецкими захватчиками, но и спасли свыше тысячи обреченных на смерть. Только архивы сохранили документы о их беспримерной борьбе с оккупантами. Эти три брата (Тувья, Асаел и Зусь) спасли столько же евреев, как и всемирно известный Оскар Шиндлер. Возглавляемый старшим из братьев партизанский отряд в сражениях с оккупантами уничтожил почти столько же врагов, как и герои восстания в Варшавском гетто. Много лет материалы об их подвигах упоминались только в нескольких изданных за пределами СССР книгах. Кто бы позволил в бывшем СССР писать о героических подвигах евреев, уехавших после войны в Израиль.
Питер Даффи однажды в Интернете встретил упоминание о так называемых лесных евреях. Заинтересовался и обнаружил, что в Бруклине недалеко от него живут потомки этих героев. Интервью с ними и постаревшими ветеранами отряда Бельских, опубликованные и неопубликованные мемуары, материалы белорусских архивов и архива Яд ва-шем в Израиле легли в основу этой интереснейшей книги.
Асаел
Начинается книга с истории семьи Бельских, предки которых в XIX веке поселились в небольшой деревушке Станкевичи, расположенной между городами Лидой и Новогрудком недалеко от знаменитой Налибокской пущи.
В годы первой мировой войны они пережили немецкую оккупацию, затем их местность отошла к независимой Польше. Осенью 1939 года, после раздела Польши между Сталиным и Гитлером, Бельские стали гражданами СССР.
Зусь
Тувья Бельский родился в 1906 году. После нападения Германии на СССР Тувья не стал подчиняться немецким законам, не стал регистрироваться, носить желтую шестиконечную звезду. Когда начались расстрелы еврейского населения, Тувья и два его брата ушли в леса. Отца, мать и младшую сестру немцы расстреляли. Чудом избежал расстрела 12-летний Арон, вскоре присоединившийся к старшим. Братья Бельские скрывались, когда в район прибыли гестаповские эйнзатцкоманды для «окончательного решения еврейского вопроса» (под этим эвфемизмом фашисты скрывали полное истребление еврейского населения). Братья стали пробираться в гетто Лиды, Новогрудка и других городов и местечек, призывая бежать из них. Так постепенно из небольшой группы в несколько десятков человек родился отряд, который стал сражаться с фашистами.
Тувья
Основной своей задачей Тувья считал спасти как можно больше евреев. Организовав побег большой группы узников из гетто Лиды, он обратился к ним со следующими словами: «Друзья, это один из самых счастливых дней в моей жизни. Вот ради таких моментов я и живу – посмотрите, сколько людей сумели выбраться из гетто! Я ничего не могу вам гарантировать. Мы пытаемся выжить, но мы все можем погибнуть. И мы будем стараться сохранить как можно больше жизней. Мы принимаем всех и никому не отказываем, ни старикам, ни детям, ни женщинам. Нас подстерегает множество опасностей, но если нам суждено будет умереть, мы, по крайней мере, умрем как люди». Отряд Тувьи влился в общее партизанское движение на оккупированной территории. Только четверть отряда составляли вооруженные бойцы. Бо€льшая часть состояла из женщин, стариков и детей. Когда секретарь Барановичского подпольного обкома партии Чернышев посетил этот семейный лагерь, он увидел хорошо оборудованные и замаскированные подземные блиндажи, в которых не только жили люди, но и располагались различные мастерские: сапожные, портновские, оружейные, кожевенные, а также подземный госпиталь. Лагерь содержал 60 коров, 30 лошадей, его люди не только находились на самообеспечении, но и помогали другим. Партизанский отряд братьев Бельских успешно участвовал в боях с немецкими войсками во время антипартизанских операций, подрывники отряда пускали под откос немецкие поезда, сжигали и взрывали мосты, повреждали линии связи. Когда немцы решили уничтожить отряд, о котором уже ходили легенды, около тысячи человек двинулись в глубь пущи на небольшой остров среди болот. Шли молча, даже дети не плакали. Густые леса на этом острове полностью укрывали от авиации. Утром немцы достигли опустевшего лагеря, двинулись за беглецами и, подойдя к болоту, попытались пройти его, но не смогли. Три дня они простояли вокруг этого болота, пытаясь найти проходы к острову, а затем покинули лес.
Отряд готовится к бою. 1943 г.
Летом 1944 года в результате операции «Багратион» немецкая группировка в Белоруссии была окружена и разгромлена. И в июле 1944-го окрестные жители с удивлением увидели, как из глубины пущи показался растянувшийся почти на километр отряд Тувьи Бельского. Его национальный состав не оставлял никаких сомнений. И это после того, как немецкая пропаганда утверждала, что Белоруссия «юденфрай», т. е полностью очищена от евреев. Вскоре Тувью вызвали в Минск, где он составил полный отчет о деятельности своего отряда. Питер Даффи нашел этот отчет в архиве Республики Беларусь и цитирует в книге наиболее значительные его части. После войны братья с семьями отправились в Польшу. Но враждебное отношение населения заставило их перебраться в Палестину. В середине 50-х годов Тувья и Зусь с семьями, а также Арон переехали в США. Поселились они в Бруклине, и Тувья стал водителем грузовика, второй брат, Зусь, – владельцем нескольких такси. Незадолго до кончины Тувьи, летом 1986 года, спасенные им люди сняли шикарный банкетный зал в отеле Хилтон в Нью-Йорке. Когда 80-летний Тувья Бельский появился перед собравшимися, 600 человек как по команде встали и встретили его громом аплодисментов. Один за другим люди поднимались на подиум и рассказывали о героических делах Тувьи. Скончался он в декабре 1986 года. Похоронили Тувью Бельского на еврейском кладбище в Лонг-Айленде, но через год по настоятельному требованию ассоциации партизан, подпольщиков и участников восстаний в гетто он был перезахоронен с воинскими почестями в Иерусалиме на кладбище, где покоятся самые известные герои еврейского Сопротивления.
Партизанский отряд Тувьи Бельского.
1944 г.
Зусь умер в 1995-м. Арон ныне живет в Майами.
Книга Питера Даффи – не единственное издание, посвященное братьям Бельским. Десять лет назад Нехама Тек, профессор сoциологии Коннектикутского университета, опубликовала книгу «Defiance. The Bielski Partisans». И если книга Даффи в основном базируется на документальных данных, то книга Нехамы Тек – на воспоминаниях членов этого отряда и родственников Бельских. Обе книги взаимно дополняют друг друга и воскрешают малоизвестную историю героического сопротивления евреев в годы второй мировой войны. Они являются красноречивым свидетельством того, что евреи, поставленные в нечеловеческие условия, не были бессловесными, безропотными жертвами, они воевали в партизанских отрядах на оккупированной нацистами территории, возглавляли подпольную деятельность, восставали в гетто и немецких лагерях уничтожения. Эти книги – достойный памятник тем, кто не стал на колени перед врагами и с оружием в руках защищал свою жизнь, честь и достоинство, а также тем, кто отдал свои жизни ради спасения других.
Слова Тувьи Бельского, которые Питер Даффи и автор этих строк привели в качестве эпиграфа, оказались пророческими. Героические деяния братьев Бельских получили, к сожалению, только посмертную известность.
Ежемесячный литературно-публицистический журнал и издательство.
Лесные евреи -
братья Бельские
Лесные евреи - братья Бельские Три брата - Тувья, Асаел и Зусь - спасли столько же евреев, сколько и всемирно известный Оскар Шиндлер. Возглавляемый старшим из братьев партизанский отряд в сражениях с оккупантами уничтожил почти столько же врагов, сколько герои восстания в Варшавском гетто. Много лет материалы об их подвигах только упоминались в нескольких изданных за пределами СССР книгах. Кто бы позволил в бывшем СССР писать о героических подвигах евреев, уехавших после войны в Израиль?!
Тевье, Зус и Асаель Бельские
Питер Даффи однажды в интернете встретил упоминание о так называемых "лесных евреях". Заинтересовался, что это такое, и обнаружил, что в Бруклине недалеко от него живут родственники и потомки этих героев. Расспросы и интервью с ними и постаревшими ветеранами отряда Бельских позволили журналисту окунуться в малоизвестную историю еврейского сопротивления нацистам. Но журналист не ограничился этим. Он обнаружил, что имеются опубликованные и неопубликованные мемуары. Однако написаны они были на иврите, которого Питер не знал. Ему перевели их. Затем он поехал в Беларусь. Побывал в местах, где родились, жили, сражались братья Бельские, и посетил остатки бывшего подземного лагеря. Около месяца Питер работал в белорусских архивах, затем поехал в Израиль и в архивах института Яд Вашем нашел дополнительные сведения. Из всего этого материала и родилась затем интереснейшая и захватывающая книга.
