На заключительном этапе Второй мировой войны, 6 и 9 августа 1945 года японские города Хиросима и Нагасаки были подвергнуты бомбардировке ядерными бомбами, сброшенными вооруженными силами США с целью ускорить капитуляцию Японии. С тех пор было много ядерных угроз, создаваемых различными странами мира, но тем не менее лишь эти два города остаются единственными жертвами ядерной атаки. Вот несколько интересных фактов о Хиросиме и Нагасаки, которые вы возможно никогда не слышали.
10 ФОТО
1. Олеандр является официальным цветком города Хиросима, поскольку это первое растение, которое начало цвести после ядерного удара.
2. Шесть деревьев гинкго, растущих примерно в 1,6 км от места падения бомбы в Нагасаки, получили сильный урон в результате взрыва. Удивительно, но все они выжили, и вскоре из сожженных стволов появились новые почки. Теперь дерево гинкго является символом надежды в Японии.
3. В японском языке есть слово хибакуся, которое переводится как «люди, подвергшиеся воздействию взрыва». Так называют тех, кто выжил после атомной бомбардировки Хиросимы и Нагасаки.
4. Каждый год 6 августа в мемориальном парке мира в Хиросиме проводится церемония памяти, и ровно в 8:15 (время взрыва) время которой происходит минута молчания.
5. Хиросима продолжает выступать за отмену всего ядерного оружия, а мэр города является президентом движения за мир и ликвидацию ядерного арсенала к 2020 году.
6. Лишь в 1958 году население Хиросимы достигло 410 000 человек и наконец превысило количество населения до войны. Сегодня в городе живет 1,2 миллиона человек.
7. По некоторым оценкам, около 10% жертв взрывов в Хиросиме и Нагасаки были корейцами. Большинство из них являлись подневольными рабочими, производящими оружие и боеприпасы для японских военных. Сегодня оба города по-прежнему имеют большие корейские общины.
8. Среди детей, родившихся у тех, кто находился в Хиросиме и Нагасаки в момент взрыва, не было выявлено никаких мутаций или серьезных отклонений здоровья.
9. Несмотря на это оставшиеся в живых после бомбежки и их дети подвергались серьезной дискриминации, в основном из-за царивших в обществе невежественных представлений о последствиях лучевой болезни. Многим из них было трудно найти работу или вступить в брак, поскольку большинство людей считало, будто лучевая болезнь заразная и передается по наследству.
10. Знаменитый японский монстр-гигант Годзилла первоначально был придуман как метафора взрывов в Хиросиме и Нагасаки.
Что же скажет президент США, по этому поводу, во время визита в Японию?
6 августа 1945 года на Японский город Хиросиму, американским бомбардировщиком B-29, была сброшена атомная бомба в 18 килотонн.
3 дня спустя, а именно 9 августа 1945 года, на Японский город Нагасаки, тем же бомбардировщиком, была сброшена атомная бомба в 21 килотонну.
В момент взрыва, что в Хиросиме, что в Нагасаки, мгновенно погибли десятки тысяч людей.
По предварительным подсчетам:
- в Хиросиме погибли более 128 тысяч человек
- в Нагасаки погибли более 70 тысяч человек
И еще более 140 тысяч скончалось от облучения к концу 1945 году.
По предварительным подсчетам, атака США, унесло жизни более 330 тысяч человек.
И вот, спустя почти 70 лет с момента этой трагедии. Нынешний, действующий президент США, Барак Обама, первый из действующих президентов США, который решил совершить поездку в Японию, в сопровождении премьер-министра США, Синдзо Абэ и посетить бомбардированные города. Поезда состоится 27 мая.
Члены команды опроса, совещаться перед большими воротами находящиеся на подходе к Гококу-дзиндзя.
Фотография сделана спустя несколько дней, после атомной бомбардировки Хиросимы, в районе Мото-Мати.
Посещение Японии, президентом США, Барак Обамой, будет являться для Америки, неким шагом к заключению мировой денуклеаризации* и подтверждением заключения с Японией сильного альянса.
Но критики, в ядерной политики США видят явные парадоксы, называя её селективными*.
* денуклеаризация - процесс сокращения арсеналов ядерного оружия, его носителей, средств доставки и производства
* селективность – склонность людей, уделять внимание к тем элементам, которые выгодны им, и игнорировать остальные
Помощники президента, сказали, что он не собирается извиняться за сотворенные ранее, правительством США, действий против Японии. Аргументируя это тем, что президент Барак Обама, ещё в 2009 году, на дебатах касательно, правомерности принятых действий по использовании ядерного оружие и сбрасывания бомб на Хиросиму и Нагасаки, полностью оправдал данные решения, за что удосужился получения за это Нобелевской премией. Так что повторные дебаты по этому вопросу, они считают бессмысленными.
Фотография атомного облака, сделанные после взрыва, первой экспериментальной атомной бомбы, которые будут в дальнейшем использоваться в ходе военных действий.
Большинство Американцев считают, что бомбардировка Японии была крайне необходима, для завершения войны которая могла спасти жизни куда большего количества людей, нежели тех, кто погиб в Хиросиме и Нагасаки.
Историки же как среди Американцев так и большинства из других стран, ставят эту теорию под сомнением, и соглашаются с гражданами Японии с тем, что тогдашних действия были неоправданными.
Несмотря на это, главные лица обоих стран, ясно дают понять, что они не хотят копаться в прошлом, а намерены жить в настоящем возлагая большие надежды на будущее и вмести почитать всех жертв войны.
Жертвы атомной бомбардировки Хиросимы и Нагасаки, импровизированном полевым госпитале в рельефной станции возле набережной реки Отагава.
“Этот момент, является вехой в продолжающейся процессе между Америкой и Японией. Необходимо отдать дань памяти жертвам войны в целом и атомной бомбардировки в частности, что может дать толчок к процессу ликвидации ядерного во всем мире” сказал бывший дипломат Садаки Нумата
“Обе стороны упорно трудились, чтобы сместить акцент на,более перспективную повестку дня, которая заимеет резонанс во всем мире."
* веха- значимое событие в истории или чего либо ещё.
21-летний солдат, который попал под воздействию атомной бомбардировки Хиросимы. Его тело, полностью покрыто язвами.
Несмотря на то, что он проходил лечение в отделении больницы Южина, он скончался.
Даже без принесения извинений, многие надеются, что с визитом Обамы в Японию, президент все же поймет огромную стоимость человеческой жизни, и хотя бы частично признается в оказанных в то время давлений на Японию, и учиненных против неё злодеяний.
Азиатские же страны, Китай и южная Корея, сами часто обвиняют Японию в неискренности из извинений обращенные к ним.
В свою очередь один из американских чиновников, который на условии анонимности, сообщил, что в белом доме не раз поднималась тема с таким вот предложением “Почему бы нам, вместо всякий извинений, не подарить Японии, несколько зенитных установок”.
Люди гуляют по распотрошенному городу, вдоль реки Айой,рядом с префектурой Индустриально-промышленный Хол, в настоящее время известный как Атомной Бомбы Дом*
* “Атомной Бомбы Дом” – является одним из мало численных, почти полностью сохранившихся домов в Хиросиме, после взрыва атомной бомбы. На данный момент данное сооружение является Мемориал мира в Хиросиме.
Администрация АБЭ подтверждает, что правительство прошлого должно было принести свои извинения, и утверждает что нынешнее поколение не должно извиняться за военные грехи предков.
“Мы (США и Япония) должны примириться и идти рука в оброку вмести. А что касается прошлой войны, пускай она останется в истории прошлого ”, сказал бывший японский дипломат Кунихико Мияке.
Некоторые критики утверждают, что принеся свои извинения, Обама позволит Японии придерживаться рассказа, который выставляет их в качестве жертвы.
“То, что Японское правительство делает сейчас, это не иначе как санирование. Япония походу забыла о том, что во время войны, японские солдаты сами совершали многочисленные зверства и что именно они развязали войну.”
* санирование - система мероприятий по улучшению финансового положения предприятий.
Люди проходят по разрушенной улице рядом с рекой Айой.
Сторонники ядерного разоружения тем временем, надеются, что визит Обамы в Японию, вдохнет новую жизнь, этом тупиковом вопросе.
“В то время, когда вопрос об ядерном разоружении почти потух, визит президента США сможет снова разжечь его ”, сказал губернатор Хиросимы, Хидехико Язяки.
Американские критики отмечают, что Обама сделал большой прогресс на пути к ядерному разоружению и тратит большие средства для модернизацию атомного арсенала США.
“Можно утверждать, что безъядерный мир, все более вероятен, когда Обама вступил в должность…”, сказал Ричард Фонтейн, советник Азии под руководством бывшего президента Джорджа Буша на танковой конференции.
Да и сами помощники президента подмечают, что Обама на своем первом сроке, в прошлом году, добился большого успеха, подписав сделку о контроле над ядерными вооружениями с Россией и соглашения по ядерному вопросу с Ираном.
Человек с ожогами на теле, вызванные атомной бомбардировкой, лежавший на карантинной станции, на острове Эносима.
Япония подчеркивает свой уникальный статус, как единственная нация, пострадавшая от атомной атаки и тем не менее выступает за ядерного разоружения. Но тем не менее, полагается на ядерный зонтик США, в качестве расширенного сдерживания.
Да и Токио уже давно заняла позицию, что отсутствие у них ядерного оружия, не как не повлияло бы на их пацифистскую* конституцию.
В конце концов, визит Обамы может быть своего рода психологическим тестом Роршаха, на проверку их отношения ко всему произошедшему.
“ “Анти-Обама-Тест” будет своего рода извинением, даже если этих извинений не было сказано”, сказал профессор Ричард Сэмюэлс из Массачусетский технологический институт политологии.
“Японские националисты объявили виндикацию империи и японского народа, если президент будет настаивать на том, что мы все сами виновны в войне и её последствиях. Так же виндикацию всех пацифистов, которые представляют себе, что эти шаги, шаги к концу ядерного вооружения, несмотря на новые инвестиции США и Японии в программу ядерного сдерживания”
* пацифизм – всякое отрицания о возможности начале войны
* виндикация – защита прав собственности и некий способ потребовать свое имущество из чужого незаконного владения
На днях мир отмечал печальную годовщину — 70-летие атомных бомбардировок японских городов Хиросима и Нагасаки. 6 августа 1945 года самолет Б-29 «Энола Гей» американских ВВС под командованием полковника Тиббетса сбросил бомбу «Малыш» на Хиросиму. А через три дня, 9 августа 1945 года, самолет Б-29 «Бокскар» под командованием полковника Чарльза Суини сбросил бомбу на Нагасаки. Общее количество погибших только при взрыве составило от 90 до 166 тысяч человек в Хиросиме и от 60 до 80 тысяч человек — в Нагасаки. И это не все — от лучевой болезни скончалось около 200 тысяч человек.
После бомбардировки в Хиросиме царил настоящий ад. Вспоминает чудом выживший свидетель Акико Такахура:
«Три цвета характеризуют для меня день, когда атомная бомба была сброшена на Хиросиму: чёрный, красный и коричневый. Чёрный — потому что взрыв отрезал солнечный свет и погрузил мир в темноту. Красный был цветом крови, текущей из израненных и переломанных людей. Он также был цветом пожаров, сжёгших всё в городе. Коричневый был цветом сожжённой, отваливающейся от тела кожи, подвергшейся действию светового излучения от взрыва».
От теплового излучения некоторые японцы моментально испарились, оставив тени на стенах или на асфальте
От теплового излучения некоторые японцы моментально испарились, оставив тени на стенах или на асфальте. Ударная волна сметала здания и убивала тысячи людей. В Хиросиме бушевал самый настоящий огненный смерч, в котором горели заживо тысячи мирных жителей.
Во имя чего был весь этот ужас и ради чего бомбились мирные города Хиросима и Нагасаки?
Официально: чтобы ускорить падение Японии. Но она и так доживала свои последние дни, особенно, когда 8 августа советские войска начали разгром Квантунской армии. А неофициально это были испытания сверхмощного оружия, направленного в конечном счете против СССР. Как цинично говорил президент США Трумэн: «Если эта бомба взорвется, у меня будет хорошая дубина против этих русских парней». Так что принуждение японцев к миру было далеко не самым главным в этой акции. И действенность атомных бомбардировок в этом плане была невелика. Не они, а успехи советских войск в Манчжурии явились последним толчком для капитуляции.
Характерно, что в «Рескрипте солдатам и морякам» японского императора Хирохито, выпущенном 17 августа 1945 года, отмечено значение советского вторжения в Манчжурию, но ни слова не сказано об атомных бомбардировках.
По мнению японского историка Цуеси Хасэгава именно объявление войны СССР в интервал между двумя бомбардировками вызвало капитуляцию. После войны адмирал Соэму Тоёда сказал: «Думаю, участие СССР в войне против Японии, а не атомные бомбардировки, сделало больше для ускорения капитуляции». Премьер-министр Судзуки также заявил, что вступление СССР в войну сделало «продолжение войны невозможным».
Более того, отсутствие необходимости в атомных бомбардировках в конечном счете признали и сами американцы.
Согласно «Исследованию эффективности стратегических бомбардировок», выпущенному в 1946 году правительством США, атомные бомбы не были необходимы для победы в войне. После исследования многочисленных документов и проведения бесед с сотнями японских военных и гражданских официальных лиц был сделан следующий вывод:
«Определенно до 31 декабря 1945 года, а скорее всего и до 1 ноября 1945 года, Япония капитулировала бы, даже если бы атомные бомбы не были сброшены и СССР не вступил бы в войну, даже если бы вторжение на Японские острова не планировалось и не подготавливалось».
Вот мнение генерала, затем президента США Дуайта Эйзенхауэра:
«В 1945 году военный министр Стимсон во время посещения моей штаб-квартиры в Германии проинформировал меня, что наше правительство готовилось сбросить атомную бомбу на Японию. Я был одним из тех, кто считал, что есть целый ряд убедительных причин поставить под сомнение мудрость такого решения. Во время его описания... меня охватила депрессия, и я озвучил ему мои глубокие сомнения, во-первых, основывающиеся на моей вере в то, что Япония была уже разбита и что атомная бомбардировка была совершенно излишней, и во-вторых, потому что я считал, что наша страна должна избегать шокировать мировое мнение использованием оружия, применение которого, на мой взгляд, более не было обязательным как средство сберечь жизни американских солдат».
А вот мнение адмирала Ч. Нимица:
«Японцы уже фактически запросили мира. С чисто военной точки зрения атомная бомба не сыграла решающей роли в поражении Японии».
Для тех, кто планировал бомбардировки, японцы были чем-то вроде желтых обезьян, недочеловека
Атомные бомбардировки были большим экспериментом над людьми, которых и за людей не считали. Для тех, кто планировал бомбардировки, японцы были чем-то вроде желтых обезьян, недочеловеками. Так, американские солдаты (в частности, морские пехотинцы) занимались весьма своеобразным сбором сувениров: расчленяли тела японских солдат и мирных жителей Тихоокеанских островов, а их черепа, зубы, руки, кожу и т.д. посылали на родину своим близким в качестве подарков. Нет полной уверенности в том, что все расчлененные тела были мертвыми — американцы не брезговали выдирать золотые зубы у еще живых военнопленных.