Начинается она с истории семьи Бельских, предки которых в XIX веке поселились в небольшой деревушке Станкевичи, расположенной между городами Лидой и Новогрудком, недалеко от знаменитой Налибокской пущи. Они были в этой деревне единственной еврейской семьей и принадлежали к небольшой части белорусских крестьян-евреев. Так как в царской России евреи не имели права владеть землей, то они арендовали небольшие участки у соседей. Но доходы от этого хозяйства не могли обеспечить самое скромное существование, и Бельские построили водяную мельницу. Дело свое вели честно и заслужили уважение окружающих. Когда в конце XIX века царское правительство запретило евреям владеть какими-либо предприятиями в деревнях, Бельские нашли человека, который юридически стал числиться хозяином мельницы. Об этом знали многие, но доносчиков не нашлось.
Начало ХХ века внесло много изменений в жизнь семьи Бельских. В годы Первой мировой войны они пережили немецкую оккупацию, затем местность отошла к Польше. Осенью 1939 года, после раздела Польши между Сталиным и Гитлером, Бельские стали гражданами СССР. Мельницу советская власть, разумеется, национализировала.
В семье Давида и Бейли Бельских заметно выделялся старший сын Тувья. Он родился в 1906 году. Еврейское образование получил в хедере в соседней деревне, затем учился в польской школе. Как и все жившие в этом районе знал русский, белорусский и польский языки, не говоря уже об идиш. Знал он и иврит. (В 1946 году в Иерусалиме на иврите были опубликованы его мемуары "Лесные евреи"- И. К.). Во время Первой мировой войны овладел и немецким. В их деревне в пустующем доме расположилось небольшое подразделение немецких солдат. Им понравился этот шустрый мальчишка, напоминавший им своих детей. Тувья дневал и ночевал среди своих новых знакомых, и после их ухода выяснилось, что он прекрасно знает немецкий. Действительную военную службу прошел в польской армии. Из рядовых вырос до унтер-офицера. Вернулся домой, женился. Как приданое жены ему достался небольшой магазин.
После вхождения Западной Белоруссии в состав СССР два младших Бельских - Асаел и Зусь - были призваны в Красную Армию. Незадолго до нападения Германии на СССР НКВД начало акцию по выявлению буржуазных элементов и высылке их в Сибирь. Тувья, как владелец магазина, также подходил под эту категорию. После того как магазин национализировали, он понял, что вскоре придет и его черед, и покинул небольшой городок, где раньше жил, и устроился в другом месте помощником бухгалтера.
Вскоре после нападения Германии на СССР немцы заняли весь этот район. Сразу начались анти еврейские акции: гетто, а затем и уничтожение евреев. Тувья не стал подчиняться немецким законам, не стал регистрироваться, носить желтую шестиконечную звезду. Большое количество друзей среди местного населения, знание немецкого языка, нетипичная для еврея внешность спасали от многих проверок. Начались расстрелы еврейского населения. Отец Тувьи сказал ему, чтобы тот уходил в лес. Вместе с ним ушли и два его брата, которые, выйдя из окружения, сумели добраться до дома. К этому времени нашлись коллаборационисты, которые донесли немецким властям на братьев Бельских. Родителей арестовали и пытали, чтобы те признались, куда девались трое взрослых сыновей, но они ничего не сказали, и вскоре отца, мать и младшую сестру немцы расстреляли. Чудом избежал расстрела двенадцатилетний Арон, вскоре присоединившийся к старшим братьям. Вначале Бельские скрывались у знакомых крестьян, но вскоре поняли, что их спасение - в густых лесах Налибокской пущи. Они знали эти леса с раннего детства.
Партизаны отряда Бельского в Налибокской пуще, 1944 г.
В первую очередь Тувья решил спасти всех своих ближайших родственников, призывая их присоединиться к ним. Затем, когда в район прибыли гестаповские эйнзатц команды для "окончательного решения еврейского вопроса" (под этим эвфемизмом фашисты скрывали полное истребление еврейского населения), он и его братья стали пробираться в гетто Лиды, Новогрудка, других городов и местечек, призывая бежать из них. Так постепенно из небольшой группы в несколько десятков человек родился отряд, который стал сражаться с фашистами. Очень плохо было с оружием. Тувья вступил в контакт с несколькими небольшими партизанскими отрядами, во главе которых стояли бывшие командиры Красной Армии. Но у тех были такие же сложности. Оружие пришлось добывать в боях с оккупантами и их пособниками. Основной своей задачей Тувья считал спасение как можно большего количества евреев. Организовав побег группы узников гетто из Лиды, он обратился к ним со следующими словами: "Друзья, это один из самых счастливых дней в моей жизни. Вот ради таких моментов я и живу: посмотрите, сколько людей сумело выбраться из гетто! Я ничего не могу вам гарантировать. Мы пытаемся выжить, но мы все можем погибнуть. И мы будем стараться сохранить как можно больше жизней. Мы принимаем всех и никому не отказываем, ни старикам, ни детям, ни женщинам. Нас подстерегает множество опасностей, но если нам суждено будет умереть, мы, по крайней мере, умрем как люди".
Бойцы отряда братьев Бельских
Отряд Тувьи рос и влился в общее партизанское движение на оккупированной территории. Вскоре его отряду было присвоено имя Орджоникидзе и он стал частью партизанской бригады имени Кирова. Командиром отряда был Тувья, заместителем стал Асаел, а Зусь командовал разведкой и контрразведкой. Стало легче с оружием - оно теперь поступало партизанам с "большой земли". Появилась возможность отправлять туда самолетами тяжелораненых. Отряд Тувьи вместе с другими стал дежурить и охранять партизанский аэродром. Вскоре Тувью пригласил на встречу командующий всеми партизанскими соединениями области генерал Платон. Это был псевдоним секретаря Барановичского подпольного обкома партии Василия Чернышева. Тувья, кроме умения командовать, оказался и опытным дипломатом. Он произвел хорошее впечатление, и Чернышев впоследствии во многом помогал отряду. Не все партизанские командиры хорошо относились к еврейскому партизанскому отряду. Ведь только четверть отряда Тувьи составляли вооруженные бойцы. Большая часть состояла из женщин, стариков и детей. И многие считали, что не следует тратить силы и средства для защиты и охраны этого семейного лагеря. Чернышев решил сам посетить отряд. Он увидел хорошо оборудованные и замаскированные подземные блиндажи, в которых не только жили люди, но и располагались различные мастерские: сапожные, пошивочные, оружейные, кожевенные, а также подземный госпиталь. Генералу подарили кожаное обмундирование и сапоги, изготовленные в мастерских лагеря. Он узнал, что в лагере имеется 60 коров, 30 лошадей, что люди здесь не только находятся на самообеспечении, но и помогают другим. После посещения отряда Бельских Чернышев прекратил всякие разговоры о ликвидации семейного лагеря.
Партизанский отряд братьев Бельских успешно участвовал в боях с немецкими войсками во время антипартизанских операций, подрывники отряда пускали под откос немецкие поезда, сжигали и взрывали мосты, повреждали линии связи. Немцы решили уничтожить отряд, о котором ходили легенды. Специально обученные немецкие подразделения начали самую крупную за все время войны блокаду. Казалось, не было никакого выхода, но он нашелся. Тувья и его люди действительно знали окрестные леса, как свой собственный дом, и отряд численностью около тысячи человек двинулся в глубь пущи. Они знали, что среди болот есть небольшой остров. Ночью они достигли болота, которое пришлось форсировать временами по грудь в воде. Шли молча, даже дети не плакали. Густые леса на этом острове надежно укрывали от вражеской авиации. Летом 1944 года в результате операции "Багратион"немецкая группировка в Белоруссии была окружена и разгромлена. И в июле 1944года окрестные жители с удивлением увидели, как из глубины пущи показалась почти километровая процессия отряда Тувьи Бельского. Впереди шли хорошо вооруженные партизаны, многие из них были одеты в кожаные куртки, изготовленные в лагере. А за ними остальные бойцы отряда. Национальный состав его не оставлял никаких сомнений. И это после того, как немецкая пропаганда утверждала, что Белоруссия "юденфрай", то есть полностью очищена от евреев. Утром немцы достигли опустевшего лагеря, двинулись за беглецами и, подойдя к болоту, попытались пройти через него, но не смогли. Три дня они стояли вокруг этого болота, пытаясь найти проходы к острову, а затем покинули лес. "Cмотри, сколько их, - с удивлением говорили друг другу крестьяне, - и как они сумели уцелеть..."
Вскоре Тувью вызвали в Минск, где он составил полный отчет о деятельности своего отряда. Питер Даффи нашел этот отчет в архивах Республики Беларусь и цитирует в книге наиболее значительные его части. Ознакомился он и с личным делом Тувьи Бельского. Один из братьев, Асаел, был призван в Красную Армию и погиб незадолго до Победы. Тувья и Зусь стали работать в советских учреждениях. Тувья вскоре понял, что ему могут припомнить его "буржуазное" прошлое. В то время бывшим польским гражданам разрешалось репатриироваться в Польшу. Братья со своими семьями поехали в Вильнюс, оформили соответствующие документы и вернулись в Польшу. Но враждебное отношение местного населения заставило их перебраться в Палестину.
Евреи из семейного отряда братьев Бельских
Вскоре после создания государства Израиль они приняли участие в войнах с соседними арабскими странами, которые стремились уничтожить еврейское государство. В середине 50-х годов Тувья и Зусь с семьями, а также Арон переехали в США. В Израиле Тувья Бельский чувствовал себя не совсем уютно. Какое дело было тогдашним израильским политикам до бывшего командира партизанского отряда в далеких белорусских лесах?! Многие члены отряда Тувьи, перебравшиеся после войны в Палестину, были шокированы, когда увидели своего боевого командира за баранкой такси. Так пришлось ему зарабатывать на хлеб насущный.
И в Америке пришлось несладко. Поселились они в Бруклине, и Тувья стал водителем грузовика, второй брат Зусь стал владельцем нескольких такси. Росли дети, появились внуки, состарился и болел Тувья. Его бывшие подчиненные, которые эмигрировали в США, решили отметить 80-летиесвоего командира. За несколько месяцев до кончины Тувьи, летом 1986 года, спасенные им люди сняли шикарный банкетный зал в отеле "Хилтон" в Нью-Йорке. Когда во фраке с розой в петлице Тувья Бельский появился перед собравшимися, 600человек в переполненном зале встали и встретили его громом аплодисментов. Зал с трудом успокоили, один за другим люди стали подниматься на подиум и рассказывать о героических делах юбиляра. Впервые многие из них увидели слезы в глазах, казалось бы, железного Тувьи. Скончался он в декабре 1986 года. Зусь умер в 1995 году. Арон ныне живет в Майами. Похоронили Тувью Бельского на еврейском кладбище в Лонг-Айленде, но через год, по настоятельному требованию ассоциации партизан, подпольщиков и участников восстаний в гетто, он был перезахоронен с воинскими почестями в Иерусалиме на кладбище "Гиват-Шауль".
Книга Питера Даффи, посвященная братьям Бельским, не единственная и не первая. Десять лет назад Нехама Тек, профессор сoциологии Коннектикутского университета, опубликовала книгу "Defiance. The Bielski Partisans". Отличие книги Даффи от книги Тек в том, что первый в основном базирует свою книгу на документальных данных, а вторая преимущественно на воспоминаниях партизан этого отряда и родственников Бельских. Тек пишет, что неоднократно обращалась к белорусским властям с просьбой допустить ее к работе в архивах или прислать копии необходимых ей материалов, но не получила никаких ответов. Но обе книги органично дополняют друг друга и воскрешают малоизвестную историю героического сопротивления евреев в годы Второй мировой войны. Книги - достойный памятник тем, кто не стал на колени перед врагом и с оружием в руках защищал свою жизнь, честь и достоинство, а также тем, кто отдал свои жизни ради спасения других.
Илья Куксин
Мишпоха
История еврейского Сопротивления, за немногими исключениями, малоизвестна. Это закономерно и объяснялось в разное время разными историческими и политическими причинами. В официальной историографии Советского Союза не только Сопротивление, но и трагедия евреев во времена нацистской оккупации замалчивалась. Немногие стелы, установленные в местах массовых расстрелов евреев, говорили о замученных «советских гражданах», да и таких памятных знаков были единицы. Тем невероятнее в те годы было опубликовать правдивую историю порой многосотенных вооруженных отрядов, объединенных этническим происхождением и общей угрозой в сочетании (для многих) с истинным, но отнюдь не коммунистическим патриотизмом и горячим антифашизмом.
Как ни странно, и в других, более свободных, странах идеологическая и историческая конъюнктура «корректировала» историю Сопротивления в более широком смысле, и не в последнюю очередь во всем, что касалось еврейской трагедии. Лишь сейчас начинается переосмысление истории и роли испанских, французских и итальянских партизан, в новом свете предстают признанные герои и вчерашние предатели. Многим оккупированным правительствам, союзникам-антифашистам и даже партизанам есть в чем упрекнуть себя по отношению к миллионам людей, чью гибель можно было бы отсрочить или даже предотвратить, будь это более... скажем, приоритетным! Израиль, бережно относящийся ко всем свидетельствам Катастрофы, - и тот оказался не защищенным от идеологического выбора степени освещения более или менее «подходящих» ее граней.
Героическая, почти неправдоподобная история семейного лагеря и партизанского отряда братьев Бельских, спасших вместе со своими соратниками более 1200 плененных евреев и нанесших ощутимый урон оккупантам земли, которую они считали своей, - грустное доказательство очередной исторической несправедливости. Советские архивы, содержащие конфискованные НКВД документы историографа этого «лесного Иерусалима» Шмуэля Амаранта, работавшего над хроникой исхода в Налибокскую пущу, до сих пор не готовы раскрыть свои тайны…
История, о которой пойдет речь ниже, не заканчивается освобождением оккупированных зон и спасением жителей «лесного Иерусалима». Она продолжается побегом двух выживших лесных командиров Бельских и их семей от неотвратимого ареста: многие из советских комиссаров помнили время, когда лесная база Бельских кормила и одевала советских партизан и солдат. Она продолжается и дальше - скитаниями по послевоенной Европе, где польская Армия Крайова, давний враг воевавших под красными флагами белорусских евреев-партизан, по-прежнему представляет для них реальную опасность... Продолжается прибытием на охваченную «своей» войной Палестину, где легендарные герои белорусской пущи так и не смогли занять достойное место ни даже просто свести концы с концами и вынуждены были уехать в Америку, где и завершилась почти в конце века их долгая жизнь.
В двух книгах описана эта потрясающая, достойная остросюжетного фильма эпопею. Автор одной из них, Нехама Тек, профессор сoциологии, сама пережила Холокост, и ее книга «Вызов. Партизаны Бельские» - гармоничная часть истории ее народа и ее лично. Автор другой книги, американский журналист Питер Даффи, случайно встретил в Интернете упоминание о еврейских партизанах Бельских и, потрясенный, провел два года за сбором информации, которая и позволила ему написать хронику «Братья Бельские. Правдивая история о трех мужчинах, которые боролись с нацизмом, спасли 1200 евреев и построили деревню в лесу» . Обе эти книги - почти единственный (и тем более ценный) памятник тем, кто героически защищал не только собственную жизнь и жизнь близких, но и честь и достоинство своего народа, своей страны, тем, кто рисковал при этом всем достигнутым ради того, чтобы спасать и спасать других.
Мельник Давид Бельский, его
жена Бейлэ и их многочисленные дети были единственной еврейской семьей в
белорусской деревне Станкевичи под Новогрудком, неоднократно менявшей
хозяев. Небольшой кусок земли, на котором успешно работали ведшие
типично крестьянский образ жизни Бельские, постоянно переходил из рук в
руки, и его обитатели, как еврейские, так и польские и белорусские,
довольно быстро научились подлаживаться под постоянно сменявшие друг
друга указы и законы литовских, польских, русских, немецких властей.
После начала первой мировой войны смена властей стала напоминать
вращающийся калейдоскоп. Для Бельских и населявших Новогрудок и Лиду
евреев власти различались лишь степенью всегда имевшего место
антисемитизма и, соответственно, теми уловками, к которым приходилось
прибегать, чтобы продолжать такое, казалось бы, неполитическое занятие,
как возделывание земли и производство муки.
Мельница Бельских обслуживала всю округу, их хорошо знали соседи всех национальностей, и, в отличие от населявших Новогрудок и Лиду еврейских семей, все они свободно говорили на белорусском, польском и русском языках. Старший брат, Тувья, за первую немецкую оккупацию хорошо освоил немецкий, а отслужив два года под польским знаменем, овладел азами военной науки...
Советская власть пришла в Станкевичи в 1939 году, сменив крайне антисемитский режим Пилсудского и II Польскую республику. Приход большевиков вызвал у еврейского населения эйфорию, но недолгое их правление проявилось в экспроприации у евреев относительно процветавших предприятий и лавок, закрытии синагог и культовых мест, деятельностью быстро прибывших на место представителей НКВД, в основном интересовавшихся популярными среди бедняков сионистами и бундистами... Практически все слои еврейского населения оказались в рядах врагов, классовых и политических.
Давид, отец семьи, исходил из принципа, что сохранять дружеские отношения надо со всеми, и никогда не шел на конфликт. Три брата - Тувья, Асаел и Зусь - обладали совсем другим темпераментом и быстро прославились в округе непримиримостью к насмешникам и антисемитам, а также к тем, кто, пользуясь погромными настроениями населения, пытался поживиться за счет запуганных местных евреев. После нескольких разборок с вилами в руках хутор Бельских оставили в покое.