По мнению американского историка Джеймса Вейнгартнера между атомными бомбардировками и коллекционированием частей тел противника есть прямая связь: и то и другое было результатом дегуманизации противника:
«Широко распространённый образ японцев как недочеловеков создавал эмоциональный контекст, который обеспечивал ещё одно оправдание для решений, результатом которых была гибель сотен тысяч человек».
Но вы возмутитесь и скажете: то грубые пехотинцы. А решение в конечном счете принимал интеллигентный христианин Трумэн. Ну что же, предоставим слово ему. На второй день после бомбардировки Нагасаки Трумэн заявил, что «единственный язык, который они понимают, — это язык бомбёжек. Когда приходится иметь дело с животным, приходится обращаться с ним как с животным. Это очень печально, но тем не менее это так».
С сентября 1945 года (после капитуляции Японии) в Хиросиме и Нагасаки работали американские специалисты, в том числе и врачи. Однако они не лечили несчастных «хибакуся» — больных лучевой болезнью, а с неподдельным исследовательским интересом наблюдали, как у них выпадают волосы, шелушится кожа, затем на ней проступают пятна, начинаются кровотечения, как они слабеют и умирают. Ни капли сострадания. Vae victis (горе побежденным). И наука превыше всего!
Но я уже слышу возмущенные голоса: «Отец дьякон, кого вы жалеете? Не тех ли японцев, кто вероломно напал на американцев в Перл Харборе? Не ту ли японскую военщину, что совершала страшные преступления в Китае и Корее, убила миллионы китайцев, корейцев, малайцев, причем временами зверскими способами?» Отвечаю: большинство погибших в Хиросиме и Нагасаки не имели к военщине никакого отношения. Это были мирные жители — женщины, дети, старики. При всех преступлениях Японии нельзя не признать известную правоту официального протеста японского правительства от 11 августа 1945 года:
«Военные и гражданские лица, мужчины и женщины, старики и молодежь, были убиты без всякого разбора атмосферным давлением и тепловым излучением взрыва... Указанные бомбы, использованные американцами, по своей жестокости и ужасающим эффектам намного превосходят отравляющие газы или любое другое вооружение, использование которых запрещено. Япония протестует против попрания США международно признанных принципов ведения войны, нарушенных как при использовании атомной бомбы, так и при ранее применявшихся зажигательных бомбардировках, которые убивали стариков».
Наиболее трезвая оценка атомных бомбардировок была озвучена индийским судьей Радхабинутом Палом. Напомнив данное кайзером Германии Вильгельмом II обоснование его обязанности скорейшим образом закончить Первую мировую войну («Все должно быть отдано огню и мечу. Мужчины, женщины и дети должны быть убиты, и ни одно дерево или дом не должен остаться не разрушенным»), Пал заметил:
«Эта политика массовых убийств , проводимая с целью скорейшего завершения войны, рассматривалась как преступление. Во время войны на Тихом океане, которую мы здесь рассматриваем, если и есть что-то, приближающееся к рассматриваемому выше письму императора Германии, то это решение союзников использовать атомную бомбу».
Действительно, мы видим здесь четкое преемство между германским расизмом Первой и Второй Мировых войн и расизмом англо-саксонским.
Создание атомного оружия и особенно его использование обнажило страшную болезнь европейского духа — его гиперинтеллектуализм, жестокость, волю к насилию, презрение к человеку. И презрение к Богу и Его заповедям. Показательно, что атомная бомба, сброшенная на Нагасаки, разорвалась неподалеку от христианской церкви. С XVI века Нагасаки были воротами для христианства в Японию. И вот протестант Трумэн отдал приказ о ее варварском уничтожении.
Древнегреческое слово ατομον означает и неделимую частицу и личность. Это не случайно. Разложение личности европейского человека и разложение атома шли рука об руку. И это поняли даже такие безбожные интеллектуалы, как А. Камю:
«Механизированная цивилизация только что достигла конечной стадии варварства. В недалеком будущем нам придется выбирать между массовым самоубийством и разумным использованием научных достижений [...] Это не должно быть просто просьбой; это должно стать приказом, который придет снизу вверх, от рядовых граждан к правительствам, приказом сделать твердый выбор между адом и разумом».
Но, увы, правительства как не слушали разума, так не слушают до сих пор.
Справедливо сказал святитель Николай (Велимирович):
«Европа умна отнимать, а вот давать не умеет. Она умеет убивать, а ценить чужие жизни не умеет. Она умеет создавать орудия уничтожения, но не умеет быть пред Богом смиренной и по отношении к более слабым народам милостивой. Она умна быть себялюбивой и повсюду нести свой “символ веры” себялюбия, но не умеет быть боголюбивой и человеколюбивой».
В этих словах запечатлен огромный и страшный опыт сербов, опыт двух последних столетий. Но это и опыт всего мира, в том числе и Хиросимы и Нагасаки. Глубоко верным явилось определение Европы как «белой демонии» Во многом сбылось пророчество святителя Николая (Велимировича) о характере будущей войны: «Она будет войной, которая полностью лишена милости, чести и благородства [...] Ибо грядущая война будет иметь целью не только победу над противником, но и истребление противника. Полное уничтожение не только воюющих, но всего, что составляет их тыл: родителей, детей, больных, раненых и пленных, их сел и городов, скота и пастбищ, железных дорог и всех путей!» За исключением Советского Союза и Великой Отечественной Войны, где русский советский солдат все же старался являть милость, честь и благородство, пророчество святителя Николая сбылось.
Откуда такая жестокость? Святитель Николай видит ее причину в воинствующем материализме и плоскости сознания:
«И Европа когда-то начинала духом, а сейчас оканчивает плотью, т.е. плотским зрением, суждением, пожеланиями и завоеваниями. Словно заколдованная! Вся ее жизнь протекает по двум путям: в длину и в ширину, т.е. по плоскости. Не знает она ни глубины, ни высоты, потому-то и борется за землю, за пространство, за расширение плоскости и только за это! Отсюда война за войной, ужас за ужасом. Ибо Бог сотворил человека не только для того, чтобы он был просто живым существом, животным, но и для того, чтобы он умом проник в глубину тайн, а сердцем вознесся на высоты Божии. Война за землю есть война против истины, против Божьего и человеческого естества».
Но не только плоскостность сознания привела Европу к военной катастрофе, но и плотская похоть и безбожный ум:
«Что такое Европа? Это похоть и ум. А воплощены эти свойства в папе и Лютере. Европейский папа — это человеческая похоть за властью. Европейский Лютер — это человеческое дерзновение все объяснить своим умом. Папа как властитель мира и умник как властитель мира».
Самое главное, что эти свойства не знают никаких внешних ограничений, они стремятся к бесконечности — «исполнение человеческой похотью до предела и ума до предела». Подобные свойства, возведенные в абсолют, неизбежно должны порождать постоянные конфликты и кровавые войны на уничтожение: «Из-за похоти человеческой каждый народ и каждый человек ищет власти, сласти и славы, подражая Папе Римскому. Из-за ума человеческого каждый народ и каждый человек находит, что он умнее других и более других. Как в таком случае не быть безумию, революциям и войнам между людьми?»
Многие христиане (и не только православные) ужаснулись тому, что произошло в Хиросиме. В 1946 году был выпущен отчёт Национального совета церквей США, озаглавленный «Атомное оружие и христианство», в котором, в частности, было сказано:
«Как американские христиане мы глубоко раскаиваемся за безответственное использование атомного оружия. Мы все согласны с мыслью, что каким бы ни было наше мнение о войне в целом, внезапные бомбардировки Хиросимы и Нагасаки морально уязвимы».
Конечно, многие изобретатели атомного оружия и исполнители бесчеловечных приказов в ужасе отшатнулись от своего детища. Изобретатель американской атомной бомбы Роберт Оппенгеймер после испытаний в Аламогородо, когда страшная вспышка осияла небосклон, вспомнил слова древней индийской поэмы:
Если блеск тысячи солнц
Разом вспыхнет на небе,
Человек станет смертью,
Угрозой земле.
Оппенгеймер после войны стал бороться за ограничение и запрещение ядерного оружия, за что и был отстранен от «Уранового проекта». Его преемник Эдвард Теллер, отец водородной бомбы, был куда менее щепетилен.
Изерли, пилот самолета-разведчика, который передал данные о хорошей погоде над Хиросимой, потом слал помощь жертвам бомбардировки и требовал, чтобы его посадили в тюрьму как преступника. Его просьбу исполнили, правда, посадили в... психушку.
Но увы, многие были куда менее щепетильны.
После войны была издана очень показательная брошюрка с документальными воспоминаниями экипажа бомбардировщика «Энола Гей», доставившего к Хиросиме первую атомную бомбу «Малыш». Что чувствовали эти двенадцать человек, когда увидели под собой город, превращенный ими в пепел?
«СТИБОРИК: Прежде наш 509-й сводный авиаполк постоянно дразнили. Когда соседи досветла отправлялись на вылеты, они швыряли камни в наши бараки. Зато когда мы сбросили бомбу, все увидели, что и мы лихие парни.
ЛЮИС: До полета весь экипаж был проинструктирован. Тиббетс утверждал потом, будто бы он один был в курсе дела. Это чепуха: все знали.
ДЖЕППСОН: Примерно через полтора часа после взлета я спустился в бомбовый отсек. Там стояла приятная прохлада. Парсонсу и мне надо было поставить все на боевой взвод и снять предохранители. Я до сих пор храню их как сувениры. Потом снова можно было любоваться океаном. Каждый был занят своим делом. Кто-то напевал “Сентиментальное путешествие”, самую популярную песенку августа 1945 года.
ЛЮИС: Командир дремал. Иногда и я покидал свое кресло. Машину держал на курсе автопилот. Нашей основной целью была Хиросима, запасными — Кокура и Нагасаки.
ВАН КИРК: Погода должна была решить, какой из этих городов нам предстояло избрать для бомбежки.
КЭРОН: Радист ждал сигнала от трех “сверхкрепостей”, летевших впереди для метеоразведки. А мне из хвостового отсека были видны два “Б-29”, сопровождавших нас сзади. Один из них должен был вести фотосъемку, а другой доставить к месту взрыва измерительную аппаратуру.
ФЕРИБИ: Мы очень удачно, с первого захода, вышли на цель. Я видел ее издалека, так что моя задача была простой.
НЕЛЬСОН: Как только бомба отделилась, самолет развернулся градусов на 160 и резко пошел на снижение, чтобы набрать скорость. Все надели темные очки.
ДЖЕППСОН: Это ожидание было самым тревожным моментом полета. Я знал, что бомба будет падать 47 секунд, и начал считать в уме, но когда дошел до 47, ничего не произошло. Потом я вспомнил, что ударной волне еще потребуется время, чтобы догнать нас, и как раз тут-то она и пришла.
ТИББЕТС: Самолет вдруг бросило вниз, он задребезжал, как железная крыша. Хвостовой стрелок видел, как ударная волна, словно сияние, приближалась к нам. Он не знал, что это такое. О приближении волны он предупредил нас сигналом. Самолет провалился еще больше, и мне показалось, что над нами взорвался зенитный снаряд.
КЭРОН: Я делал снимки. Это было захватывающее зрелище. Гриб пепельно-серого дыма с красной сердцевиной. Видно было, что там внутри все горит. Мне было приказано сосчитать пожары. Черт побери, я сразу же понял, что это немыслимо! Крутящаяся, кипящая мгла, похожая на лаву, закрыла город и растеклась в стороны к подножиям холмов.
ШУМАРД: Все в этом облаке было смертью. Вместе с дымом вверх летели какие-то черные обломки. Один из нас сказал: “Это души японцев возносятся на небо”.
БЕСЕР: Да, в городе пылало все, что только могло гореть. “Ребята, вы только что сбросили первую в истории атомную бомбу!” — раздался в шлемофонах голос полковника Тиббетса. Я записывал все на пленку, но потом кто-то упрятал все эти записи под замок.
КЭРОН: На обратном пути командир спросил меня, что я думаю о полете. “Это похлестче, чем за четверть доллара съехать на собственном заду с горы в парке Кони-Айленд”, — пошутил я. “Тогда я соберу с вас по четвертаку, когда мы сядем!” — засмеялся полковник. “Придется подождать до получки!” — ответили мы хором.
ВАН КИРК: Главная мысль была, конечно, о себе: поскорее выбраться из всего этого и вернуться целым.
ФЕРИБИ: Капитан первого ранга Парсонс и я должны были составить рапорт, чтобы послать его президенту через Гуам.
ТИББЕТС: Никакие условные выражения, о которых было договорено, не годились, и мы решили передать телеграмму открытым текстом. Я не помню ее дословно, но там говорилось, что результаты бомбежки превосходят все ожидания».
6 августа 2015 года, в годовщину бомбардировок, внук президента Трумэна Клифтон Трумэн Дэниел заявил, что «дед до конца жизни считал, что решение сбросить бомбу на Хиросиму и Нагасаки было верным, и США никогда не попросят прощения за это».
Кажется, здесь все ясно: обыкновенный фашизм, еще более страшный в своей пошлости.
Посмотрим теперь на то, что увидели первые очевидцы с земли. Вот репортаж Бирта Брэтчета, побывавшего в Хиросиме в сентябре 1945 г. Утром 3 сентября Бэрчетт сошел с поезда в Хиросиме, став первым иностранным корреспондентом, который увидел этот город после атомного взрыва. Вместе с японским журналистом Накамурой из телеграфного агентства Киодо Цусин Бэрчетт обошел бескрайнее красноватое пепелище, побывал на уличных пунктах первой помощи. И там же, среди развалин и стонов, отстучал на машинке свой репортаж, озаглавленный: «Я пишу об этом, чтобы предостеречь мир...»:
«Почти через месяц после того, как первая атомная бомба разрушила Хиросиму, в городе продолжают умирать люди — загадочно и ужасно. Горожане, не пострадавшие в день катастрофы, погибают от неизвестной болезни, которую я не могу назвать иначе, как атомной чумой. Без всякой видимой причины их здоровье начинает ухудшаться. У них выпадают волосы, на теле появляются пятна, начинается кровотечение из ушей, носа и рта. Хиросима,— писал Бэрчетт,— не похожа на город, пострадавший от обычной бомбежки. Впечатление такое, будто по улице прошел гигантский каток, раздавив все живое. На этом первом живом полигоне, где была испытана сила атомной бомбы, я увидел невыразимое словами кошмарное опустошение, какого я не встречал нигде за четыре года войны».
И это еще не все. Вспомним трагедию облученных и их детей. Весь мир облетела пронзительная история девочки из Хиросимы Садако Сасаки, умершей в 1955 году от лейкемии — одного из последствий облучения. Уже находясь в больнице, Садако узнала о легенде, согласно которой человек, сложивший тысячу бумажных журавликов, может загадать желание, которое обязательно исполнится. Желая выздороветь, Садако стала складывать журавликов из любых попадавших в её руки кусочков бумаги, но успела сложить только 644 журавлика. О ней была сложена песня:
Вернувшись из Японии, пройдя немало верст,
Бумажного журавлика товарищ мне привез.