11 детей Бельских тем временем выросли, и жизни их устроились очень по-разному: один стал раввином, другой эмигрировал в Америку, третий вошел в коммунистический местный совет... Асаел постепенно перенимал у отца дела по мельнице. Тувья поселился в Лиде и работал бухгалтером.
После начала Второй мировой войны братья Асаел и Зусь, про посты которых в коммунистических структурах соседи сразу сообщили окуппантам, были вынуждены скрываться у дружественных соседей и в лесу неподалеку от хутора. Двое младших, Яков и Абрам, были застрелены после ареста. Тувья, пользуясь прекрасным знанием разных языков и переодетый крестьянином, продолжал скрываться в окрестностях Лиды, разлученный со своей женой Соней, оставшейся в гетто в Лиде.
Ситуация изменилась к худшему, когда штурмбанфюрер Вильгельм Трауб, назначенный нацистами комиссаром Новогрудка, профессионально подошел к «еврейскому вопросу». В декабре 1941 младший Бельский, Арон, вернувшись из леса после встречи с братьями, увидел фургон нацистов, увозивший с хутора его родителей. Он успел предупредить старших братьев, которые, не дожидаясь продолжения, увели в лес с другого хутора сестру Тайбэ, ее мужа, ребенка и свекровь. 7 декабря родители Бельские, так же как Сила (жена Зуся) и ее новорожденная дочь, были расстреляны вместе с 4 тысячами других местных евреев в первой же крупномасштабной операции по начавшемуся истреблению.
После многомесячных
блужданий на краю гибели старшие братья Тувья, Асаел, Зусь и подросток
Арон собрали в лесу всех оставшихся в живых родственников. В июне 1942
года Тувья вывел из гетто Лиды жену Соню и ее семью. Не останавливаясь на
этом, они проникли в соседние гетто и вывели более дальних родственников.
Их арсенал к тому времени состоял из одного плохо действовавшего
пистолета, подарка верного друга. Однако, благодаря операции, проведенной
совместно со встреченными в лесу советскими солдатами, отставшими от своих
частей, их мечта защищать жизнь свою и близких с оружием в руках стала
более реалистичной. После этого Асаел, который давно был влюблен в девушку
Хайу, пробрался в польский дом, где прятались она и ее родители, и с
ритуальными словами на иврите, сопровождающими обычно предложение руки и
сердца, протянул ей... маузер. Так, «по законам военного времени», в
присутствии опешивших поляков и родителей невесты, был оформлен брак
третьего лесного брата. Брачная ночь прошла в импровизированном тире, где
Асаел обучил свою молодую жену стрельбе: времени терять было нельзя.
Постепенно они вывели в лес из гетто оставшихся в живых родственников, выкопали землянки. Образовался отряд из 20 с лишним человек - кровных родственников. Новорожденную дочь сестры Тайбэ удалось крестить и оставить у польских соседей. Остальные начали долгую лесную одиссею.
Во главе отряда встал Тувья. В 1941 году ему исполнилось 36 лет, и благодаря военной службе в польской армии, харизматическому складу личности и богатому жизненному опыту его авторитет не вызывал сомнений. Необходимость добывать пропитание привела их к акциям по экспроприации продуктов у местных крестьян и немцев, и вскоре их хладнокровные и дерзкие набеги обеспечили им отношение, в котором смешивались и ненависть, и страх, и преклонение. Отряду, большую часть которого составляли небоеспособные члены семьи, требовались бойцы. Отвечая своему заветному желанию - спасти от смерти как можно больше евреев, Тувья решает проникнуть в окрестные гетто и агитировать людей уходить в леса. Однако все еще надеявшиеся на благополучный исход обитатели не спешили с этим решением. Лес пугал. А Тувья мог предложить немногое.
Именно тогда Тувья принимает решение, определившее дальнейшую судьбу отряда: спасать всех, а не только боеспособных евреев. Забирать в лес стариков, новорожденных, инвалидов - всех тех, кто не только усложнял жизнь группы в лесу, но и, по мнению многих, зачастую ставил под угрозу само ее существование. Тувья, однако, заявил, что для него важнее «спасти от смерти одну еврейскую старуху, чем убить десять немцев», и этот четко сформулированный принцип оставался его кредо до конца войны, несмотря на жесткую критику других партизанских отрядов, ряд совершенно безнадежных, на первый взгляд, ситуаций и раздоры внутри самого отряда. Слушая советское радио с его антифашистским пафосом и надеясь на сильных союзников, Тувья обозначает свой отряд как коммунистический и дает ему имя Георгия Жукова, про которого часто слышит в радиопередачах.
Слух о братьях Бельских распространялся все шире, и обитатели разных гетто уходили уже на свой страх и риск, чтобы в одиночку и группами искать лесной отряд. Поворотной для отряда стала встреча с советским партизаном Виктором Панченковым, который поверил и самому Тувье, и его благородной задаче спасения своего народа и объединил с ним усилия по борьбе с нацистами.
|
|
Разросшийся отряд готовился встречать зиму 1942–43 года. Было решено сделать две базы недалеко от Станкевичей: одну в лесу у Перелаза, другую - у Забелово. Базы состояли из превосходно закамуфлированных бараков-землянок с оборудованными отдельно кухней и больничкой. Но в связи с приближением немецких отрядов, старавшихся изгнать из леса все группы партизан, базы были покинуты и началось изнурительное скитание отряда по окрестным лесам. Никто ни минуты не чувствовал себя в безопасности, враги все время шли по их следам. Некоторые ослабевшие люди временами выходили из леса и прятались у симпатизировавших им местных жителей. Так 5 января 1943 года были обнаружены и расстреляны две группы из отряда Бельских. В этот день погибла жена Тувьи, Соня. Насчитывавший чуть более ста человек отряд подвергся и угрозе внутреннего раскола, поскольку часть молодых и сильных людей требовала отделения «старых и малых» от боеспособных членов коммуны.
Однако группа продолжала борьбу и за собственное выживание, и за свободу своего края. Располагавшие все большими силами «лесные евреи», как они сами себя называли, проводили акции саботажа, нападали на военные конвои, расправлялись с предателями и полицаями. В феврале 1943 года группа подверглась страшному риску из-за досадной ошибки: кровь, капавшая с туши забитого бычка, привела немецкий отряд прямо на лесную базу. Отряд разбежался по лесу, и большинство людей чудом спаслось, но с трудом обжитое место снова пришлось покинуть и холодной зимой обживать новую стоянку.
Постепенно леса все больше наполнялись группами партизан, и советское руководство не желало мириться с их несколько хаотическим существованием. В регион были направлены специальные коммунистические эмиссары, которые определили жесткую иерархию, ввели непререкаемые правила и имели самые широкие полномочия, вплоть до приведения в исполнение смертных приговоров не желавшим подчиниться. Секторы, где те или иные группы могли искать пропитание, были четко поделены, группы переформированы и подчинены новым политрукам и военным лидерам. В группах были созданы политические бюро и даже комсомольские ячейки. Этнический характер группы Бельских не вызывал доверия у их политических начальников, не говоря уже о том, что антисемитизм был широко распространен среди советских партизан. Умело играя на внутренних противоречиях отряда и неприятии еврейской группы остальными партизанами, коммунистическое руководство несколько раз пыталось расформировать отряд, и лишь постоянные дипломатические усилия Тувьи спасали его подопечных, которые со всей очевидностью не выжили бы, будучи отрезаны от большой группы.