С ним связана история, история одна —
Про девочку, которая была облучена.
Припев:
Тебе я бумажные крылья расправлю,
Лети, не тревожь этот мир, этот мир,
Журавлик, журавлик, японский журавлик,
Ты вечно живой сувенир.
«Когда увижу солнышко?» — спросила у врача
(А жизнь горела тоненько, как на ветру свеча).
И врач ответил девочке: «Когда пройдет зима
И тысячу журавликов ты сделаешь сама».
Но девочка не выжила и скоро умерла,
И тысячу журавликов не сделала она.
Последний журавленочек упал из мертвых рук —
И девочка не выжила, как тысячи вокруг.
Заметим, что всё это ждало бы и нас с вами, если бы не советский урановый проект, начавшийся в 1943 году, ускоренный после 1945 года и завершенный в 1949 году. Безусловно, преступления, совершенные при Сталине, страшны. И прежде всего — гонения на Церковь, ссылки и расстрелы священнослужителей и мирян, уничтожение и осквернения храмов, коллективизация, всероссийский (а не только украинский) голод 1933 года, которые надломили народную жизнь, наконец репрессии 1937 года. Однако не будем забывать, что сейчас мы живем плодами той самой индустриализации. И если сейчас государство Российское независимо и пока неуязвимо для внешней агрессии, если на наших просторах не повторяются трагедии Югославии, Ирака, Ливии и Сирии, то во многом это происходит благодаря ВПК и ракетно-ядерному щиту, заложенному ещё при Сталине.
А между тем желающих нас сжечь было достаточно. Вот хотя бы один — эмигрантский поэт Георгий Иванов:
Россия тридцать лет живет в тюрьме.
На Соловках или на Колыме.
И лишь на Колыме и Соловках
Россия та, что будет жить в веках.
Все остальное — планетарный ад:
Проклятый Кремль, безумный Сталинград.
Они достойны только одного —
Огня, испепелящего его.
Это написанные в 1949 году стихи Георгия Иванова — «замечательного русского патриота», по словам некоего публициста, самоназвавшегося «церковным власовцем». Об этих стихах метко высказался профессор Алексей Светозарский: «Чего же ожидать от сего славного сына Серебряного века? Мечи картонные и кровь для них, особенно чужая, — “клюквенный сок”, в том числе и та, что лилась под Сталинградом. Ну а то, что и Кремль, и Сталинград достойны “испепеляющего” огня, то в этом “патриот”, сам благополучно пересидевший и войну и оккупацию в тихом французском захолустье, был, увы, не одинок в своем желании. Об “очищающем” огне ядерной войны говорилось в Пасхальном послании 1948 года Архиерейского Синода Русской Православной Церкви Заграницей».
Стоит, кстати, прочесть его внимательней. Вот что писал митрополит Анастасий (Грибановский) в 1948 году:
«Наше время изобрело свои особые средства истребления людей и всего живого на земле: они обладают такою разрушительною силою, что в один миг могут обратить большие пространства в сплошную пустыню. Все готов испепелить этот адский огонь, вызванный самим человеком из бездны, и мы снова слышим жалобу пророка, обращенную к Богу: “Доколе плакати имать земля и трава вся сельная исхнет от злобы живущих на ней” (Иерем. 12, 4). Но этот страшный опустошительный огонь имеет не только разрушительное, но и свое очистительное действие: ибо в нем сгорают и те, кто воспламеняют его, и вместе с ним все пороки, преступления и страсти, какими они оскверняют землю. [...] Атомные бомбы и все другие разрушительные средства, изобретенные нынешней техникой, поистине менее опасны для нашего Отечества, чем нравственное разложение, какое вносят в русскую душу своим примером высшие представители гражданской и церковной власти. Разложение атома приносит с собой только физическое опустошение и разрушение, а растление ума, сердца и воли влечет за собой духовную смерть целого народа, после которой нет воскресения» («Святая Русь». Штутгарт, 1948 год).
Иными словами, сожжению обрекались не только Сталин, Жуков, Ворошилов, но и Святейший Патриарх Алексий I, митрополит Григорий (Чуков), митрополит Иосиф (Чернов), святитель Лука (Войно-Ясенецкий) — тогдашние «высшие представители церковной власти». И миллионы наших соотечественников, в том числе миллионы верующих православных христиан, выстрадавших и гонения, и Великую Отечественную войну. Только митрополит Анастасий целомудренно умалчивает о том нравственном разложении и примере, который показывали высшие представители западной гражданской и церковной власти. И забыл великие евангельские слова: «Какой мерой мерите, такой и вам отмерят».
К подобной же идеологии восходит и роман А. Солженицына «В Круге Первом». В нем воспевается предатель Иннокентий Володин, пытавшийся выдать американцам русского разведчика Юрия Коваля, охотившегося за атомными секретами. В нем же звучит призыв сбросить атомную бомбу на СССР, «чтобы люди не мучились». Как бы они «не мучились», мы можем видеть на примере Садако Сасаки и десятков тысяч подобных ей.
И потому глубокая благодарность не только великим нашим ученым, труженикам и воинам, которые создали советскую атомную бомбу, никогда не пущенную в ход, но остановившую людоедские замыслы американских генералов и политиков, но и тем нашим воинам, которые после Великой Отечественной войны стерегли русское небо и не давали прорваться в него Б-29 с ядерными бомбами на борту. Среди них ныне здравствующий Герой Советского Союза генерал-майор Сергей Крамаренко , известный читателям сайта . Сергей Макарович воевал в Корее и лично сбил 15 американских самолетов. Вот как он описывает значение деятельности советских летчиков в Корее:
«Важнейшим нашим достижением я считаю то, что летчики дивизии нанесли существенный урон стратегической авиации США, вооруженной тяжелыми бомбардировщиками Б-29 “Суперфортресс” (“Сверхкрепость”). Их наша дивизия сумела сбить свыше 20. В результате Б-29, выполнявшие большими группами ковровые (площадные) бомбардировки, перестали залетать днем севернее линии Пхеньян-Гензан, то есть на большую часть территории Северной Кореи. Тем самым были спасены миллионы корейских жителей — в основном женщины, дети и старики. Но и ночью Б-29 несли большие потери. Всего же за три года войны в Корее было сбито около ста бомбардировщиков Б-29. Еще более важным было то, что стало ясно, что в случае начала войны с Советским Союзом несущие атомные бомбы “Сверхкрепости” не достигнут крупных промышленных центров и городов СССР, ибо будут сбиты. Это сыграло огромную роль в том, что Третья мировая война так и не началась».
Правообладатель иллюстрации AP Image caption Хиросима спустя месяц после взрыва
70 лет назад, 6 августа 1945 года, впервые было применено ядерное оружие - Соединенными Штатами против японского города Хиросима. 9 августа это случилось во второй и, будем надеяться, последний раз в истории: атомная бомба была сброшена на Нагасаки.
Роль атомных бомбардировок в капитуляции Японии и их моральная оценка до сих пор вызывают споры.
Проект "Манхэттен"
Возможность использования деления ядер урана в военных целях сделалась очевидной специалистам еще в начале XX века. В 1913 году Герберт Уэллс создал фантастический роман "Освобожденный мир", в котором со множеством достоверных деталей описал ядерную бомбардировку Парижа немцами и впервые употребил термин "атомная бомба".
В июне 1939 года ученые Бирмингемского университета Отто Фриш и Рудольф Пайерлс рассчитали, что критическая масса заряда должна составлять не менее 10 кг обогащенного урана-235.
Примерно в ту же пору бежавшие от гитлеровцев в США европейские физики заметили, что их немецкие коллеги, занимавшиеся соответствующей проблематикой, исчезли из публичного поля, и сделали вывод, что те заняты секретным военным проектом. Венгр Лео Сциллард попросил Альберта Эйнштейна использовать свой авторитет, чтобы повлиять на Рузвельта.
Правообладатель иллюстрации AFP Image caption Альберт Эйнштейн раскрыл глаза Белому дому11 октября 1939 года обращение, подписанное Эйнштейном, Сциллардом и будущим "отцом водородной бомбы" Эдвардом Теллером, было прочитано президентом. История сохранила его слова: "Это требует действий". По другим данным, Рузвельт вызвал военного министра и сказал: "Позаботьтесь о том, чтобы нацисты нас не взорвали".
Широкомасштабные работы начались 6 декабря 1941 года, по совпадению, в день японской атаки на Перл-Харбор.
Проекту присвоили кодовое имя "Манхэттен". Руководителем был назначен бригадный генерал Лесли Гровс, ничего не смысливший в физике и недолюбливавший "яйцеголовых" ученых, зато имевший опыт организации крупного строительства. Помимо "Манхэттена", он известен возведением Пентагона, по сей день самого большого здания в мире.
На июнь 1944 года в проекте были заняты 129 тысяч человек. Его примерная стоимость составила два миллиарда тогдашних (около 24 миллиардов нынешних) долларов.
Российский историк , что Германия не обзавелась бомбой не благодаря ученым-антифашистам или советской разведке, а потому, что США были единственной страной в мире, экономически способной на это в условиях войны. И в рейхе, и в СССР все ресурсы уходили на текущие нужды фронта.
"Доклад Франка"
За ходом работ в Лос-Аламосе внимательно следила советская разведка. Ее задача облегчалась левыми убеждениями многих физиков.
Несколько лет назад российский телеканал НТВ снял фильм, согласно которому научный руководитель "манхэттенского проекта" Роберт Оппенгеймер якобы еще в конце 1930-х годов предлагал Сталину приехать в СССР и создать бомбу, но советский лидер предпочел сделать это за американские деньги, а результаты получить в готовом виде.
Это легенда, агентами в общепринятом смысле слова Оппенгеймер и другие ведущие ученые не являлись, но откровенничали в разговорах на научные темы, хотя догадывались, что информация уходит в Москву, потому что находили это справедливым.
В июне 1945 года некоторые из них, включая Сцилларда, направили военному министру Генри Стимсону доклад, известный по имени одного из авторов, Нобелевского лауреата Джеймса Франка. Ученые предлагали вместо бомбардировки японских городов провести демонстративный взрыв в необитаемом месте, писали о невозможности сохранения монополии и предсказывали гонку ядерных вооружений.
Выбор цели
Во время визита Рузвельта в Лондон в сентябре 1944 года он и Черчилль договорились применить ядерное оружие против Японии, как только оно будет готово.
12 апреля 1945 года президент скоропостижно скончался. После первого заседания администрации, на котором председательствовал Гарри Трумэн, прежде не посвященный во многие секретные дела, Стимсон остался и сообщил новому лидеру, что скоро в его руках окажется оружие небывалой силы.
Самым главным вкладом США в советский ядерный проект стало успешное испытание в пустыне Аламогордо. Когда стало ясно, что сделать это в принципе возможно, больше никакой информации можно было бы не получать - мы все равно бы сделали Андрей Гагаринский, советник директора Курчатовского института
16 июля американцы провели в пустыне Аламогордо испытание ядерного заряда мощностью в 21 килотонну. Результат превзошел ожидания.
24 июля во время Трумэн как бы между делом рассказал Сталину о чудо-оружии. Тот не проявил к теме интереса.
Трумэн и Черчилль решили, что старый диктатор не понял важности того, что услышал. На самом деле, Сталин знал об испытании во всех подробностях от завербованного в 1944 году агента Теодора Холла.
10-11 мая только что сформированный Комитет по выбору целей собрался в Лос-Аламосе и рекомендовал четыре японских города: Киото (историческая императорская столица и крупный индустриальный центр), Хиросиму (большие военные склады и штаб 2-й армии фельдмаршала Сюнроку Хаты), Кокуру (машиностроительные предприятия и крупнейший арсенал) и Нагасаки (военные верфи, важный порт).
Генри Стимсон вычеркнул Киото из-за его историко-культурных памятников и сакральной роли для японского народа. По словам американского историка Эдвина Райшауэра, министр "знал и любил Киото со времен проведенного там несколько десятилетий назад медового месяца".
Финальный этап
26 июля США, Британия и Китай обнародовали Потсдамскую декларацию с требованием безоговорочной капитуляции Японии.
По данным исследователей, император Хирохито после поражения Германии понял бесперспективность дальнейшей борьбы и желал переговоров, но надеялся, что СССР выступит на них нейтральным посредником, а американцы испугаются больших жертв при штурме Японских островов, и, таким образом, удастся, поступившись позициями в Китае и Корее, избежать капитуляции и оккупации.
Пусть не будет никакого недопонимания - мы полностью уничтожим способность Японии вести войну. Именно с целью предотвратить разрушение Японии был выпущен ультиматум от 26 июля в Потсдаме. Если они не примут сейчас наши условия, пусть ожидают дождь разрушений с воздуха, подобного которому еще не было на этой планете Заявление президента Трумэна после бомбардировки Хиросимы
28 июля правительство Японии отвергло Потсдамскую декларацию. Военное командование стало готовиться к реализации плана "Яшма вдребезги", предусматривавшего поголовную мобилизацию гражданского населения и его вооружение бамбуковыми копьями.
Еще в конце мая на острове Тиниан была сформирована секретная 509-я авиагруппа.
25 июля Трумэн подписал директиву нанести ядерный удар "в любой день после 3 августа, как только позволят погодные условия". 28 июля ее продублировал в боевом приказе начальник штаба американской армии Джордж Маршалл. На следующий день на Тиниан прилетел главком стратегической авиации Карл Спаатс.
26 июля крейсер "Индианаполис" доставил на базу атомную бомбу "Малыш" ("Little Boy") мощностью в 18 килотонн. Компоненты второй бомбы под кодовым наименованием "Толстяк" ("Fat Man") мощностью в 21 килотонну были привезены по воздуху 28 июля и 2 августа и собраны на месте.
Судный день
6 августа в 01:45 по местному времени "воздушная крепость" В-29, пилотируемая командиром 509-й авиагруппы полковником Полом Тиббетсом и названная в честь его матери "Энола Гэй", поднялась с Тиниана и через шесть часов достигла цели.
На борту находилась бомба "Малыш", на которой кто-то написал: "За погибших на "Индианаполисе". Крейсер, доставивший заряд на Тиниан, 30 июля потопила японская субмарина. Погибли 883 моряка, примерно половина из которых была съедена акулами.
"Энолу Гэй" сопровождали пять самолетов-разведчиков. Экипажи, посланные к Кокуре и Нагасаки, доложили о сильной облачности, а над Хиросимой небо было чистое.
Японская ПВО объявила воздушную тревогу, но отменила ее, увидев, что бомбардировщик всего один.
В 08:15 по местному времени В-29 сбросил "Малыша" на центр Хиросимы с 9-километровой высоты. Заряд сработал на высоте 600 метров.
Примерно через 20 минут в Токио обратили внимание на то, что оборвались все виды связи с городом. Затем с железнодорожной станции в 16 км от Хиросимы поступило путаное сообщение о каком-то чудовищном взрыве. Офицер генштаба, посланный на самолете выяснить, в чем дело, увидел зарево за 160 километров и с трудом отыскал в окрестностях место для посадки.