После ряда атак немцев и следовавших за ними блужданий по лесу Тувья решает увести отряд из хорошо знакомых ему лесов в неизведанные заросли Налибокской пущи. Сам со смехом сравнивая себя с Моисием, Тувья повел свой лесной народ в далекий пеший поход. Шли ночами, днем прятались. Колонна растянулась на многие десятки метров. Провизии несли очень мало, что привело к быстрому истощению от голода многих участников нового исхода. К тому же лес становился все глубже, волки подходили все ближе к путникам, дорогу знали немногие, и знали очень посредственно. После прибытия на берега озера Кроман, где отряд решил остановиться, Тувья был вызван в штаб управлявшего силами местных партизан генерала Платона (военный псевдоним Василя Чернышева), который дал отряду имя Орджоникидзе и подчинил его бригаде им. Кирова под командованием старого друга Бельских Виктора Панченкова. Генерал Платон предупредил Тувью, что немцы стягивают силы для гигантской по размаху атаки на Налибокскую пущу. Операция «Герман» объединяла прославившийся зверствами эскадрон СС, состоявший из освобожденных уголовников под командованием Дирлевангера, 2-е подразделение СС, артиллерийскую бригаду СС, несколько стрелковых отрядов, группу немецких жандармов, подразделение польских элитных стрелков, литовский полицейский отряд и группу самолетов-бомбардировщиков Люфтваффе. 15 июля все эти объединенные силы были двинуты на Налибокскую пущу. Тувья Бельский понял, что в надежде вывести свой отряд в более безопасное место он завел его в смертельную ловушку.
|
|
Русские отряды уходили врассыпную по лесу, некоторые из них валили деревья и готовились к героической и обреченной на неуспех обороне. Положение отряда Тувьи, отягощенного больными стариками, детьми и располагавшим сравнительно небольшим числом бойцов, было особенно трудным. Пуща была полностью окружена, самолеты Люфтваффе сбрасывали бомбы, а объединенные силы нацистов расчистили в лесу дорогу, открывавшую путь танкам. Два человека из отряда Тувьи предложили попробовать найти затерянный в глубине болот островок Красная горка, где странники могли бы попытаться спрятаться. Шансов на то, чтобы незамеченными добраться туда (а отряд насчитывал уже 800 человек), были невелики, но шум приближавшихся танков был уже слышен на базе, и времени на размышление не было. Последние из растянувшейся на километр цепочки двигавшихся в полной тишине лесных евреев покинули базу за несколько минут до того, как туда вошли первые группы фашистов. В лесу через громкоговорители разносились голоса, на трех языках призывавшие партизан разных отрядов сдаться. Пули и снаряды лились дождем, голоса преследователей раздавались справа и слева. Тем не менее после долгих часов изнурительного похода через болота отряду удалось достичь этого крошечного куска земля в непроходимых болотах, и лишь один человек погиб в пути. Они оставались там в течение двух недель, без пищи и с небольшим количеством питьевой воды. Через две недели, не в силах более выдерживать голод, небольшими группами евреи-партизаны в отчаянии начали выходить из болот. Только тут они узнали, что за несколько дней до того блокада пущи была снята. Невероятное свершилось - 800 человек спаслись в самом центре оцепления объединенных нацистских сил. Более того, нацисты, сорвавшие злобу на окрестных деревнях, разрушившие хозяйства вокруг пущи, ушли из опустошенных ими мест, оставляя отряду Бельских гораздо большую свободу действий, чем до того.
Потом были изнурительные передвижения; отряд все-таки разделился на семейную и боевую части. Семейный лагерь, включавший на тот момент приблизительно 700 человек и названный «отряд имени Калинина», окончательно обосновался в Налибокской пуще; командовал им Тувья. Бойцы под командованием Зуся (но подчиненные советскому подполью) - «отряд имени Орджоникидзе» - вернулись в район Станкевичей. Асаел был призван в штаб бригады имени Кирова для управления отделом разведки. Решение разделить эти три неразделимые судьбы, вероятно, было продиктовано возросшим влиянием трех братьев и их маленького государства в государстве: такое было неприемлемо для советского руководства даже на оккупированных врагами территориях.
Но выбора у Бельских не было. Три брата отправились каждый на свой боевой пост.
Когда секретарь Барановичского подпольного обкома партии генерал Платон - Чернышев посетил несколько месяцев спустя семейный лагерь Тувьи, он увидел большую деревню, состоящую из прекрасно оборудованных и замаскированных подземных блиндажей. В некоторых жили люди, в других располагались баня, кухни и различные мастерские: сапожные, портновские, оружейные, кожевенные, а также подземный госпиталь. Неподалеку от лагеря была даже гауптвахта, а на центральной площади перед штабом, в котором на пишущей машинке печатала бесконечные донесения и отчеты секретарь, устраивались концерты и выступления специальной театральной труппы. В штабе висел портрет Сталина, нарисованный углем девочкой-беженкой. Когда посетитель поинтересовался, почему у товарища Сталина странно распухла одна щека, девочка находчиво уточнила, что Сталин надувает щеки от радости, что «скоро прогонит немцев». В оружейной, самой просторной мастерской, собирались на молитву религиозные обитатели лагеря. Это несоветское поведение также привлекло внимание офицера, и Тувья ответил шуткой, которая в иной ситуации, возможно, стоила бы ему жизни: «Не будем их беспокоить, они учат курс истории партии», - сказал он, увлекая за собой генерала Платона.
Лагерь также держал 60 коров, 30 лошадей, его люди кормили многие окрестные отряды, поставляли им одежду, сапоги, кожаные изделия, чинили им оружие. Параллельно отряд Зуся, не отягощенный семейными группами, наравне с партизанами-коммунистами участвовал в боях с немецкими войсками, пускал под откос вражеские поезда, сжигал и взрывал мосты, повреждал линии связи.
Через некоторое время Асаел, не выдержав штабной жизни, самовольно и никого не предупредив, ушел в лагерь к Тувье, за что был приговорен к смертной казни как дезертир. Лишь благодаря редкой находчивости и оперативному вмешательству Тувьи, умевшего располагать к себе людей даже самых высоких чинов, Асаел на этот раз был спасен.
17 апреля 1944 года в отчете, отправленном своему руководству, Тувья передает список 941 обитателей базы. Зусь насчитывал в своем отряде еще 149 бойцов. Еще порядка сотни людей покинули базу до того. Всего братья Бельские собрали вокруг себя более 1200 человек, обреченных на гибель.
Тем временем количество врагов лесных евреев росло, несмотря на приближавшийся конец войны. В регионе действовали получившие от нацистов широкие полномочия и оружие отряды крайне антисемитски настроенных казаков; передвигались ультранационалистические группы польской Армии Крайовы, одной из своих целей ставившей уничтожение еврейских «красных» отрядов; группы красных партизан иной раз нападали на них с целью отобрать ненужное «жидам» оружие... Политруки промосковского сопротивления не спускали не слишком доброжелательного взгляда с группы не то религиозных, не то сионистских конспираторов, сражавшихся не за Сталина, а «за евреев». Конечно, и немецкие отряды не оставляли их своим вниманием. Уже вовсю отступавшая лесами армия Гитлера с прежней жестокостью стремилась нанести партизанам максимальный урон. Один из двух врачей, работавших в лагере, упоминает характерную деталь. Неоднократно приходилось ему делать в сложных лесных условиях аборты: кто же мог решиться подарить жизнь, если все, несмотря на колоссальные успехи отряда, считали ее заведомо обреченной?
Ценность отряда Бельских для всего движения Сопротивления, тем не менее, была очевидна. Помимо уже упоминавшегося снабжения остальных отрядов, военные успехи бойцов были очень значительны.
9 июля 1944 года лагерь
перенес самую страшную атаку за время его существования. Отступавшие
немецкие отряды напали на него и даже временно захватили, десятки людей
были ранены, девять человек погибли. На следующий день, 10 июля, советские
войска в результате операции «Багратион» вошли в оставляемый фашистами
регион, который отныне считался освобожденным от оккупантов...
Советское руководство потребовало полностью уничтожить лагерь, чтобы он не мог служить базой «антисоветским элементам». И окрестные жители с удивлением увидели, как из глубины пущи показался растянувшийся более чем на километр отряд Тувьи Бельского. Старики, женщины, дети и все еще вооруженные мужчины шли по дорогам и разоренным деревням, а крестьяне высыпали посмотреть на них, и многие старались, по воспоминаниям свидетелей, дотронуться до них, чтобы убедиться в том, что это не привидения. Ведь Белоруссия давно уже считалась полностью «юденфрай», живых евреев в ней не должно было быть. Появление из леса тысячи из них казалось, да и на самом деле было, настоящим чудом.
Возврат к мирной жизни был тяжелым. У большинства этих людей не оставалось никакого имущества, большая часть их близких погибла. В их домах жили другие люди и уступать их обратно не собирались. Больше того, руководство «лесного Иерусалима» начало все больше привлекать к себе внимание НКВД.
Тувью и Зуся стали приглашать на «беседы». После того, как один раз Тувья застал в своей комнате проводившийся в его отсутствие негласный обыск, а ночью был поднят с постели для «проверки документов», необходимость очередного бегства стала очевидной. Не дожидаясь утра, Тувья с Лилкой, ставшей его женой в Налибокской пуще, Зусем, его боевой подругой и младшим братом Ароном спрятались в проходившем поезде и через Вильнюс смогли пробраться в Польшу по поддельным документам, сделанным одним из прежних товарищей.
Асаел, возможно по инициативе командира Васильева, приговорившего его когда-то к смерти за дезертирство, был еще до того насильственно отправлен в армию. Он был убит на западном фронте в самом конце войны. Его жена Хайа, которая так романтично была обручена с ним маузером в первые дни эпопеи Бельских, была на последнем месяце беременности, когда страшная новость дошла до нее. Несколько месяцев спустя она, спрятавшись вместе с новорожденной дочкой в вагоне для свиней, чье хрюканье заглушало плач младенца, также бежала из Советского Союза.