О том, что с ними случилось, японцы узнали лишь через 16 часов из официального заявления, сделанного в Вашингтоне.
Цель № 2
Бомбардировка Кокуры была запланирована на 11 августа, но приближена на два дня из-за предсказанного синоптиками длительного периода плохой погоды.
В 02:47 В-29 под командой майора Чарльза Суини с бомбой "Толстяк" взлетел с Тиниана.
Меня сбило на землю с велосипеда, и какое-то время земля содрогалась. Я цеплялся за нее, чтобы не быть унесенным взрывной волной. Когда я взглянул вверх, дом, который я только что проехал, оказался разрушен. Я также видел, как ребенка унесло взрывной волной. Большие камни летали в воздухе, один ударился об меня и затем снова улетел вверх в небо. Когда все улеглось, я попытался подняться и обнаружил, что на моей левой руке кожа от плеча и до кончиков пальцев свисает, как изодранные лохмотья Сумитэру Танигути, 16-летний житель Нагасаки
Кокуру во второй раз спасла густая облачность. Прибыв к резервной цели, Нагасаки, прежде почти не подвергавшейся даже обычным налетам, экипаж увидел, что и там небо затянули тучи.
Поскольку горючего на обратный путь оставалось в обрез, Суини уже собрался сбросить бомбу наугад, но тут наводчик капитан Кермит Бихан увидел в просвете между облаками городской стадион.
Взрыв произошёл в 11:02 по местному времени на высоте около 500 метров.
Если первый налет прошел с технической точки зрения гладко, то экипажу Суини пришлось все время чинить топливный насос.
Вернувшись на Тиниан, авиаторы увидели, что вокруг посадочной полосы никого нет.
Измотанные тяжелой многочасовой миссией и раздосадованные тем, что три дня назад с экипажем Тиббетса все носились, как с писаной торбой, они разом включили все тревожные сигналы: "Идем на аварийную посадку"; "Самолет поврежден"; "На борту убитые и раненые". Наземный персонал высыпал из зданий, к месту посадки помчались пожарные машины.
Бомбардировщик замер, Суини спустился из кабины на землю.
"А где убитые и раненые?" - спросили его. Майор махнул рукой в сторону, откуда только что прилетел: "Они все остались там".
Последствия
Один житель Хиросимы после взрыва уехал к родственникам в Нагасаки, угодил под второй удар, и снова выжил. Но так повезло далеко не всем.
Население Хиросимы составляло 245 тысяч, Нагасаки 200 тысяч человек.
Оба города были застроены в основном деревянными домами, вспыхнувшими, как бумага. В Хиросиме взрывную волну дополнительно усилили окружающие холмы.
Три цвета характеризуют для меня день, когда атомная бомба была сброшена на Хиросиму: черный, красный и коричневый. Черный, потому что взрыв отрезал солнечный свет и погрузил мир в темноту. Красный был цветом крови и пожаров. Коричневый был цветом сожженной, отваливающейся от тела кожи Акико Такахура, выжившая в 300 метрах от эпицентра взрыва
90% людей, находившихся в радиусе километра от эпицентров, погибли мгновенно. Их тела обратились в уголь, световое излучение оставляло силуэты тел на стенах.
В радиусе двух километров вспыхивало все, что может гореть, в радиусе 20 километров в домах были выбиты стекла.
Жертвами налета на Хиросиму стали около 90 тысяч, Нагасаки - 60 тысяч человек. Еще 156 тысяч скончались в следующие пять лет от заболеваний, связываемых медиками с последствиями ядерных взрывов.
Ряд источников называют общие цифры в 200 тысяч жертв Хиросимы и 140 тысяч Нагасаки.
Японцы не имели понятия о радиации и не принимали никаких мер предосторожности, а медики на первых порах считали рвоту симптомом дезинтерии. Впервые о загадочной "лучевой болезни" заговорили после наступившей 24 августа смерти от лейкемии жившей в Хиросиме популярной актрисы Мидори Нака.
По официальным японским данным на 31 марта 2013 года, в стране жили 201779 хибакуся - людей, переживших атомные бомбардировки, и их потомков. По тем же данным, за 68 лет умерли 286818 "хиросимских" и 162083 "нагасакских" хибакуся, хотя спустя десятки лет смерть могла быть вызвана и естественными причинами.
Память
Правообладатель иллюстрации AP Image caption Каждый год 6 августа перед "Атомным куполом" выпускают белых голубейМир обошла трогательная история девочки из Хиросимы Садако Сасаки, в два года пережившей Хиросиму, а в 12 лет заболевшей раком крови. Согласно японскому поверью, любое желание человека исполнится, если он сделает тысячу бумажных журавликов. Лежа в больнице, она сложила 644 журавлика и умерла в октябре 1955 года.
В Хиросиме устояло железобетонное здание Промышленной палаты, находившееся всего в 160 метрах от эпицентра, построенное перед войной чешским архитектором Яном Летцелем в расчете на землетрясение, и ныне известное как "Атомный купол".
В 1996 году ЮНЕСКО включила его в список охраняемых объектов всемирного наследия, несмотря на возражения Пекина, полагавшего, что почитание жертв Хиросимы оскорбляет память китайцев, пострадавших от японской агрессии.
Американские участники ядерных бомбардировок впоследствии комментировали этот эпизод их биографии в духе: "Война есть война". Единственным исключением стал майор Клод Изерли, командир разведывательного самолета, сообщивший, что над Хиросимой небо чистое. Он впоследствии страдал от депрессии и участвовал в движении пацифистов.
Была ли необходимость?
Советские учебники истории однозначно утверждали, что "применение атомных бомб не вызывалось военной необходимостью" и было продиктовано исключительно желанием запугать СССР.
Цитировались приписываемые Трумэну слова, якобы сказанные им после доклада Стимсона: "Если эта штука взорвется, у меня будет хорошая дубинка против русских".
Споры о целесообразности бомбардировок определенно будут продолжаться Сэмюел Уокер, американский историк
В то же время бывший американский посол в Москве Аверелл Гарриман утверждал, что, по крайней мере, летом 1945 года подобных соображений у Трумэна и его окружения не было.
"В Потсдаме такая идея никому не приходила в голову. Господствовало мнение, что со Сталиным надо обходиться, как с союзником, хотя и трудным, в надежде, что он станет вести себя таким же образом", - писал в воспоминаниях высокопоставленный дипломат.
Операция по захвату одного небольшого острова, Окинавы, длилась два месяца и унесла жизни 12 тысяч американцев. По оценкам военных аналитиков, в случае десанта на основные острова (операция "Даунфол") сражения продлились бы еще год, а число жертв со стороны США могло возрасти до миллиона.
Вступление в войну Советского Союза, конечно, явилось важным фактором. Но разгром Квантунской армии в Маньчжурии практически не ослаблял обороноспособность японской метрополии, поскольку перебросить туда войска с материка было бы все равно невозможно из-за подавляющего превосходства США на море и в воздухе.
Между тем, уже 12 августа на заседании Высшего совета по руководству войной японский премьер Кантаро Судзуки решительно заявил о невозможности дальнейшей борьбы. Один из озвученных тогда аргументов состоял в том, что в случае ядерного удара по Токио могут пострадать не только подданные, рожденные, чтобы беззаветно умирать за отечество и микадо, но и священная особа императора.
Угроза была реальной. 10 августа Лесли Гровс сообщил генералу Маршаллу, что следующая бомба будет готова к применению 17-18 августа.
В распоряжении противника находится новое ужасное оружие, способное унести много невинных жизней и нанести неизмеримый материальный ущерб. В такой ситуации, как мы можем спасти миллионы наших подданных или оправдать себя перед священным духом наших предков? По этой причине мы приказали принять условия совместной декларации наших противников Из декларации императора Хирохито от 15 августа 1945 года
15 августа император Хирохито издал указ о капитуляции, и японцы начали массово сдаваться в плен. Соответствующий акт был подписан 2 сентября на борту вошедшего в Токийский залив американского линкора "Миссури".
По мнению историков, Сталин остался недоволен тем, что это случилось так скоро, и советские войска не успели высадиться на Хоккайдо. Две дивизии первого эшелона уже сконцентрировались на Сахалине в ожидании сигнала выступить.
Было бы логично, если бы капитуляцию Японии от имени СССР принял главнокомандующий на Дальнем Востоке маршал Василевский, как в Германии Жуков. Но вождь, демонстрируя разочарование, направил на "Миссури" второстепенное лицо - генерал-лейтенанта Кузьму Деревянко.
Впоследствии Москва требовала от американцев выделить ей Хоккайдо в качестве зоны оккупации. Претензии были сняты и отношения с Японией нормализованы только в 1956 году, после отставки сталинского министра иностранных дел Вячеслава Молотова.
Абсолютное оружие
Первое время и американские, и советские стратеги рассматривали атомные бомбы как обычное оружие, только повышенной мощности.
В СССР в 1956 году было проведено масштабное учение на Тоцком полигоне по прорыву укрепленной обороны противника с реальным применением ядерного оружия. Командующий стратегической авиацией США Томас Пауэлл примерно в ту же пору высмеивал ученых, предупреждавших о последствиях радиации: "Кто сказал, что две головы хуже, чем одна?".
Но со временем, особенно после появления в 1954 году , способной убивать уже не десятками тысяч, а десятками миллионов, возобладала точка зрения Альберта Эйнштейна: "Если в мировой войне номер три станут воевать атомными бомбами, то в мировой войне номер четыре будут воевать дубинками".
Преемник Сталина Георгий Маленков в конце 1954 года опубликовал в "Правде" в случае ядерной войны и необходимости мирного сосуществования.
Атомная война - безумие. В ней не будет победителей Альберт Швейцер, врач, филантроп, лауреат Нобелевской премии мира
Джон Кеннеди после обязательного для нового президента брифинга с министром обороны с горечью воскликнул: "И мы еще называем себя родом человеческим?".
И на Западе, и на Востоке ядерная угроза отодвинулась в массовом сознании на второй план по принципу: "Если этого не случилось до сих пор, значит, не случится и дальше". Проблема перешла в русло многолетних вялотекущих переговоров о сокращении и контроле.
Фактически, атомная бомба оказалась "абсолютным оружием" о котором веками толковали философы, таким, которое сделает невозможными если не войны вообще, то их самую опасную и кровопролитную разновидность: тотальные конфликты между великими державами.
Наращивание военной мощи по гегелевскому закону отрицания отрицания обернулось своей противоположностью.
Согласно официальной точки зрения, бомбардировка японских городов являлась единственным весомым аргументом, чтобы убедить японское правительство капитулировать. Как утверждают историки, гордые японцы готовы были воевать до последнего солдата, и серьёзно подготовились к интервенции американцев.Гордые японцы готовы были воевать до последнего солдата, и серьёзно подготовились к интервенции американцев // Фото: whotrades.com
Японской разведке было известно, что у США нет другого выхода, кроме как высадиться на острове Кюсю. Здесь их уже ждали укрепления. Токио планировал навязать Вашингтону бой, который им бы дорого обошёлся, как в материальном плане, так и в плане человеческих жизней. Свои потери японцев сильно не интересовали. Об этих планах узнала американская разведка. Вашингтон такая расстановка сил не устраивала. Американское правительство хотело полной и безоговорочной капитуляции врага на их условиях. А это значило оккупацию и создание в государстве институтов, которые бы посчитал нужным Вашингтон. Японцы, по некоторым данным, были готовы капитулировать. Но они категорически не принимали условия Америки. Токио был намерен сохранить действующую власть и избежать оккупации.
Примечательно, что на Ялтинской и Потсдамской конференции Рузвельт настаивал на том, чтобы СССР взяло на себя обязательства вступить в войну с Японией. В конце лета 1945 года советское руководство сообщило союзникам, что его войска готовы пересечь границу Маньчжурии и вступить в войну с Японией. В Белом доме Сталину дали понять, что не против такого варианта развития событий. Но если этого не случится, то претензий также не будет. Таким образом, у Америки уже был готов козырь в войне с Японией. А вот распространение влияния СССР ещё и на Восток было для неё крайне нежелательно.
Расстрельный список
Изначально Хиросима и Нагасаки не были главными претендентами на встречу с американской ядерной бомбой. Более того, Нагасаки даже не было в списке городов, которые американский генералитет рассматривал в качестве мишеней. В США допускали вероятность сбросить ядерную бомбу на Киото, как культурный и промышленный центр Японии. Следующей в списке была Йокогама из-за её военных заводов, а также Хиросима, поскольку здесь было сосредоточено огромное количество складов боеприпасов. В Ниигате был крупный военный порт, поэтому город попал в «расстрельный список», а город Кокура рассматривался в качестве мишени так как считался крупнейшим военным арсеналом страны.
Гибель Киото действительно могла сломить японцев // Фото: sculpture.artyx.ru
С самого начала в качестве главной мишени рассматривался Киото. Гибель этого города действительно могла сломить японцев. Киото долгое время был столицей государства, а сейчас считается крупнейшим культурным центром. Его спасла чистая случайность. Дело в том, что один из американских генералов провёл медовый месяц в культурной столице Японии. Ему стало очень жаль прекрасный город, и он использовал всё своё красноречие, дабы убедить начальство пощадить его.
После того, как из списка исчез Киото, в нём появился Нагасаки. Позже выбор американского командования был остановлен на Хиросиме и Нагасаки.
Судный день
6 августа 1945 года американцы сбросили ядерную бомбу на Хиросиму. Город был окружён холмами, и США рассчитывали, что особенности рельефа ещё усилят последствия атаки. Город был разрушен. Погибли сотни тысяч человек. Пережившие взрыв люди пытались спастись от жара в реке, но вода буквально кипела, и некоторые сварились заживо. Через три дня, 9 августа ад повторился в Нагасаки. Примечательно, что пилот с ядерной бомбой на борту имел две цели – Кокура и Нагасаки. Кокура спасло то, что в этот день над ним стоял густой туман. По иронии судьбы в госпиталях Нагасаки лечились пострадавшие от взрыва в Хиросиме.
Согласно подсчётам специалистов, взрывы стоили практически полмиллиона человеческих жизней. И почти все они принадлежали мирным жителям. Многие из выживших затем скончались из-за лучевой болезни.
Скрытые мотивы
Ядерная бомба окончательно убедила японское правительство в необходимости капитуляции. Император Хирохито принял все условия американцев. А весь мир увидел, какими разрушительными могут быть последствия использования нового оружия массового поражения. Уже в тот момент к мировым лидерам начало приходить понимание, что следующий глобальный конфликт окажется для человечества последним.
После Хиросимы и Нагасаки Япония капитулировала на условиях американцев // Фото: istpravda.ru
Пусть на тот момент США и СССР считались союзниками в войне против фашистов, уже проглядывались первые признаки холода между сверхдержавами. По мнению многих специалистов, ядерные бомбы на Хиросиму и Нагасаки во многом носили показательный характер. Они должны были продемонстрировать мощь Америки. Но в результате это привело к тому, что Москва в срочном порядке создала собственную ядерную бомбу, а затем и другие государства. Так началась гонка вооружений, державшая в напряжении весь мир на протяжение всей второй половины ХХ века.