Все они после изнурительных скитаний по враждебной и разоренной Европе снова оказались вместе в Палестине. Тувья и там вскоре попал в армию, воевал, какое-то время числился пропавшим без вести. Мирная жизнь не складывалась, денег хронически не хватало, здоровье было серьезно подорвано, а молодое государство не располагало большими возможностями для лечения. В середине 50-х годов Тувья и Зусь с семьями, а также Арон переехали в США. Поселились они в Бруклине, и Тувья стал водителем грузовика, а Зусь со временем основал транспортную компанию. Лишь незадолго до кончины, летом 1986 года, отблеск боевой славы вновь озарил Тувью: спасенные им люди сняли для чествования банкетный зал в Нью-Йорке. Когда 80-летний Тувья Бельский появился перед собравшимися, 600 человек встретили его громом аплодисментов. Через несколько месяцев его не стало, а еще через год он был перезахоронен с воинскими почестями в Иерусалиме на кладбище, где покоятся герои еврейского Сопротивления. Зусь умер в 1995-м году. Лишь младший брат, Арон, жив и сейчас.
Полвека спустя невероятная история братьев Бельских начинает пробивать свою дорогу в большую Историю.
источники- mishpoha.org/ n17/17a23.html http://www.lechaim.ru/ARHIV/152/kuksin.htm
Александр Ступников снял сенсационный фильм на еврейскую тему
Известный журналист Александр СТУПНИКОВ снял документальный фильм о Второй мировой войне. Лента еще не вышла в широкий прокат, но уже наделала много шума и обещает быть скандальной. Автор обратился к теме, которая ни разу не звучала. О еврейском партизанском движении в Европе; о том, как оно зародилось и как выживало; как не только нацисты, но и местные жители расправлялись с евреями.
О событиях тех дней рассказывают очевидцы, которых Ступников разыскал в Беларуси, Литве, Польше, Словении...
Саша, как возникла идея фильма?
Это произошло довольно просто, как и все в этой жизни. Я начал готовить совсем другой проект, причем и интересный для меня, и необычный, и даже коммерчески привлекательный. Но внезапно вышел на тему партизанского движения в годы войны. Все оказалось далеко не так однозначно, как нам говорили в советские времена. С другой стороны, антифашистов, патриотов нынче стали красить тоже однобоко. Свобода слова там, где к ней не готовы, это и свобода глупости и поверхностности... Я и раньше слышал о еврейских партизанских отрядах. И вдруг эта тема всплыла. Оказалось, что она совершенно не изучена, более того - всегда замалчивалась. Даже на Западе более чем за полвека о еврейских партизанах никто ничего не снял. И написано очень мало. Все только вселенский плач о Холокосте! В коммунистических странах тема тем более не звучала. Более того, оказалось, что и еврейский истеблишмент почему-то "предпочитает" говорить только о жертвах и только вскользь о героизме и борьбе. У меня возник вопрос: "Почему?"
Со временем этих "почему" становилось все больше, и я начал работать.
Сначала только в Беларуси. Искал ответы на вопросы: как еврейские партизанские отряды появились, как выжили в Холокосте, почему именно в Беларуси таких отрядов было подавляющее большинство, в каких условиях они создавались, с какими трудностями сталкивались? Но потом понял, что еврейские партизаны здесь - это часть общего Сопротивления, еврейского Сопротивления всей Европы. И всплыла тема даже не Холокоста, без которой невозможно говорить о еврейском Сопротивлении, а коллаборационистов. Так и пошло-поехало...
Поэтому фильм назван "Изгои"?
Название пришло уже в ходе работы над материалами. Я вдруг увидел - на основании того, что услышал и собрал, - совсем другой подход к этой теме. Во время войны евреи на самом деле неожиданно для себя оказались одни - один на один со смертью и несправедливостью.
Пришла война и
нацисты. И одни соседи начали убивать евреев, как в Балтии.
Другие смотрели и отворачивались. А чтобы оправдаться перед
собой, обвиняли евреев в коммунизме и во всех смертных
грехах. Третьи - спокойно забирали их имущество и вселялись
в их дома. Четвертые - сами не убивали, но собирали евреев в
эшелоны и депортировали. Или поступали как болгары, которые
своих евреев - пятьдесят тысяч человек -Гитлеру не отдали,
но, будучи его союзником, оккупировали Македонию и Северную
Грецию и всех тамошних евреев "преподнесли"
немцам. И так далее...
В итоге - миллионов людей как будто не было на этой земле. Только в Беларуси погибли 800 тысяч евреев. В Польше до войны их проживало более трех миллионов. А сегодня - где-то шесть тысяч. Те евреи, кому повезло выжить, кто был в подполье или ушел в партизаны, там тоже нередко оказывались одиноки. И в партизанах встречался антисемитизм, и не хотели принимать еврейских беженцев, и верили слухам немцев, что беженцы из гетто - это засланные агенты. Всякое бывало. Но то, что было в Украине, Польше, странах Балтии - просто кошмар. Я, например, и раньше встречал информацию о том, что, скажем, в Польше евреев не любили. Это не новость. Но то, что в Литве и Беларуси еврейские партизаны погибали не только от рук немцев или полицаев, но и от рук польских партизан, - меня удивило. И это были не единичные случаи. Иначе я бы на такие факты не клюнул...
Или, например, я впервые узнал, что из всех стран Восточной Европы, только в Беларуси немцы не смогли поднять местное население на еврейские погромы и потому начали уничтожение сами. При помощи завезенных сюда карателей из соседних стран. Я не знал, например, и то, что, когда немецких евреев вывезли в Минск (и в Ригу), то у них было свое гетто в гетто, своя проходная, паек, своя полиция. Хотя уничтожали всех одинаково. То есть Холокост, который обычно валят только на немцев, - "заслуга" не отдельных выродков, а, в сущности, та же коллективная вина (за исключением Беларуси). Поэтому об этом стараются не говорить, поэтому антисемитизм жив и тлеет. До своего нового часа.
Но почему сами евреи столько лет молчат об этом?
Те, кого в годы войны убивали тысячами, тоже думали (и об этом говорится в фильме), что " такого" не может быть. Оказалось, все может быть. Всю вину за геноцид свалили на немцев... Но посмотрите: даже в западных цивилизованных странах, когда евреев увозили "на переселение", в лагеря уничтожения, абсолютное большинство их соседей вздохнули спокойно. Имущество и дома-то остались. Есть где жить и спать! И можно повесить свою вывеску над лавочкой или мастерской. Евреи даже в партизанах нередко были изгоями, и принимало их только коммунистическое подполье. Пусть не без проблем, но все-таки советские партизаны их принимали. Кому это на Западе понравится?
Сегодня у грамотного человека нацистская пропаганда, списанная у русских черносотенцев, вызывает почти смех. Мне в фильме молодой нацист говорит, что большевизм - это интернациональный жидизм. И ведь не он один так считает! И когда пришли сильные, когда казалось, что они победили, что это и есть новые хозяева новой Европы, очень многие тоже стали так же считать. И уничтожать, хапать, делать вид, что ничего не происходит.
Я оставил этого парня в фильме только потому, что он сегодня вслух говорит то, что не так уж редко другие думают или говорят дома...
|
А вообще я просто влюбился в тех, с кем работал. За их открытость. За их мужество. За их волю к жизни. Мне было по-человечески здорово познакомиться и с этими людьми, и с честными историками. Я знаю, что ничего не могу изменить. Ну и что? Это не аргумент, чтобы молчать и смотреть, как старая зараза под разными другими соусами ползает снова.
С какими трудностями пришлось сталкиваться в процессе работы? Возникали ли какие-то препятствия?
Препятствий никаких и нигде не было. Ни в Беларуси, ни в странах Балтии, ни в Центральной Европе. Возникала чисто техническая проблема, когда я понял, что надо снимать в разных странах: я уже не мог обойтись только своими силами. Гостиницы, бензин, текущие расходы на поездку. Это стало давить. ТВ-съемки - это прежде всего деньги и затраты. И немалые. Тогда я аккуратно обратился в три солидные еврейские конторы. Например, в небедный Евроазиатский еврейский конгресс или, поддавшись советам друзей, - к совладельцу крупного латышского "Парекс Банка". Даже не за финансированием, чтобы не напрягать, а за "содействием" - просил "прикрыть" хотя бы несколько поездок в Литву, Латвию, Украину, Польшу... В ту же Словакию, где я нашел последнего еще живого командира еврейского партизанского отряда. Просто проект тянул из моего кармана больше, чем я предполагал. И я не успевал "пахать" на гонорары, чтобы вкладывать их в него. Великолепно ответил третий "корреспондент" по этому поводу - председатель совета директоров одного балтийского банка и тоже большой еврейский активист.
А где я буду в этом фильме? - спросил он.
А вы что, тоже были в партизанах? - спросил я.
Но если меня там не будет, то какой мне смысл? - логично объяснил он и отказался...
И тогда мне стало легче. Я понял, что так же, как и мои герои (живые и погибшие), просто должен сделать то, что задумал. Как и они - вопреки. Вопреки деньгам, равнодушию "баблового быдла", обывателю, мечущемуся между кухней, магазином и туалетом. Вопреки тому, что кому-то что-то не понравится. Вопреки растерянности, которую я видел у зрителей после нескольких просмотров.
Какой эпизод, на
ваш взгляд, стал самым ярким в фильме?
Таких эпизодов много. Я просто влюбился в партизанку Фаню Бранцовскую из Литвы. Ее недавно дернули в литовскую прокуратуру, потому что ее отряд разгромил самооборону в деревне Конюкай (Конюхи). Эту самооборону вооружили немцы против партизан. Во время боя там погибли и мирные жители. Это, говоря сегодняшним языком, семьи полицаев. Так вот, нельзя было их трогать. Надо было, как немцы, селекцию устраивать. Партизанский геноцид получился.
Меня очень резануло, как выживший в рижском гетто пожилой умный человек сказал искренне, что он всю жизнь себе не может простить, что не пошел со своей матерью на расстрел. В Риге в гетто сначала расстреляли всех женщин, стариков и детей, мужчин оставили работать.
|
Люди почему-то были искренни перед камерой... Кто-то из интервьюируемых вспомнил, что среди десантников - партизан, засылаемых их Москвы, - особо примечал сибиряков. Очень светлые, исконно русские люди были напрочь лишены даже намека на антисемитизм. Или чистокровный еврей- разведчик в немецком вермахте, когда он говорил, что был близок к самоубийству, потому что ему казалось, что он мало делает для Родины. Или командир словацкого еврейского отряда почти в триста человек рассказывал о Словацком восстании, как это было, как они дружили, как там была рота из евреев-ортодоксов....
Саша, где будет
показан этот фильм? Сможет ли его посмотреть белорусский
зритель? Не предлагали ли вы его, например, Белорусскому
телевидению?
Русскоязычное ТВ сегодня, по-моему, как и в прежние времена, живет политико-историческими мифами и скармливает эти мифы зрителю. Много передергивания или подтасовок под ту или иную концепцию. И то, что эти концепции и представления не едины, как раньше, не помогает, а только создает мешанину в голове у неподготовленного человека. Выхваченные или подобранные факты и фактики вроде что-то говорят, и вроде все солидно, но все равно - о мифах. Я не делал этот фильм под заказ. Я рассказал о том, что узнал. А поскольку малоизвестных фактов было много, я их не нанизывал на какую-то концепцию "за" или "против". Просто попытался понять через Холокост, коллаборационизм и партизан, - что тогда происходило и с евреями, и с их соседями.
В фильме есть то, что не понравится кому-то в странах Балтии, в Польше, в Украине. Многое - о чем не принято говорить. Я сознательно не стал нагнетать скандальность каких-то фактов или моментов. Что-то пришлось разжевать, потому что на Западе на самом деле не так много знают о той войне. И в этом нет ничего удивительного. У людей короткая память. Иначе бы веками не повторялось одно и то же. В Израиле очень мало или почти не знают даже о самом факте существования еврейских партизан.
Я сделал этот фильм, как увидел. Сделал так, как хотел показать своим детям. Сделал - как подарок тем замечательным людям, с которыми встретился, пока над ним работал. Я ничего никому не доказываю этим фильмом, кроме себя самого.
Есть древняя еврейская истина: "Если не ты за себя, то кто же? Но если ты только для себя, то зачем ты?"
Значит, мне это было нужно. Разве может быть более серьезный стимул, чтобы жить и уважать себя?
Александр Ступников "Изгои"
Три дивизии за шифр
>
Судьба
одного человека может определить, «направить судьбу целого
народа или даже всего человечества», писал Стефан Цвейг.
Думается, в минуты наивысшего драматического напряжения
истории влияющих на неё личностей оказывается немало. К
таким безусловно относится и Владимир Котельников
,
выдающийся учёный, чьи работы в области криптографии
внесли огромный вклад в нашу победу в Великой
Отечественной войне.
При
подготовке материала использованы фрагменты из
готовящегося к печати очерка дочери учёного Наталии
Котельниковой
«Судьба, охватившая век».
Справка STRF:
Котельников Владимир Александрович
(1908-2005),
академик АН СССР, один из основоположников отечественной
радиофизики, радиотехники, радиоэлектроники,
радиоастрономии и криптографии, инженер, педагог и
организатор. Его пионерские работы повлияли также на
становление информатики и цифрового метода передачи
сигналов, статистической и космической радиофизики,
планетной радиолокации и широкомасштабных исследований
космического пространства.
Владимир Котельников: «Я слышал, что всякие шифры
рассекречиваются. Решил разобраться, можно ли сделать
абсолютно недешифрируемый шифр. Ну, и разобрался. Доказал,
что это возможно. Но шифр должен быть случайным и
использоваться только раз»
Идею «недешифруемого
шифра» Владимир Котельников сформулировал незадолго до
войны:
Я слышал, что всякие шифры рассекречиваются. Решил разобраться, возможно ли сделать абсолютно недешифрируемый шифр. Ну, и разобрался . Доказал, что возможно. Но для этого шифр должен быть случайным и использоваться только один раз, - так учёный рассказывал об открытом им «условии одноразового ключа» .
Закрытый отчёт «Основные положения автоматической шифровки» , где было впервые представлено строгое обоснование того, что системы шифрования с одноразовыми ключами абсолютно стойкие, Владимир Котельников сдал за три дня до начала Великой Отечественной войны. Не «разберись » он тогда, неизвестно, был бы создан «Соболь-II», была бы возможна надёжная закрытая связь Ставки с фронтом во время переломной Сталинградской битвы, остались бы живы те, кому удалось выжить?
Перед войной
>Ещё в 1935 году перед советскими учёными была сформулирована проблема разработки систем защиты от прослушивания использовавшейся в то время для правительственной и военной коммуникации высокочастотной связи (ВЧ связи) . Созданием специальной радиотелеграфной и телефонной аппаратуры для этих целей с середины 1936 года занимались сразу несколько лабораторий, исследования которых основывались преимущественно на принципе простой инверсии спектра передаваемого сигнала. В результате их деятельности появились образцы шифровальной аппаратуры «маскирующего» типа, которая делала невозможным «любительское» прослушивание, но не спасала от специального перехвата. Параллельно эту же проблему решал и Владимир Котельников с коллегами из Центрального научно-исследовательского института связи (ЦНИИС), в котором он руководил лабораторией. Учёные пытались обеспечить конфиденциальность передачи информации при помощи созданной ими уникальной аппаратуры многоканальной телефонно-телеграфной радиосвязи, установленной на магистрали Москва-Хабаровск.
Сначала мы просто «перевёртывали спектр» (инвертировали), но быстро поняли, что это легко разгадать. Тогда стали разбивать речь на некоторые «отрезки» по частоте с инверсией спектра, и их «перепутывать» .
Под руководством Владимира Котельникова был разработан первый телефонный шифратор, сочетающий в себе частотные преобразования речевого сигнала с перестановками его отрезков по времени. Реализуемые им преобразования были динамическими, то есть периодически менялись по закону распределения случайных величин, и потому их вскрытие представляло весьма серьёзную задачу даже для квалифицированных специалистов.
К началу войны в лаборатории Котельникова была разработана самая совершенная на то время система защиты радиотелефонии - система шифрования мозаичного типа
Для того чтобы было труднее расшифровать передаваемую речь, было важно сделать «отрезки», на которые мы её разбивали, как можно короче. А это проблема потому, что тогда ухудшается качество передаваемой речи, - вспоминал Владимир Александрович. - Я стал думать, как бы передавать речь не всю полностью, а как-то сжать её спектр. Начал рассматривать спектр звуков, чтобы понять, какие частоты определяющие… В это время попалась на глаза ссылка на статью Хомера Дадли , опубликованную в октябре 1940 года, где говорилось, что он сделал преобразователь речи - «Вокодер». Бросился смотреть, а оказалось, что там ничего конкретного не написано. Но всё равно, это было очень полезно: идея у него та же, значит, мы на правильном пути. В общем, мы начали делать свой «вокодер». И перед самой войной у нас уже работал его опытный образец. Правда, пока он ещё «говорил» плохо, «дрожащим голосом».
Это был первый вокодер в СССР. Помимо него, в процессе «преодоления трудностей» появилось и немало других изобретений; но Котельников и его коллеги их не публиковали и не патентовали, во-первых, по причине секретности разработок, а, во-вторых, на это у учёных попросту «не было времени».
Особенно патентование - жуткая волынка. Я как-то перед войной несколько раз этим занимался, но потом бросил, - так комментировал весьма актуальную для нынешних учёных тему Владимир Котельников.
Перед войной сотрудники лаборатории Котельникова разработали самую совершенную на то время систему защиты радиотелефонии - систему шифрования мозаичного типа. Когда же начались военные действия, перед учёными поставили срочную задачу - сделать аппаратуру для секретной правительственной связи .
Война
>В середине лета 1941 года ситуация на фронте сложилась угрожающая, немцы продвигались к Москве. Началась эвакуация населения города, а позже и предприятий.
Семьи большинства сотрудников лаборатории, в том числе и Нюсю (жену Владимира Александровича - Анну Ивановну Богацкую. - здесь и далее прим. авт .) с годовалым Шуриком (сыном), эвакуировали. Это произошло как раз в день первой бомбёжки Москвы. Привёз я их на вокзал, сели они в поезд. Пока шла посадка, началась воздушная тревога, поезд тронулся и укатил куда-то со станции… Тогда было непонятно, что с ними произошло, остались ли они целы? Только потом узнал, что, к счастью, их поезд остался невредим, и когда кончилась бомбёжка, отправился в Уфу.
А в Москве Владимира Александровича ждали напряжённые рабочие дни и тревожные ночи:
Иногда, по очереди, чтобы не прерывать работу, на ночь уходили домой. Когда я возвращался на квартиру, в случае бомбардировок приходилось бежать не в бомбоубежище, как всем жильцам дома, а дежурить на чердаке и крыше. Немцы сбрасывали на город и тяжёлые взрывные бомбы, и зажигательные (их прозвали «зажигалками»), которые были небольшие и не разрушали взрывом дом, а пробивали крышу и обычно застревали на чердаке или на верхних этажах, где и загорались. И тут-то надо было их хватать такими большими щипцами, и тушить, засовывая в приготовленный специально для этого ящик с песком. Если не успевали, то тогда надо было тушить уже начавшийся пожар .
По сведениям советской разведки, за одного шифровальщика, способного «взломать» систему засекречивания передаваемой информации, созданную Котельниковым, Гитлер готов был отдать три отборные дивизии
В октябре противник вплотную приблизился к Москве. Началась срочная эвакуация тех предприятий, которые ещё не выехали из города. Поступил приказ распустить ЦНИИС. «Все сотрудники были уволены. Оставили почему-то только мою лабораторию. Тогда было непонятно, почему оставили именно нас», - вспоминал Владимир Котельников. Дело в том, что ещё в самом начале войны Генеральный штаб Наркомата обороны направил в институт подписанную Георгием Жуковым директиву, извещавшую, что в случае объявления мобилизации сотрудники лаборатории Владимира Котельникова освобождаются от призыва в армию ввиду важности для обороны страны проводимых ими разработок. Вот что писал учёный об этих днях:
Нам было приказано: получить деньги и расплатиться со всеми уволенными сотрудниками института. Мои ребята сходили в банк, принесли два мешка денег. Машин не было, так как все они уже были мобилизованы, поэтому тащились пешком с мешками на плечах без всякой охраны. Хорошо, что жулики не знали, что в этих мешках! Выплатили сотрудникам деньги, и потом все уволенные разбрелись кто куда. Что же касается моей лаборатории, то мы занимались тем, что паковали свою аппаратуру для эвакуации, сжигали документы, чтобы немцам не достались, оставляли только самые необходимые. Ещё приходили к нам подрывники и инструктировали, как взорвать здание института в случае, если в город войдут немцы, чтобы им, как Наполеону, ничего не досталось. Куда потом надо «уходить», было непонятно, но у нас на работе наготове стояли у печки новенькие лыжные ботинки, а в углу - лыжи. Убегать не пришлось, а подошвы ботинок рассыпались на кусочки - пересохли.
Бежать не пришлось, зато пришлось эвакуироваться лабораторией в Уфу, и оставаться там до весны 1943 года .
В Уфе мы продолжили работы над аппаратурой «закрытой радиотелефонии», начатые в Москве. Но они сильно осложнялись тем, что по приказу значительная часть конструкторской документации перед отъездом была уничтожена. Очень многое восстанавливали по памяти.
Несмотря на все трудности, уже к осени 1942 года сотрудники лаборатории Котельникова изготовили несколько образцов оборудования для секретной КВ-радиотелефонии под индексом «Соболь-II» . Это была самая сложная из разрабатываемой в стране аппаратура засекречивания передаваемой информации, не имевшая аналогов в мире. Первые аппараты сразу направили под Сталинград для связи Ставки Верховного Главнокомандования со штабом Закавказского фронта, разрушенной во время боёв. (В то время в армии для связи такого уровня пользовались в основном проводными телефонными линиями. «Соболи-II» позволили установить связь посредством радиоканала.)
К началу 1943 года было налажено производство усовершенствованной серии аппаратов «Соболь-II». Сложные механические узлы уникальных шифраторов, разработанных в лаборатории Котельникова, изготавливались на одном из ленинградских заводов. Для окончательной наладки шифраторов Владимир Александрович регулярно летал в блокадный город, не раз подвергался при этом вражеским обстрелам. Готовые аппараты срочно отправляли на фронт. Как вспоминали ветераны Великой Отечественной войны, применение шифраторов Котельникова в ходе решающих боев на Курской дуге в значительной степени определило успешный исход битвы. Они обеспечивали систему кодирования речи для закрытой радиосвязи, которая практически не поддавалась вскрытию, это оказалось не по зубам даже лучшим дешифровальщикам вермахта. По сведениям советской разведки, Гитлер заявлял, что за одного шифровальщика, способного её «взломать», он не пожалел бы три отборные дивизии.
За создание шифраторов Котельников и его коллеги по лаборатории получили в марте 1943 года Сталинские премии I степени. Деньги они передали «на нужды фронта». В частности, на премию, полученную Владимиром Котельниковым, был построен танк.
После войны
>Работа над усовершенствованием шифровальной аппаратуры продолжалась до последних дней войны и даже после её окончания. За дальнейшие разработки в этой области Владимир Котельников в 1946 году удостоился второй Сталинской премии I степени.
Аппаратура стойкого шифрования, разработанная в его лаборатории, положила начало развитию целого класса отечественных систем шифрования речи, которые для своего времени надёжно защищали телефонные переговоры от утечки информации. Эти системы широко применялись в СССР на различных линиях и сетях связи, и вплоть до начала 70-х годов не существовало эффективных алгоритмов дешифрования сообщений, закодированных с помощью наиболее сложных систем такого типа. Однако для «абсолютно надёжной» защиты коммуникаций они всё же не годились.
Послевоенные работы Владимира Котельникова в значительной степени определили лицо эпохи глобальной информатизации и покорения космического пространства
На смену шифрованию, которое условно называют аналоговым, пришло дискретное . Котельников описал возможность создания аппаратуры стойкого засекречивания телефонных переговоров на базе вокодера и шифратора. Для этого компрессированный (с помощью вокодера) спектр речи необходимо преобразовать в последовательность дискретных импульсов (по теореме отсчётов Котельникова) и осуществить засекречивание, используя модель телеграфного шифрования (в соответствии с другой теоремой, сформулированной и строго доказанной Котельниковым, - об одноразовых ключах). Разработками такой аппаратуры занялись в Марфинской лаборатории, созданной для этих целей в 1948 году. Её костяк составили сотрудники бывшей лаборатории Котельникова, поэтому их исследования велись фактически в русле предвоенных работ лаборатории Котельникова, прерванных началом войны.
Работы Владимира Александровича уже мирного времени в значительной степени определили лицо эпохи глобальной информатизации и покорения космического пространства.
Его исследования в области радиофизики, вылившиеся в уже упомянутую теорему отсчётов («Теорему Котельникова»), а также теорию потенциальной неустойчивости и ряд других, положили начало теории информации, развитию цифровых систем передачи сообщений, управления, кодирования и обработки информации - практически всей современной теории связи. Владимир Котельников внёс весомый вклад и в создание компьютеров, цифровой радиоэлектроники, спутниковой и космической связи, современных радиотелескопов.
Под его руководством разработаны первая в мире система контроля траектории ракет и уникальная система телеметрии, открыто новое направление в радиоастрономии - планетная радиолокация. В результате осуществлённых Котельниковым и его сотрудниками уникальных экспериментов по радиолокации Венеры (1961-1964 годы), Меркурия (1962 год), Марса (1963 год), Юпитера (1963 год) с высокой точностью определено значение астрономической единицы, создана и экспериментально подтверждена новая теория движения внутренних планет Солнечной системы - Венеры и Меркурия. Данные исследования, опирающиеся на релятивистские уравнения небесной механики, а также общую теорию относительности, позволили повысить точность измерения размеров Солнечной системы более чем в 100 раз. Идеи Владимира Котельникова повлияли на дальнейшее развитие всех космических программ, они и по сей день используются при создании систем управления и контроля движения космических аппаратов.
